Двойной соблазн. Малышка для мажоров - Ольга Дашкова

– Я все-таки видел ее издалека в парке, она там гуляет после занятий.

Никита стер с подбородка кровь, махнул рукой подошедшей охране, что все у них хорошо.

Макс усмехнулся, но тут же поморщился от боли, он сам наблюдал за девушкой издалека.

– Всегда такая грустная, ни разу не улыбнулась. Ты помнишь, какая у нее улыбка? Нет? Вот и я стал уже забывать, но когда это происходит, рассматриваю ее фото в социальной сети. Так что не говори, что мне на нее наплевать, просто я не такой непробиваемый, как ты.

Да, вот так одна девчонка способна вскружить голову двум парням, у которых может быть любая. Братья думали, что все пройдет, что все забудется, что это была лишь игра, очень возбуждающая и провокационная, даже запретная, но не получилось.

– Рано, Кит, рано. Пока нельзя к ней, потерпи. Отец только все уладил с Савельевым, говорят, уступил ему в торгах на землю, что хотел купить сам. А ты знаешь, как отец не любит никому ничего уступать.

– Но с Аркашей нужно разобраться, хочу сломать ему руку, нет, сразу две. И нужно сделать это как можно раньше.

– Я не понял, что опять происходит. Охрана сказала, что вы устроили драку прямо у дома! Макс, что за херня?

– У тебя такая нерасторопная охрана, мы так поубивать можем друг друга, а они доложат тебе через сутки.

Зорин стоял на крыльце, рассматривая сыновей, что сидели на лужайке, оба испачканные, лица и руки в крови. За его спиной появилась жена, Лиза округлила глаза, видя мальчиков первый раз в таком виде – после драки, которых у них никогда не было.

– Мальчики, что происходит?

– Ма, все нормально, это была разминка. Я тебе рассказывал, как нас дед обливал холодной водой из шланга и заставлял в шесть утра отжиматься во дворе?

– Нет. Ваня, это правда?

– Да кого ты слушаешь, они соврут – недорого возьмут, хотя от деда всего ожидать можно. Так, обед готов, все к столу… и приведите себя в божеский вид.

– Я вот боюсь спросить, а у нас эти обеды по субботам теперь будут всегда?

– Да, и прошу к этому привыкнуть! – Зорин-старший ответил быстро, зашел в дом первый, уводя за руку жену.

«Сегодня в девять вечеринка. Я тебя очень жду и сильно соскучилась».

Лера прислала сообщение, Максим прочел, не ответил, убрал телефон в карман. Он и Никита знали, что за городом намечается тусовка, будет много крутых тачек и якобы крутых гонщиков. Нужно показать всем, что Питбуль и Кит лучшие и ничто их не остановит.

– Что думаешь? – Никита посмотрел на брата, ему тоже пришло сообщение.

– Надо ехать.

Глава 31

Вероника чувствовала себя, как говорится, не в своей тарелке.

Каблук был слишком высоким, облегающее черное платье слишком коротким, но хорошо, что его скрывал плащ, туго завязанный на поясе. По определению Вероники, они с Юлей находились бог знает где.

На такси ехали слишком долго, а когда подъехали к высокому сооружению, напоминающему больше заброшенный заводской цех или ангар, девушка сильно удивилась. Вокруг было много автомобилей, мотоциклов, из открытых окон и дверей гремела музыка, ревели моторы, слышались смех и громкие разговоры.

Двое крупных мужчин у входа выполняли роль охраны, которая внутрь этого сооружения запускала не всех, но девушек пропустили. Когда же они зашли, на них сразу обрушился уже совсем иной шум. Громкая музыка, мощные биты отражались и пола и стен, заглушали мысли, оглушали. Ярким неоном сверкали огни, повсюду было много молодежи.

Кто-то сидел за столиками, кто-то танцевал на танцполе, посреди которого стояли три тумбы с шестами. На пилонах сексуально извивались красивые девушки в кожаном нижнем белье и ремнях, переплетающихся на теле, в такт музыке. Было очень необычно, даже красиво.

– Пойдем, Вероника, не стой столбом. Сейчас что-нибудь выпьем и расслабимся. Смотри, как здесь круто. Я же говорила, это самая крутая мегавечеринка в сезоне, здесь будут все: спортсмены, гонщики, фотомодели. Может быть, даже увидим какую-нибудь кинозвезду или олигарха.

Юля все это прокричала на ухо Веронике, подталкивая девушку вперед. Та чуть не запнулась, но устояла на высоких каблуках. Пошла за подругой в сторону барной стойки, еще туже затянув пояс на плаще, впиваясь в маленькую сумочку пальцами.

Нет, зря она согласилась на эту авантюру и пришла, на сердце было неспокойно, словно оно предчувствовало что-то нехорошее, как только Вероника начала собиралась. А сейчас оно стало биться чаще и начало подташнивать.

Но сидеть дома всю жизнь, взаперти в четырех стенах, это не дело, так можно совсем одичать. Вероника и так не видела ничего за свои девятнадцать лет. Были только учеба, дом, мама, а потом она переехала в Москву и живет уже здесь целый год, но так никуда толком не сходила.

Аркадий, конечно, звал и в театр, и в кино, и в парк погулять, иногда Вероника соглашалась, но чаще всего нет. А теперь вот на нее обрушилась мегакрутая вечеринка сезона, куда Юлька неизвестно как достала пригласительные. Вероника видела, как она показала какие-то жетончики охраннику, и их пропустили.

– Что будешь пить?

– Мне воды.

Девушки сели на высокие стулья за барную стойку, рядом возник парень в черной футболке и повернутой козырьком назад бейсболке на голове.

– Только воды? Смеешься? Господи, Вероника, прекрати. Давай уже раскрепостись, хватит быть такой зажатой. Я весь год за тобой наблюдаю, ты классная девчонка, такая красивая и в то же время скромная, ты не знаешь себе цену. Реально не знаешь.

Пальцы подруги поправили распущенные волосы Вероники, которые мягкими волнами струились по спине и плечам. Юля щелкнула ее легонько по носу и улыбнулась.

Может быть, Юлия права. Вероника никогда не знала себе цену, всегда считала себя обыкновенной девчонкой из провинции. Но в один момент все как с цепи сорвались и начали кружить вокруг нее. Аркадий, потом… а потом вспоминать не хочется.

Тот безумный август, который она провела в компании двух сводных братьев. Безумно жаркий август, когда она отдалась сама и ни о чем… ни о чем не жалеет. Ни об одном поцелуе, прикосновении, проведенной вместе минуте. Жалеет только о том, что влюбилась.

Да, как бы это ни было печально, влюбилась сильно, бесповоротно. Так сильно, что все болит. Душа болит, все нутро, и слезы не обжигают щеки, их нет, они обжигают сердце.

– Специально для вас, красавицы. – Перед девушками появилось