Пойманы с поличным - Дафни Эллиот

мир вокруг погрузился во тьму, пока мы вспоминали нашу поездку в музей Лийча — Лайла смеялась так, что по щекам текли слёзы. Мы были уже недалеко от Ньюпорта, когда мой живот громко заурчал, и она с ухмылкой посмотрела на меня.

— Голоден? — спросила она.

— Есть отличная забегаловка через пару съездов, — ответил я. — У них есть безглютеновые блюда.

— Серьёзно? — Она оживилась. — Это же потрясающе.

Я лишь кивнул и постучал пальцами по рулю. На самом деле, я заранее перерыл весь интернет в поисках безглютеновых ресторанов перед этой поездкой. Не то чтобы собирался ей в этом признаваться. Удивительно, но таких мест оказалось довольно много. Может, Мэн и не такой отсталый, как мне казалось.

Закусочная оказалась большой, в стиле ретро — с виниловыми кабинами, винтажным музыкальным автоматом и насыщенным, уютным ароматом еды в воздухе.

— Хочу молочный коктейль, — сказала Лайла, изучая меню. Её макияж слегка размазался, волосы выбились из заколки, но она по-прежнему выглядела чертовски привлекательно.

Я всегда был человеком стабильных, моногамных отношений. Обычно выбирал женщин с успешной карьерой, занятых не меньше меня. Часто — старше меня.

Мы ходили по модным ресторанам, на симфонические концерты, сидели за домом у бейсбольного поля. Ничего по-настоящему личного. Просто хорошее общество и общие интересы.

И мне этого хватало. Я не искал жену и не мечтал о детях. В тридцать восемь меня устраивал тот порядок, который я выстроил.

Я никогда не встречал ту самую «единственную» и никогда не переживал разбитое сердце. Всю жизнь я посвящал работе и вещам, которые приносили удовольствие.

И это было нормально. Безопасно, стабильно, удобно. Без риска, без необходимости подстраиваться под чьи-то нужды.

Но сейчас, сидя напротив неё, наблюдая, как она заказывает нам двоим клубничные коктейли, меня осенило: я бы готов был разрушить всё это ради неё.

И, по идее, это должно было пугать до чёртиков.

Лайла — не та женщина, которую можно аккуратно вписать в жизнь по расписанию. Она не деталь, которую можно встроить в систему.

Десятки лет привычек, мнений и убеждений рассыпались в пыль, пока мы болтали. Мы хохотали над доктором Лийчем и его машинами, над вяленым медвежьим мясом из заброшенной заправки и тем, как эффектно сегодня разнесли юристов.

— Я сегодня так повеселилась, как давно не бывало, — сказала она. — Спасибо, что взял меня с собой.

— Это мне нужно тебя благодарить. Я серьёзно — без тебя я бы не справился.

Она откусила бургер — на безглютеновой булке — и застонала.

— Вау. Это очень вкусно.

Я опустил взгляд в свою курицу на булке, делая вид, что полностью сосредоточен на еде. Потому что стоило мне хоть краем глаза увидеть выражение её лица в тот момент — я бы просто закинул её на плечо и унёс к себе в дом, как дикарь. Уже и так брюки снова начали сидеть слишком плотно.

Я откашлялся и выдал первое, что пришло в голову, чтобы отвлечься от желания раздеть её и заставить стонать вот так снова.

— Мэн такой странный.

— Ты даже не представляешь. Это вообще самый чудаковатый штат. У нас больше береговой линии, чем у Калифорнии. Здесь родились такие деятели, как Лонгфелло и Уинслоу Хомер. А ещё тут изобрели снегоход, пирожное вупи и моё любимое — наушники-муфты.

Я покачал головой и откусил сэндвич.

— Вот, — она отложила бургер и потянулась за телефоном. — У меня есть список в заметках. Я так рада, что мы доехали до музея Лийча. Я мечтала попасть туда целую вечность.

— Всегда рад помочь.

— Я составляла этот список, чтобы успеть впитать всю мэнскую странность до отъезда в Нью-Йорк.

— Дай гляну. — Я протянул руку за телефоном. — Что ещё у тебя там?

Я пролистал вниз.

— Самый большой в мире телефон с ручкой в Брайант-Понде? Это рядом. А ещё завод по розливу «Мокси». Пустыня Мэна? Она же где-то в Фрипорте?

Она кивнула, лениво ковыряя бургер.

— Это недалеко от гигантского ботинка L.L. Bean и статуи рыбака. Можно было бы объединить несколько из этих мест в одну поездку на выходные, — вылетело у меня прежде, чем я осознал, что вообще сказал. — То есть… ты могла бы, — пробормотал я и отодвинул телефон на середину стола. Чтобы не ляпнуть ещё что-нибудь, сунул в рот целую горсть картошки фри.

— Звучит классно, — тихо ответила она, глядя на тарелку.

Я избегал прямого взгляда, но мельком, когда всё же посмотрел на неё, заметил лёгкий румянец, поднимающийся по её шее.

— Было бы странно одному восторгаться самым большим в мире вращающимся глобусом, — пробормотала она.

— Ага, — кивнул я, прокручивая в голове наш разговор, пытаясь разглядеть в нём что-то большее. Была ли Лайла заинтересована во мне так? Она всегда была дружелюбной, немного флиртовала — я списывал это на её солнечный характер.

Но только за сегодняшний день она назвала меня «великолепным винтажом», попыталась взять за руку… и я заметил, как она на меня смотрела, пока Дорис разглагольствовала про мастурбацию.

Но она ведь была намного моложе. И Коула никто не отменял. И моя жизнь в Бостоне. И её планы на магистратуру.

В такие моменты я искренне ненавидел своего брата. Как он вообще умудрился найти такую женщину, как Лайла, — и так всё просрать? Не то чтобы я жаловался на то, что она свободна.

Мысли неслись в голове вихрем, но внешне я старался сохранять полное спокойствие. Ни один мускул на лице не дёрнулся, хотя внутри уже всё кипело от осознания: несмотря на все «но», рядом с ней всё казалось простым. Я хотел её. И мне казалось, что она хотела меня. Эта тяга была такой естественной и одновременно пугающей до одури.

Я жаждал прикоснуться к ней. Поцеловать. Обнять.

Безумие ли думать, что она могла чувствовать то же самое?

Когда я оплатил счёт — не дав ей даже заикнуться о том, чтобы поделить, напомнив, что всё это можно списать как служебные расходы, — я уже всё решил. Сегодня вечером я попробую. Дам понять. Посмотрю, может ли из этого выйти что-то настоящее.

Были миллионы причин, почему мне не стоит с ней связываться. Но когда мы вышли на парковку, и я обнял её за плечи, ни одна из них больше не имела значения.

Рядом с Лайлой я чувствовал себя смелым. И я просто обязан был попытаться.

Мы были примерно в часе езды от дома, когда на консоли завибрировал мой телефон. Одного взгляда хватило, чтобы понять — пришло уведомление с наших камер