Муж на девять месяцев - Бетти Алая

— Давайте, вы дела будете после ужина решать! — строго говорит мама Жарова. — Ты девочку долго будешь на холоде держать? Вечер уже, поздно. Она вся в мурашках уже! Ох, не так я тебя воспитывала!

— Ладно, — сдается Женя, — пойдём.

Признаться, я даже не знаю, как пройдет ужин, потому что Женя явно настроен агрессивно по отношению к кузену. Но я буду его поддерживать во всём!

Мы заходим в просторную гостиную.

— Офигемба… — бурчу себе под нос, глядя на высоченные потолки, хрустальную люстру и шикарную кожаную мебель, — Жень, это точно загородный дом?

— Моя семья богата, Ась, так что не удивляйся, — шепчет, опаляя мою кожу жарким дыханием.

— Ну как тебе, Асечка? — воркует мама Жени, беря меня под руку. — Отличный дом, правда? Я лично разрабатывала дизайн. Все до последнего выключателя.

— Да, бедный архитектор чуть на этой люстре не повесился, — смеется Марат Данилович.

Я офигеваю. Они такие… обычные! Ну вот, просто люди. Я-то думала, что богатеи все сплошь и рядом, как Глебушка хлебушка.

— Ой, да ладно! — фыркает Юлия Петровна. — Подумаешь, тонкая душевная организация! Творческая личность надломилась! Просто нужно нормально работать. О!

— БАБУЛЯ! — к нам на всех парах несется темноволосая малышка в голубом платьице.

— Моя хорошая, я здесь, — женщина с любовью смотрит на внучку, — это Лола, моя первая радость, внученька.

— Пливет! — девочка выглядывает из-под юбки мамы Жарова, скромная такая.

Растягиваюсь в улыбке.

— Приветик, Лола. Я Ася.

— Ася? — бормочет она. — Класивое имя! И ты класивая!

Чуть не рыдаю. Какая классная малышка! Вторая девочка Любочка, в розовом платье. Она немногим старше сестры. Более серьезная, смотрит своими зелеными глазами, губки дует.

Я просто растекаюсь от нежности к этим девчонкам.

— ДЯДЯ ЗЕНЯ! — кричат обе и виснут на моем докторе.

— Привет, красотки, — он обнимает их, с любовью целует, — а у нас с Асей есть для вас подарочки.

Жаров и правда очень любит детей. Девочки забираются на своего дядю, щебечут. Он купил им очень красивых фарфоровых кукол.

— Привет! — из другой комнаты выходит пара.

Мужчина, сильно похожий на Жарова. Так сильно, что я дар речи теряю. Да они как братья родные!

Правда, кузен более слащавый. Мой муж выгодно смотрится на его фоне.

И девушка. Безумно красивая шатенка. Стройная, изящная. Тонкую длинную шею обрамляют ниспадающие шелковые локоны.

— Алёна, не порти вечер, — раздраженно бросает, очевидно, Михаил, — вечно ты всем недовольна.

— Это я его порчу? — тихо спрашивает она. — Ты опоздал на ужин, приехал… неважно…

Она смотрит на меня. Выдавливает улыбку.

— Алёна.

— Ася, — тихо говорю.

— Я Миша, — влезает кузен Жарова, — очень приятно, Ася.

Он хватает мою руку, прилипает к ней губами. Его жена опускает взгляд. Так и хочется что-то этакое ответить, чтобы на место поставить. Всё ведь есть у человека! Такая красивая жена! Дочки… что ему ещё нужно для счастья?

— Женька, Ася! — из кухни вылетает Света, виснет на шее брата.

Теперь Жарова облепили уже три девочки. Хихикаю. Интересно, что дочери Михаила явно обожают Женю, а к отцу даже не подходят.

— Девочки, вы сейчас порвете пиджак своему дяде! — хмурится Алёна. — Прости, Жень. Они просто так соскучились, всю дорогу в такси лепетали о том, что ты приедешь.

— Это взаимно, — улыбается Женя, затем глядит на меня.

— И как давно вы вместе? — рядом возникает Михаил.

Чувствую яркий, навязчивый парфюм. К горлу подкатывает тошнота. Пошатываюсь.

— Милая, что с тобой? Тебе плохо? — ко мне подлетает свекровь. — Миша, ты её пугаешь! Ася!

— Всё хорошо, — выдыхаю, затем улыбаюсь, — простите.

— Нет, не хорошо. Пойдем-ка, — Алёна хватает меня за руку, — Свет, пойдем?

Сестра Жарова следует за нами. Сзади слышу громкие голоса. Женя отчитывает кузена.

А на меня снова накатывает.

— Так, вот вода, — Алёна вручает мне стакан, — а теперь скажи. Ты беременна?

Таращусь на неё. Мне так неловко.

— Я… да, — сдаюсь, опускаю глаза.

— Понятно, почему Женя так быстро женился. Он всегда был очень ответственным. В отличие от некоторых, — выдыхает Алёна.

— Когда ты его бросишь уже? — фыркает Света. — Знаешь же, что он был с очередной шалавой. А вам с девочками пришлось на такси ехать. Прости, Ася…

— Да ничего, — выпиваю воду, присаживаюсь на унитаз.

— Девочки, только ничего ему не говорите, ладно? Я не хочу, чтобы он успел как-то подговорить малышек и помешать мне уехать.

— Мама расстроится, — тянет сестра Жени.

— Я просто больше не могу, — Алёна вдруг кривится, ее подбородок начинает ходить ходуном, — он постоянно гуляет. Думает, я не знаю. А я знаю! Про каждую его девку.

Девушка плачет. Мне так её жалко! Ужас, что за животное этот Михаил?

— Тшш, — Света обнимает её, — всё хорошо, мы на твоей стороне. Правда, Ась?

— Да, — касаюсь руки девушки, — мой бывший тоже гулял.

Света многозначительно глядит на меня. Но я лишнего не ляпну.

— И что ты сделала? — всхлипывает Алёна.

— Ну, я просто испортила ему очередные отношеньки, — пожимаю плечами, — но это мне не помогло. Из-за него меня потом чуть из универа не выперли. Женя спас меня.

— Так вот, как вы познакомились? — Алёна вытирает глаза, стараясь не размазать косметику.

— Да. Жаров оказался лучшим мужчиной на свете.

— Мой брат такой, да, — ухмыляется Света.

Снаружи слышатся шаги. Затем стук в дверь.

— Девушки, всё хорошо? — раздается встревоженный голос Жени. — Ася, ты в норме?

— Да, милый! Мы тут втроем. Заходи!

Жаров вваливается в туалет. Смотрит на нас. Хмурится.

— Опять плачешь, Алёна? — мужчина обнимает меня за плечи. — Ну сколько можно? Давай я его на место поставлю.

— Нет, спасибо, Жень. Но я разберусь. Это мой брак. И нужно наконец-то понять, что его уже не спасти…

Она выскакивает из туалета, возвращается к дочкам и родителям мужа.

— Ты отцу рассказал? — требовательно спрашивает Света.

— Нет. Отвлекли. Но я поговорю с ним. Миша больше не может делать то, что ему заблагорассудится, — рычит Жаров.

— Я на твоей стороне, — беру мужа за руку, прижимаю горячую ладонь к щеке, — и всегда буду. Меня от твоего кузена аж затошнило.

— Понимаю, — смеется Света.

— Ладно, давайте вернемся, — встаю, чувствую себя уже лучше.

Тяну своего доктора за собой.

— Всё хорошо? — ко мне подходит мама Жарова. — Ты бледная, Ась. Проголодалась?

— Немного, — улыбаюсь.

— Ася ждет малыша, — заявляет Жаров, и снова повисает тишина.

Вижу, как меняется лицо его кузена. Его аж скручивает от злости. Он уже мысленно строил планы, как будет распродавать отцовский бизнес? В голове уже прикидывал, как обустроит под себя офис Жени? Фу, гадость какая! Не дождется!

— Это правда?! — почти кричат родители Жарова. — Какая хорошая новость! Господи!

Оба подбегают ко мне, берут за руки. Я