Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии! - Инна Владимировна Дворцова

― Студенты вызвали тёмного бога, ― достаточно холодно произнёс ректор, но ему не достичь высот Полозова-младшего по замораживанию речи. ― Ситуация требовала немедленного реагирования. А вот где вы пропадали в это время, декан?

Казалось, что Демьяна не трогают намёки ректора. Он оставался всё так же невозмутим.

― Я так понимаю, что вы в спешном порядке уже назначили наказание?

Ларион по моему приказу постучал клювом в окно. Ректор стоял спиной к окну, поэтому не увидел его. Когда он резко переместился, чтобы держать в поле зрения ещё и окно, Лариону удалось спрятаться. Хорошо ещё Демьян быстро соображает, сразу догадался, кто привлекает его внимание. Он внимательно осмотрел комнату.

― Естественно, ― отозвался комендант Камински. ― Карцер на нижних ярусах подземелья.

― Даже так? ― Бровь сводного удивлённо выгнулась. Это было эффектно. На ректора это тоже произвело впечатление. ― Дитрих, почему же ты не защищал своего лучшего студента?

Наконец-то Демьян увидел, в каком состоянии Кольцов, но даже бровью не повёл, оставаясь таким же невозмутимым.

― Он провинился, Демьян, и ты это знаешь, ― не глядя в глаза, произнёс Флаве.

― Знаю, ― ответил сводный, и моё сердце упало. Как он мог так быстро сдаться. Я для чего его сюда притащила? А он? Нахлынула совершенно детская обида на Демьяна. ― Знаю, что вы опять нарушили устав. В карцер нельзя сажать без тщательного разбирательства с привлечением членов совета. Должно быть проведено следствие и представлены доказательства.

Только комендант довольно улыбался, у ректора же было такое лицо, как будто ему наступили на больную мозоль.

― Дитрих, а вот тебе я удивляюсь, ― разошёлся не на шутку Демьян. ― Твой студент на волосок от смерти, а ты позволяешь отправлять его в карцер.

― Его ещё никуда не отправили, ― огрызнулся Флаве. ― Ты всё преувеличиваешь.

― Да, неужели? ― Демьян выглядел удивлённым. ― Разве не тебя заставил ректор стать на его сторону. Чем он тебе угрожал, Дитрих?

Сводный бросал Флаве спасательный круг. Теперь только от самого декана будет зависеть, на чью сторону стать.

― Думаю, что пора уже собрать внеочередное заседание попечительского совета, ― решительно произнёс Демьян. ― Слишком много произошло с момента начала учебного года, и вам, ректор придётся держать ответ за смерть студента-первокурсника, за ментальное воздействие на старшекурсника-оборотня и многое другое.

― Ты думаешь, что можешь так просто заявиться и угрожать мне? ― Заревел, как раненый зверь Арчаков. ― Да кто ты такой, чтобы угрожать мне?

― Кто я такой вы знаете, ― в отличие от ректора Демьян оставался спокойным. ― Не сто́ит задавать риторических вопросов только для того, чтобы произвести должное впечатление на сомневающихся.

Ректор так сжал челюсть, что казалось его зубы раскрошатся.

― Ветров, быстро взял Кольцова и оттащил его в лазарет, ― приказал декан факультета тёмных искусств. ― Комендант, очень прошу вас, помочь студентам добраться до места назначения.

Камински кивнул и, взвалив Тима на спину, пошёл к двери. Вслед за ним поплёлся Ветров, которому очень хотелось узнать, чем же закончится противостояние его декана и ректора.

― Ты забываешься, Полозов, ― закричал Арчаков, как только за студентами и комендантом закрылась дверь. ― Ты распоряжаешься в моей академии, как в собственной.

― Данияр, давай начистоту, ― устало провёл рукой по волосам Демьян. Сейчас было видно, что он вымотан. Наверно тяжёлый день, да и объяснение с мадам Боуи вытянуло из него много сил, а теперь вот выкрутасы ректора. ― Я никогда не стремился занять твоё место. Должность декана меня вполне устраивает, и ты это знаешь, как никто другой.

Ректор нахмурился, и глаза его засветились недобрым огнём.

― Но сейчас ты перешёл все допустимые границы, ― голос сводного снова стал решительным и немного холодным. Он похрустывал, как молодой ледок. ― Остановись, Данияр, пока не поздно.

― Ты мне угрожаешь, щенок, ― не выдержал-таки ректор.

― Предупреждаю, ― глаза Демьяна опасно вспыхнули. ― а за щенка ты ответишь.

― Преподавателям тоже запрещены магические дуэли, ― радостно сообщил Арчаков.

― И именно поэтому ты решил меня оскорбить? Ты трус, Данияр. Из щенков вырастают матёрые волки, а вот из трусы навсегда остаются трусами. Живи теперь с этим, ― Демьян держал себя в руках, хотя видно с каким трудом он сдерживается, чтобы не убить ректора на месте. Хорошо, что сводный не такой импульсивный, как я. А сначала думает, потом делает. Сейчас он всем нам нужен здесь в академии, а не в карцере. За нападение на ректора его запросто отправят в подземелье.

― Я жду, когда ты назначишь дату сбора дисциплинарной комиссии, Данияр, ― произнёс Демьян, а за его спиной материализовался декан Флаве. Он сделал свой выбор.

― Хорошо, после бала Памяти Предков, ― чуть-чуть подумав, заявил ректор. ― Как раз все соберутся на праздник. В этом году я пригласил даже светлых магов.

Глава 37

Последующие три дня после того злополучного появления Велеса я вела себя тише воды ниже травы. Пропадала в библиотеке, чтобы найти рецепт зелья «Тень воскрешения», которое задала Ветрову мадам Боуи. Учила уроки и в принципе мне такая жизнь нравилась, если бы не предсказание бога о том, что меня хотят принести в жертву. Не самое жизнеутверждающее заявление.

― Нашла? ― Подкрался со спины Ветров, рядом с ним стоял Кольцов, мрачно оглядывая библиотеку.

Он быстро восстановился, и вчера вечером ему разрешили покинуть лазарет.

― Нет, не нашла, ― тяжело вздохнула я. ― Я уже пересмотрела все книги, учебники и энциклопедии по зельеварению.

― А что же тогда делать? ― Ветров пригладил вихры. Я пожала плечами.

― Самое страшное, если зелье со сложными ингредиентами или варить его надо долго. Можем не успеть, ― пожаловалась я.

― Книга может быть в преподавательской секции, ― сказал Кольцов. ― Вдруг она специально задала такое зелье, рецепт которого не найти студентам.

Ветров застонал.

― Ты говорил о своём задании декану? ― Спросил Тимофей.

― Не успел, а сейчас его трудно застать на месте.

Тим лишь кивнул, соглашаясь, что у Полозова сейчас много дел.

― А знаете, что? ― вдруг меня осенила прекрасная идея. ― Я напишу своей сестре Богумиле. Она лучшая по зельям.

― Вряд ли она знает его, ― засомневался Ветров.

― Богумила уже закончила