Двойной соблазн. Малышка для мажоров - Ольга Дашкова

И разве имеет значение прошлое и настоящее парней, когда Вероника решила, что между ними только секс? Именно этим она и пытается обмануть сердце, уговорить себя, чтоб все несерьезно, что все всего лишь игра. Легкий летний роман, о котором она скоро забудет.

Но это не так.

Это уже не так.

– Ягодка, ягодка, открой. Открой, поговорить надо.

Никита стучался в окно, громко шептал, стоял на хлипкой лестнице, оглядываясь по сторонам. Было уже далеко за полночь, и можно было, конечно, войти через двери, но тогда снова будет драка, и Ларин уже точно что-то сломает Аркашке Савельеву.

Вероника испуганно вскочила с кровати, несколько секунд сидела и кусала губы, сомневаясь, открыть или не открыть окно, но все-таки встала и отдернула шторы.

– Ягодка, открой!

За окном был Никита, он улыбался, но даже в темноте было видно: кроме задора в его глазах было еще и волнение.

Подумав с полминуты, Вероника открыла створку окна, но лишь немного, не впуская парня внутрь.

– Зачем ты пришел, что тебе надо?

– Пришел поговорить.

– Я не хочу с тобой разговаривать, да и видеть тебя не хочу.

– Ягодка, ну извини, извини, что так вышло.

– Ты просто ударил человека ни за что, ты понимаешь сам, что так неправильно, так не делается? – Девушка громко зашептала, заправляя распущенные волосы за ухо.

– Нечего было ему держать тебя за руку и смотреть, как похотливый кобель.

– Это не твое дело, кто на меня смотрит и за что держит. Я взрослая девушка и вправе решать эти вопросы сама. И ты не думай, что между нами здесь было недавно… что… что это что-то значит.

Голос дрогнул, Вероника хотела быть гордой и сильной, ну, хотя бы сделать вид, что она такая, а не какая-то размазня. Никита на мгновение не понял, о чем говорит девушка, нога соскользнула с перекладины, он чуть было не сорвался вниз, но схватился за оконную раму:

– Ягодка, ты чего, Аркашиного торта переела?

– Так вы знакомы? Господи, так вот к чему это показательное унижение?

– Нет, лично мы не знакомы, Макс рассказал, кто такой твой друг. Я надеюсь, сейчас он спит в отдельной комнате, а не в твоей кроватке?

– Да пошел ты!

Вероника хотела было закрыть окно, толкнула Никиту в грудь. До такой степени он вывел ее, что не хотелось его видеть и слышать. Вообще забыть, кто такие Максим и Никита, что между ними было.

– Черт, Ягодка, прости… Реально прости, фигню сболтнул.

– У вас что, мода такая, поливать друг друга грязью?

– А что, Аркаша тоже много интересного о нас рассказывал? И ты поверила?

– Это неважно, я взрослая девочка и делаю выводы самостоятельно.

– Я надеюсь.

Никита замолчал, приоткрыл окно шире, положил на руку девушки свою, взглянул в глаза. В них было столько всего манящего. Словно серый бездонный океан волнения, интереса, влечения и немного испуга.

Не выдержал, протянул вторую руку и дернул на себя за шею, впился в губы, целуя свою принцессу, заточенную в высокой башне замка. А он принц или благородный рыцарь, забравшийся наверх, чтобы спасти ее. Но, скорее всего, это уже его придется спасать от ее глаз, от сладких губ, притяжения. От нежности и порочной страсти, которыми пропитана эта невероятная девушка.

– Никита…

– Да, Ягодка?

– Отпусти… отпусти, пожалуйста.

– Не могу.

– Отпусти.

Вероника вырвалась из объятий, отстранилась, резко закрыла окно, задернула шторы, ушла в ванную. Еще немного, и Никита бы залез к ней в спальню, а этого допускать было нельзя. Нельзя позволять играть собой, как куклой, и делать то, что им хочется.

Умылась холодной водой, губы все еще горели огнем, как и щеки, сердце гулко и часто стучало в груди. Легла на кровать, отвернулась от окна, зная, что Никиты там уже нет. Закрыла глаза, прогоняя мысли о братьях, начала считать до ста, не заметила, как провалилась в сон.

Но и он не принес спокойствия. Девушка вновь погрузилась в тот кошмар, где она кричала, чувствуя обжигающий огонь, испытывая дикий страх, но не за себя, а за кого-то другого.

Проснулась от стука в дверь, резко подскочила, кинулась открывать, из-за штор в комнате был полумрак, споткнулась, чуть не упала.

– Завтрак в постель для прекрасной засони.

У порога стоял Аркадий с подносом в руках, сам свежий и бодрый, волосы еще влажные, парень явно после душа, на лице улыбка.

– Что?

– Завтрак. Надеюсь, тебе понравится, это сырники, нашел в холодильнике, а еще малиновое варенье и кофе со сливками.

– Спасибо.

– Можно пройти?

– Да, конечно. Извини, у меня не прибрано.

Вероника пропустила парня, одернула слишком короткую майку, сквозь тонкую ткань которой просвечивала грудь. Аркадий лишь мазнул по девушке взглядом, дернул кадыком, член в джинсах начал наливаться возбуждением. Она была хороша, очень хороша, и он выбрал правильную тактику, с ней нужно по-хорошему. Но как же было трудно себя сдерживать, он даже приходил ночью, хотел просто посмотреть, но дверь была заперта. Вот и сейчас он с трудом сдерживал себя.

– Как спала?

– Хорошо. – Вероника быстро накинула халат, отдернула шторы, сощурилась от яркого солнца. – Как ты? – спросила чисто из вежливости.

– Я – как младенец, все-таки свежий воздух творит чудеса, да и вообще здесь прекрасно. Обязательно куплю себе дом за городом, как только начну частную практику, здесь так тихо, так хорошо.

– Да, ты прав, здесь очень хорошо. – Вероника застыла у окна, наблюдая за домом соседей.

На балконе курил Максим.

– Но скоро в этом тихом месте станет жарко.

Аркадий подошел сзади, положил ладонь на плечо девушки. Но Вероника словно и не заметила этого, не стряхнула руку, не отошла, продолжая смотреть на Максима.

– О чем ты?

– Это не должно тебя волновать, но кому-то предстоит ответить за свои поступки.

Что-то внутри девушки дрогнуло, сердце кольнуло.

Она понимала, как раньше, уже не будет.

Глава 29

– Вероника, ты где там пропала? Выходи уже давай, на все утро оккупировала ванную, зайти невозможно.

Девушка постучала по двери, Вероника поморщилась, вытерла лицо полотенцем, посмотрела на себя в зеркало. Вид был не очень: под глазами синяки, кожа бледная, волосы спутанные.

– Да иду, иду. Почему ты такая нетерпеливая? И не надо говорить, что я все утро занимаю ванную и не даю войти. Может быть, кто-то слишком долго спит?

Вероника наконец-то вышла, посмотрела на подругу. Юля недовольно закатила глаза, а потом