Дурочка деревенская - Виолетта Иванова

— Хорошо, поехали, — сразу согласился отец. — У нас много дел и мало времени, чтобы успеть подготовится к завтрашнему дню.

Они вышли из ресторана, сели в свою машину и тут в кармане Олега раздалась трель входящего звонка. Он достал мобильник, посмотрел на имя абонента, выругался сквозь зубы.

— Не хочешь, не отвечай. Ты ей ничего не должен, — нервно сказал отец. — Знаешь, пора нам с этим Ключниковым разойтись краями. Но не сейчас, иначе может сорваться наше сотрудничество с Красильниковым. Не надо Игорю давать пищу для размышлений. Пусть думает, что мы по-прежнему мечтаем заключить с ним сделку века.

Олег убрал звук и засунул телефон в карман, сел на заднее сиденье машины рядом с отцом. Водитель молча тронул машину с места.

— Ты чего такой? — спросил отец, заметив, что сын постоянно зависает в своих невеселых мыслях.

— Да так, ничего. Кстати, ты не спрашивал, как зовут жену твоего Михаила?

— Спрашивал. Дарья Владимировна.

— Даша, деревенская дурочка, — прошептал Олег, откидываясь головой на подголовник.

— Ты знаком с ней? — отец резко повернулся к нему, всматриваясь в лицо сына.

— Скорее всего да, — обреченно ответил Олег.

— Когда и где успел? Это же хорошо для нас, — в голосе отца зазвучало неприкрытая радость и энтузиазм, с которым он обычно начинал просчитывать выгоду.

— Как знать, — Олег нахмурился. Неужели это и правда она? — Я виделся с ней двадцать лет назад. И расстались мы с ней не слишком хорошо.

Отец прищурился, вглядываясь в сына.

— Ты… трахнул ее? — тихо, чтобы не услышал водитель, почти одними губами, спросил он, и его настроение стало резко падать.

Олег не ответил, отвернул лицо к оконному стеклу, за которым мелькала улица. А в кармане продолжал на беззвучном режиме трезвонить телефон.

— Ты… — отец не нашелся, что сказать, тоже откинулся на спинку сиденья, стал кусать губу. — Хотелось бы думать, что она забыла тебя. Хотя твою смазливую рожу не забыть. Черт.

Он выругался и закрыл глаза. До самого дома они сидели и молчали. Водитель подкатил машину к самому подъезду элитного дома, где находилась их квартира. Они вышли, также молча поднялись в свой пентхаус. Отец молча махнул сыну рукой, чтобы тот следовал за ним. Они прошли в кабинет. Виталий снова молча налил водку в свой любимый хрустальный бокал и одним махом выпил.

— Будем думать, что она простила тебя. Встрече все равно быть. Михаил сказал, что приедет. Знаешь что? Ты, — отец со всей силы ткнул пальцем Олегу в грудь, — завтра сидишь дома и не высовываешься. Можешь даже пригласить куда-нибудь свою Ирину, чтобы не светиться перед Красильниковым и успокоить ее и Игоря. Постарайся запудрить ей мозги так, чтобы она и ее папаша не подозревали о наших планах.

— Я ей сказал, что Красильников — наш возможный партнер, — тихо проговорил Олег.

— Что? Ты дурак? — Виталий чуть не подскочил на кресле и был готов стукнуть сына по тупой башке любимым бокалом.

— Просто она так быстро подошла ко мне и спросила, кто это. Ну я и сказал, что возможный партнер. Первое, что пришло в голову. Прости, — тихо проговорил Олег.

— Дура-а-аак, — на растяжку проговорил Виталий. Немного помолчал, потом тяжело вздохнул. — Ладо, что-нибудь решу с Игорем, тоже буду пудрить ему мозги. А может и прокатит. Так, сейчас звонишь Марине, чтобы она подготовила все документы и утром пусть положит папку мне на стол. Подскажешь ей, на что обратить внимание, чтобы мы выглядели крутыми партнерами. На завтра расклад такой — я в офис встречаться с Красильниковым, ты — сидишь дома или едешь к Ирине, играешь перед ней дурака. Она явно захочет узнать, почему ты ее бросил, потребует бурного примирения, поэтому будет лучше, чтобы вы встретились где-нибудь в другом месте, а не на квартире, чтобы она не затащила тебя в постель. Постарайся убедить ее в том, что твой отец сошел с ума и спутал Красильникова с каким-то своим старым знакомым. Или нет. Скажешь, что просто подходил, чтобы поздороваться и выразить свое почтение. И все это ради нашего светлого и счастливого будущего.

— Понял.

— Крутись перед Ириной, изображай влюбленного идиота. Месяц, ты слышишь, месяц отводи ее подальше от меня. Можешь даже купить ей какую-нибудь бриллиантовую безделушку, чтобы она успокоилась. Только кольцо не покупай, а то решит не известно что, потом не отговоришься, что это не помолвочное кольцо, а милый подарок. И помни — никакой постели с ней.

— Отец, — Олег замялся, не зная, говорить ему или нет, — тут такое дело. У меня не может быть детей. Помнишь я через год после свадьбы с Наташкой свалился с воспалением легких и почек? Так вот — осложнение.

Виталий долго смотрел на сына, потом снова молча наполнил почти до краев свой бокал водкой, выпил и как-то сразу осунулся. Поставил бокал на стол, опустил голову. Олег увидел, как отец разом постарел, сник, словно разом выпустили воздух из футбольного мяча.

— Сын, скажи, для кого я все это делаю? — голос Виталия звучал глухо, с болью. — Зачем мне все эти бабки, машины, дома? Зачем мне эта долбаная фирма, которую я никому не смогу передать? Прошу, выйди сейчас. Мне надо подумать.

Олег развернулся и ушел. Закрывая дверь кабинета, он услышал какой-то сдавленный стон отца, но возвращаться не стал. Ему самому хотелось выть от безысходности. Даша, Дашка, дурочка деревенская, которую он лишил девственности, бросил там на берегу, стала красивой, до безумия роскошной женщиной, которую хотелось ласкать, любить до звезд в глазах, восхищаться и падать перед ней на колени. Не просто женщиной, а женой одного из самых богатых людей страны. Если еще час назад хотелось верить, что он ошибся, но сейчас был уверен и к своему стыду понял — он идиот и подлец.

В своей комнате Олег позвонил секретарю Марине, дал необходимые указания, а потом завалился на кровать. Перед глазами раз за разом вспыхивали картинки — море, огромный валун, тело девушки, ее стоны, распахнутые глаза и ее взгляд, когда он сбегал от нее. А потом появлялась она — в платье кремового цвета, украшенное аккуратной вышивкой. Юбка длиной до середины икры, открывала ее стройные ножки, тонкие лодыжки, аккуратные ступни