Эскорт для сводных - Бетти Алая

— Не отвлекайся, — Кир вгрызается в мой рот, — дрочи мне, малышка... давай... продолжай... сделай братику хорошо...

— Ты очень красивая, Катя, — хрипит старший, нагло рассматривая мою промежность, — аккуратные, пухлые губки. Они созданы для наших членов... и языков.

Он впивается в меня. Серия легких мазков рядом с клитором, и я взрываюсь.

— Хулиганка, — ухмыляется старший, — я хотел тебя помучить... но теперь ты заслужила наказание.

Влад встает, нависает надо мной. Кир опускается губами к соскам, а старший врывается в моё лоно пальцами. Хватаю его руку...

— Нет... нееее... надооооо! — кричу, пока он жестко меня долбит, раскрывает внутри пальцы, заставляет меня улетать.

— Давай... ну же... как ты умеешь, олененок... — рычит он.

Я теряю рассудок. Взрываюсь. Из меня рвется струя влаги, потом ещё и ещё. Пока ноги не начинают дрожать, и почти не падаю в руки Кира.

Но это ещё не всё. Я раззадорила братьев и теперь меня просто так не отпустят. Кирилл подхватывает меня, тянет к себе.

— Обхвати меня ногами... раскройся... впусти в свою киску, сестричка...

Влад вылезает из душа, пока его брат насаживает меня на свой член. Большой, горячий, пульсирующий.

— Я хочу его... — стону, кусая младшего за плечи.

— Еще скажи... повтори... блядь... — хрипит он, наращивая темп.

— Хочу твой член, Кир... аах! Божечки! Как же круто!

— В тебе так мокро, Катюшка, так... пиздец как мокро... ты вся течешь...

Он спокойно держит меня на весу, в его руках надежно. Он не уронит, не разобьет.

— Глубже... пожалуйста... я почти... — бормочу, сильнее вжимая в горячее тело сводного, — КИР! ДААА!

Он держит меня под попку. Пальцами достает до анального колечка, массирует. Пока кончаю, возвращается Влад со смазкой. Нежно разминает меня, долго и терпеливо. Пока я сокращаюсь и умираю на члене его брата.

Ну а потом старший Трофимов входит в мою попку. Медленно. Аккуратно растягивая. С любовью, свойственной лишь ему.

— Чувствуешь нас, крошка? — рычит Кир, — пиздец ты узенькая... лёгонькая... моя маленькая принцесса...

— Давай-ка отжарим эту принцессу, — Влад перехватывает меня, — обними меня, олененок. Давай!

Обвиваю его шею, разворачиваюсь. Божечки, какие мы порочные! Внутри моих дырочек два мужчины! Я провожу языком по губам старшего. Дразню. Он напряжен, со лба стекают капельки пота.

Они оба боятся мне навредить. И я плыву от этой заботы. Но чем сильнее мы распаляемся, тем глубже во мне их члены. Они разрывают меня на части. Вырывают крики из горла.

Выгибаюсь, жмусь к сильной груди Влада. Кир терзает мои сосочки.

Хлюп! Хлюп!

— В тебе так горячо, — рычит старший, — так мокро... Катя, ты бесстыжая порочная девчонка... твои дырочки очень гостеприимные... как думаешь, Кир?

— О да... наша сестричка самая развратная на свете... и самая сладкая... сейчас она покажет это... покажет братишкам, как умеет кончать...

Они оба глубоко. Входят по очереди. Пока Член Влада освобождает попку, Кир врывается и растягивает влагалище. Долбился в самую матку. Затем немного выходит и уже Влад трахает меня в задницу.

— Круто... как же круто! Еще! Мои братики! — кричу, полностью погружаясь в вязкое пламя порока.

— Да девочка... да! Блядь, сейчас солью в тебя! Прими же... ну... — Влад кончает первым.

После новости о беременности братья меняются. Становятся внимательнее. Такие большие, заботливые медведи. Мысли кружат голову. И сознание улетает после новой порции влаги, бьющей из моей киски. Этот оргазм занимает всю меня.

— Даааа... это пиздец красиво... — Кир любуется, растирает мокрость по своему прессу.

Братья опускают меня. Ноги не держат. По бёдрам стекает сперма. Грудь вся искусанная, в засосах. Божечки! Ни одной мысли в голове.

— Как же хорошо... — падаю на грудь Кирилла.

— Так, давай-ка мы тебя помоем, потом в постельку, — Влад целует меня в лоб.

— Нет! Хочу кино посмотреть... какое-нибудь! — канючу.

— Ладно. Но сначала мыться.

Братья тщательно меня моют. Намыливают гелем и от новой порции соития нас отрывает вой моего желудка. Влад нежно вытирает меня полотенчиком, Кир просушивает волосы.

На голое тело натягиваю футболку младшенького. Она пахнем им. Терпкий, дикий аромат. Самца, которого не приручить. Но у меня получилось. Вроде бы.

Сажусь перед телеком и лишь сейчас понимаю, насколько голодная. Так что как только приводят еду из ресторана, сметаю свою порцию.

— По-моему, кто-то уже начинает есть, как не в себя, — смеется Влад.

Они оба рядом. Хищники заснули, теперь мужчины исключительно заботливые. Кир массирует мои ноги, а Влад обнимает. Льну к его груди. Так приятно!

— Завтра никакой практики, — заявляет старший.

— Чего?! — возмущаюсь, — я не больная, а беременная!

— Помимо этого, у тебя давление упало и анемия. Это не шутки. Выспись, а после обеда поедем к врачу. У тебя же есть все данные для статьи?

— Ну, не все пока... я планировала сделать большой разбор.

— Что-то же есть? — Влад перебирает мои волосы, пропускает пряди сквозь пальцы.

— Да.

— Тогда работай с этим, а всё остальное потом, когда мы поймем, что тебе можно, а что нет. Малыш, это серьезно!

— В кои-то веки соглашусь со старпером, — мурчит Кирилл, — мы должны беречь тебя, крошка. Наша единственная сладкая сестричка.

— Хорошо.

Соглашаюсь. На самом деле сегодняшний день и правда принес мне море потрясений. Нужно отдохнуть и прийти в себя. И сообщить маме о ребенке. Блин, она же будет думать, что он от Кира! А все в офисе — что от Влада.

Вот же геморрой на мою голову.

Засыпаю я рано, Кир относит меня в постель на втором этаже. Сами братья присоединяются позже. Большие, горячие, голые. Но глаза закрываются и, кутаясь в сладкие объятия сводных, я засыпаю.

С утра меня ждет пустой пентхаус и сообщение на мобильном.

Мы уехали на работу. После обеда будь готова, едем к врачу. Еда в холодильнике, не скучай, Катюша. Твои сводные.

Они уже мне сообщения пишут от двоих. Хихикаю. Я так влюблена! Голова кругом. Завтракаю, затем сажусь за работу. Раскладываю заметки, зарисовки и принимаюсь за статью. В десять утра раздается звонок в дверь.

Хм...

У братьев есть ключи. Странно как-то. Приоткрываю дверь. Ну конечно... Даша.

— Ты что здесь делаешь?! — визжит она.

— Живу! — нагло заявляю.

Ну и что, приукрасила немного реальность! Всё равно братья меня не отпустят.

— Я хочу поговорить, — говорит она, — слышала, ты трахаешься с генеральным?

Молчу, исподлобья гляжу на соперницу. Ууу! Изнутри поднимается злость и желание доказать, кому здесь принадлежат братья Трофимовы.

— Ты же с ним? Да? Тебе на Кира плевать! А у меня всё серьезно! — она словно умоляет, а мне мерзко становится.

Но я знаю, что выдавать нашу тройственную любовь нельзя.

— Угу, — вяло