Развод. Гори все огнем - Иден Хол

– Как? Таня…

– Потому что он мне изменял! Много лет изменял с другой женщиной! Пожар это вскрыл, если бы не он, я так никогда и не узнала бы! Он отвел меня ночью к этой Ане! К своей любовнице!

– Что? Погоди, какой Ане? Жуковой?

– То есть и ты ее знаешь? – сказать, что я в шоке, ничего не сказать.

– Подожди, ты все не так поняла, Аня же его бухгалтер, работает в его магазине.

– У них есть дети, Яна! Трое детей!

– Ну да, я знаю, передавала им вещи…

– Ты? Знаешь ее, да еще и вещи передавала?

– Подожди, но ты опять ошиблась! Это не его дети, это дети его брата! Аня же с ним, а Костя помогает им.

– Яна, его брат живет в Москве!

– Ну да, – и звучит она, будто рассказывает что-то само собой разумеющееся, что все давно знают. Все, но только не я. – Брат его Слава, он в Москве работает и деньги им шлет, приезжает иногда.

Я накрываю свободной рукой лицо. Какой же это все бред!

– Ты серьезно?

– Тань, тебе, наверное, показалось. Костя говорил, что вы к Ане пошли переночевать. Так ты что, подумала, что это Костины дети и… ушла от него? – и это изумление настолько натуральное, что я осознаю, она действительно в это верит.

– Ты то откуда знаешь? Почему мне никогда не говорила?

– Ну как… я думала, ты все знаешь! Что о ней говорить, ну работает на него эта Аня, она же все время в декрете и удаленно ему все отчеты делает, а он ей то и дело документы возит на обработку.

Боже, вот это как у них называется, документы и отчеты? Какое плодотворное сотрудничество.

– Ты откуда про нее знаешь? – повторяю вопрос.

– От Игоря, он мне рассказал. Как-то помогал им, когда Аня еще на старой квартире жила.

– Игоря, – повторяю в задумчивости, – а про меня ты тоже мужу сразу сказала?

– Ну да, ты же у нас жить попросилась, разве можно было ему не сказать?

– А он сразу Косте позвонил и сказал, что я сейчас приеду? Ждал меня?

– Ждал. А откуда ты знаешь, что он приехал?

– Неважно. Я все поняла. Вот сейчас только прошу, не говори своему мужу, что я звонила.

– Погоди, погоди. Не бросай трубку! Таня, ты где? Мы все очень волнуемся!

– Не важно.

– Как не важно? – я слышу голоса на заднем плане, и внезапно Яну прерывает голос Игоря.

– Это Таня? Где она? Дай трубку!

Я сбрасываю вызов и почти отшвыриваю от себя телефон. Он пружинит по мягкой кровати и ложится экраном вниз. Тут же начинает вибрировать, и я почти уверена, что это Яна мне перезванивает или ее муж.

Или Костя.

Беру телефон и вижу номер Яны. Даже узнавать не хочу, кто из них звонит, любой из них может по доброте душевной сдать меня мужу. А не для того я уезжала, чтобы вернуться в удушающие сети его бесконечной лжи!

Сбрасываю звонок и заношу номер в черный список. Надеюсь, Руслан простит мне самоуправство в его рабочем телефоне, но думаю, он как-нибудь переживет без номера моей подруги.

Падаю спиной на кровать.

Изнутри меня разъедает как сильной кислотой разочарованием.

Я будто хожу босиком по полу, усыпанному мышеловками, куда ни наступи, попадешь в ловушку, да еще и очень больно.

Даже если я и объясню Яне, что на самом деле происходит у Кости за моей спиной, она поверит мне не сразу, а к тому же ее муж наверняка занял позицию своего друга Кости и Яне придется выбирать между мной и супругом.

Я не знаю, чем закончится этот выбор. И не хочу быть ответственной за сломанную семейную жизнь подруги.

Закрываю лицо ладонями, и меня захлестывает волной эмоций, так сложно удержаться и вновь не разреветься. Мне казалось, что основное я уже выплакала в больнице, но, видимо, запаса слез больше, чем я думала.

Раздается стук в дверь.

– Таня, я могу войти? – Руслан невероятно вежлив, но сейчас не сильно хочу его видеть. – Я принес тебе полотенца и вещи, чтобы ты могла сходить в душ, – уточняет, и я несколько секунд думаю, глядя в потолок.

Очень хочу в душ. Я пропахла больницей и чужой одеждой, это невыносимо. Хочется вернуть хоть частичку себя, которая все еще я.

Сдаюсь.

– Войди.

– Или я могу наполнить тебе ванну, если болит нога, – входит Руслан и я поворачиваю к нему голову, не вставая. – Все в порядке?

Он явно увидел мое лицо, на котором отпечатаны все эмоции, тот еще букет. Внутри меня такое критическое давление всего того бреда, что происходит с моей жизнью, что мне нужно его сбросить. Не важно уже, кто узнает про мое бесконечное унижение.

– Мой муж шесть лет спал со своей бухгалтершей и у них уже трое детей.

– Что? – я вижу, как на лице Руслана проявляется удивление.

– А меня он стерилизовал какими-то новыми препаратами, чтобы я не родила. А любовница подсунула феназепам, чтобы сдохла, наверное. Уснула и не проснулась. В целом гуманно с ее стороны, – криво улыбаюсь.

Руслан открывает рот в полном шоке.

– Чего?!

– Спасибо за полотенца, я обязательно схожу в душ. Можно я побуду одна? – произношу на одной ноте, потому что желание разреветься при виде Руслана удваивается каждую секунду.

Мне хочется оказаться в его руках, вжаться в широкое плечо и реветь, пока силы не кончатся. Почему-то кажется, что это поможет. А он неловко обнимет меня, как в тот раз.

Внезапно вспоминаю про побуждающий поцелуй.

– Спасибо за помощь, уйди, пожалуйста.

Он становится серьезным, ошеломление исчезает с его лица, остается только решимость и, кажется, даже гнев. Свободной рукой проводит по лицу, потом взъерошивает волосы. Выглядит, будто сдерживается изо всех сил.

– Конечно, – кивает скованно и кладет стопку вещей на угол кровати, – если что-то нужно, зови. На кухне бери, все, что хочешь. Матвей будет спать в гостиной на диване, я у себя. – Отчитывается списком самого важного и проглатывает остальные слова.

Мне приятно его старание.

Киваю. Не могу ответить, горло свело, могу сорваться. Держу лицо, сколько могу, но Руслан не пытает меня своей добротой и присутствием. Уходит, аккуратно закрыв дверь.

Я лежу еще несколько минут, а может и все полчаса, а потом встаю и иду в душ в дальнюю ванную комнату. Меня хотя бы не будет слышно.

Когда раздеваюсь,