Отель "Империал" - Виктория Новикова

Она снова запнулась, и я не торопил. Пусть идет так, как получается.

— В один день Витя вернулся и смотрел на меня так, будто это сделал не он, а кто‑то другой. Тогда он долго вымаливал прощение. Говорил, что подсел на какие‑то наркотики, они затуманили разум, он не понимал, что творит. Пообещал, что такого больше никогда не повторится. И я, как дурочка, поверила… поверила и простила.

Ее губы дрогнули, и она резко втянула воздух, будто пыталась удержать рыдание.

— На собственной свадьбе я была вся в синяках. Кое‑как спрятали их под макияжем. Спустя время он появлялся дома все реже. Когда приезжал, все вроде было нормально. Но я чувствовала, что он меня не любит. Был просто как хороший друг. А дальше… дальше ты знаешь. И этот кошмар начался снова.

Она опустила голову, и плечи ее затряслись.

— Ты не должен был знать об этом… никто не должен знать…

Эмоции взяли верх, ее накрыла истерика. Колени подкосились, и она рухнула на пол, закрыв лицо руками, и заплакала так, будто пыталась выплакать всю эту боль разом.

Я притянул ее к себе, крепко прижал, позволяя ей рыдать у меня на груди. Казалось, чем крепче я держу, тем меньше у нее остается сил держаться самой. И это было правильно: пусть сейчас держится за меня.

Когда ее рыдания стали тише, я встал, быстро достал из аптечки успокоительное, вернулся и помог ей сделать пару глотков. Она тут же снова вцепилась в меня, обхватив руками за шею, будто боялась, что если отпустит, то снова провалится в тот кошмар.

Я гладил ее по волосам, шептал что‑то тихое, бессмысленное, но такое нужное сейчас.

— Прости, что заставил тебя снова это пережить. Но ты должна была выговориться. Больше он никогда не появится в твоей жизни. Я позабочусь об этом. А твоими ранами займусь я. Ты не одна, слышишь, Кейт? Я всегда буду рядом. Сделаю тебя самой счастливой женщиной на свете. Только дай мне шанс. Я… я не могу без тебя. Ты — та, с кем я хочу разделить свою жизнь.

Она замерла, уткнулась носом мне в ключицу и прошептала то, чего я не ожидал услышать так скоро:

— Я люблю тебя.

Я чуть отстранился, чтобы видеть ее лицо. Взял ее за подбородок, приподнял, чтобы заглянуть в заплаканные глаза.

— Что ты сейчас сказала?

— Когда ты уехал на неделю, я боялась признаться в этом даже себе. Но там, в клубе… я все поняла. Хотела сказать тебе сегодня, после того как мы покинем то место. В какой‑нибудь приличной обстановке. Но… вышло вот так. И теперь я не знаю, как ты будешь на меня смотреть после того, что узнал. Но лучше я скажу сейчас.

— Повтори, — прошептал я, не сводя с нее взгляда.

— Я… люблю тебя.

Эти слова ударили под дых — и тут же все внутри вспыхнуло. Резким движением я притянул ее к себе и впился в ее губы. Одной рукой скользнул по затылку, удерживая, другую положил на талию, прижимая так крепко, будто боялся, что она растворится, если ослаблю хватку.

Я не спешил углублять поцелуй сразу — давал ей шанс отстраниться, сказать «стоп». Но она не отодвинулась. Наоборот, ее язык робко коснулся моего, и от этой маленькой смелости у меня потемнело в глазах. Я дерзко ответил на поцелуй, наращивая темп, позволяя желанию прорваться наружу.

Мои руки скользнули ниже, легли на ее ягодицы, слегка сжимая их. Подхватив ее, не разрывая поцелуя, я сел на диван, устраивая ее сверху. Она зарылась пальцами в мои волосы, чуть сжала — и даже этот легкий жест отозвался внизу живота горячей, острой волной. В брюках стало тесно, и я чувствовал, как она прижимается ко мне, и это заводило еще сильнее.

С трудом оторвавшись от ее губ, я провел пальцами по ее скулам и заглянул в глаза.

— Еще не поздно остановиться.

— Я не хочу останавливаться, — шепотом выдохнула она и сама потянулась ко мне, прильнув к губам.

«Все, Мышонок. Пути назад нет. Больше ничто меня не остановит».

Я стянул с нее свитер и начал прокладывать дорожку из поцелуев: от губ к шее, к плечу, ненадолго задержался у ключицы, слегка прикусив кожу. Она потянулась к моему пиджаку, пытаясь его снять. Я перехватил ее инициативу, нетерпеливо стягивая его с себя, и принялся за рубашку.

— Я сама, — остановила меня Кейт.

Она впилась в мои губы и робко, дрожащими пальцами начала расстегивать пуговицы.

Я чуть помог, вытащив рубашку из брюк. Когда она распахнула ее и положила ладони мне на грудь, неуверенно провела пальцами по мышцам, спускаясь к ремню, меня накрыло такой волной желания, что едва не сорвался.

— Нет… сначала я тебя, — прошептал я.

Поднялся вместе с ней, перекинул через плечо, как добычу, и понес в свою комнату. Я аккуратно опустил ее на кровать и навис над ней, поймав взгляд.

— Не надо стесняться. Ты прекрасна. Расслабься.

Я проложил дорожку поцелуев от уха к шее, потом ниже — к ключице, к груди. Не в силах больше тянуть, одним резким движением расстегнул застежку у нее за спиной и отшвырнул белье в сторону. Она попыталась прикрыться, но я мягко взял ее запястья и поднял руки над головой.

— Доверься мне.

Я опустился ниже, целуя ее живот, медленно, дразня и себя, и ее. Она заерзала подо мной, дыхание стало прерывистым. Значит, я иду в правильном направлении.

Штаны с нее я снял быстро — не хотел растягивать момент. Сейчас мне хотелось видеть ее всю, чувствовать ее кожу, слышать каждый ее вздох.

Стянув с себя брюки, я вернулся к Кейт, начиная игру поцелуйчиков по новой: нужно раздразнить ее. Но, похоже, я и себя дразню. Потому что я уже готов взорваться от желания. Один только ее запах сводит с ума. А попробовав ее губы на вкус, захотелось узнать, вся ли она такая вкусная… Не сомневаюсь, что вся и везде… но… это не сегодня.

От шеи языком я проложил дорожку до ее груди, слегка покусывая кожу вокруг ареолы. А затем, когда соски ее набухли, полностью взял один в рот, проведя по кругу языком. Кейт застонала и слегка выгнулась мне навстречу. То же самое я проделал и с другой грудью.

Дальше я начал спускаться по животику, то целуя, то покусывая нежную плоть. Сняв трусики, я согнул ее ноги в коленях и, раздвинув их, опустился к лону, вдыхая запах ее желания. Я, как мальчишка, чуть не кончил прямо в трусы. Но еще не время.

Я