Сын бандита. Ломая запреты - Лина Мак

А ещё меня так и не вернули в общежитие. Давид строго-настрого запретил мне переезжать. Ксюша же не захотела больше жить здесь. Сказала, что хочет подольше спать по утрам. А со мной все дни до выписки Давида жила Вика.

Впервые после смерти папы я почувствовала себя в абсолютной безопасности. А за то, как Вика талантливо уводила меня от тяжёлых мыслей, буду благодарна ей всегда.

А ещё эта неугомонная красотка уболтала меня пойти учиться в автошколу. Буду я теперь гонять с Давидом наперегонки, тем более у меня скоро день рождения. Смогу сделать себе подарок.

А позавчера выписали Давида. И я даже обиделась на него за то, что не дождался меня. Я приехала домой, чтобы переодеться и ехать к нему в больницу, а он уже дома.

В универ он пока не ходит, но сегодня поехал со мной на конкурс. Пыхтел всё утро, что я со сломанной рукой собралась выступать, но изменить что-либо было не в его силах. Я нашла подход к этому наглому мажору, который так и не смог стать моим кошмаром.

Оглядываюсь вокруг в фойе, но не вижу Давида. Вот куда можно было спрятаться?

— Я даже мысли твои слышу, — тихий шёпот в макушку заставил вздрогнуть и откинуть голову назад.

— Не слышишь, — хихикнула я.

— «Ну куда спрятался этот Чернобор?» — кривляясь, хохотнул Давид, и я не смогла сдержать нервный смешок, развернулась лицом к этому Чернобору и застыла.

Я никогда не привыкну к тому, как он смотрит на меня. Страшно открывать это для себя, но только с Давидом я понимаю, что вот она, моя крепость. Будто этот тот самый дом, который я потеряла.

— Долго ещё? — снова спрашивает Давид, кивая в сторону зала, где проходит конкурс, и прижимает меня к себе крепче.

— Осталось два выступающих, и будут объявлять результаты, — улыбаюсь ему. — А что ты хотел?

— У меня сюрприз для тебя, — хмыкает и подмигивает мне Давид.

— День рождения у меня только через две недели, — вскидываю бровь вопросительно.

— Зато сегодня суббота, — отвечает загадочно он. — Да и до Нового года осталось совсем немного времени.

— И почему мне страшно, — хохотнула я, и действительно, всё сжалось внутри от странного предчувствия.

— Не бойся, Снежинка. Я буду твоим Каем, — ответил Давид и склонился к моим губам.

— Лиечка! Лия! — Сергей Романович выскочил из зала будто молодой парень, ища меня глазами. — Идём, девочка моя. Сейчас будут объявлять результаты, — с мальчишеским восторгом проговорил он.

Давид снова засмеялся и пошёл следом. А через полчаса мы уже вышли на улицу, под падающий снег, с ликующим Сергеем Романовичем.

— Лиечка, ты просто сокровище. Самородок! Так уделать всех этих зазнаек! Я горжусь тобой, девочка моя, — довольно говорил Сергей Романович.

— Сергей Романович, что за слова, — рассмеялся Давид.

— Ой, Чернобор, — по-доброму отмахнулся профессор от Давида. — От вас и не такого наберёшься. А тебя, моя девочка, жду в понедельник в отличном настроении, — перевёл он взгляд на меня. — Зачёты по моим предметам ты уже получила автоматом. А всё остальное и сама сдашь. Я в тебе не сомневаюсь, Лиечка.

И профессор побежал к своей машине. Даже и не скажешь, что человек разменял седьмой десяток.

— Поехали, — довольно сказал Давид. — Нас тоже ждут.

— И ты не скажешь куда? — попыталась я выпытать у Давида, но он только улыбнулся загадочно.

— Тебе понравится, — подмигнул он.

Ехать оказалось не так долго. И даже уже решила отругать Давида, что сразу не сказал, куда мы едем, но быстро остановила себя, заметив, сколько машин стоит возле дома родителей Чернобора.

— Давид, — голос резко сел, а сердце забилось на пределе. — Что происходит?

— Идём, — он уже вышел из машины и, открыв мою дверь, протянул мне руку. — Тебе понравится.

Слишком много событий в последние дни, но не только это меня пугает. Я слышу музыку, много голосов и понимаю, что у Черноборов праздник.

— Давид, я ведь даже без подарка, — нервно сказала я, но всё же подала руку этому засранцу. — Ты почему не предупредил?

— Не о чём было предупреждать, — прыснул он. — здесь нужно сразу и с головой нырять, а то потом не хватит силы воли.

— Я не понимаю, — подняла взгляд на Давида, а в следующий момент ворота разъехались, и я увидела что-то невероятное.

Огромная надпись на доме «Добро пожаловать», куча народу, среди которого я даже некоторых узнала. Лия с Ланой и Викой. Макар с Ильёй и Ксюшей. Ника Михайловна и дядя Дава. А ещё…

— Боже, Дикая, да она же точь-в-точь ты! — с восторгом закричала шикарная рыжая женщина в зелёном костюме, так идеально сидящем на ней. — Не зря желание загадывали!

— Яська, прекрати, — фыркнула Ника Михайловна и пошла вперёд. — Лия, девочка наша, добро пожаловать.

Слова просто исчезли. Я будто к земле приросла. Воздуха стало не хватать вокруг, и не потому, что его нет, а потому, что эмоции, которые не могут найти выход, давят внутри.

— Идём, — Давид снова встал за спиной и аккуратно подтолкнул меня вперёд.

— Лия! — завизжали девчонки и бросились мне навстречу, перегоняя Нику Михайловну, которая только глаза закатила. — Мы сами всё делали. Супер же, скажи?

— Супер, — выдавила из себя севшим голосом.

— Так, дайте и мне подойти, — скомандовал знакомый голос, и передо мной появилась Алевтина Алексеевна, та самая, что была на ужине в тот злополучный вечер. — Ты такая умница, Лия, — прошептала она. — Прости, что пришлось играть втёмную, но так было нужно. Зато теперь ты видишь весь наш табор.

— Спасибо, Алевтина Алексеевна, — прохрипела я.

— Ой нет! — взвизгнула она и замахала руками. — Мне этого на работе хватает. А просто Аля, и всё. Без всяких там… Фу, блин. Я себя старухой почувствовала, — и все вокруг разразились хохотом.

— А я вот поняла, что потеряла своего самого верного рыцаря, — смеясь, к нам подошла… ещё одна Аля. — Я Лика, — ответила она и, не спрашивая, притянула меня в объятия. — И да, мы с Алей близнецы, так что не перепутаешь.

— Девочки, разойдитесь! — скомандовала та самая рыжая женщина. — Дайте мне посмотреть на наше сокровище, — она с восторгом вклинилась между всех. — Я просто тётя Яся, и всё. Никаких там бабушка, дедушка и так далее.

Новый приступ хохота наполнил всю округу. Я развернулась назад, ища Давида, а он только улыбнулся мне, всё так же стоя за спиной.

— Я же говорил, — пожал он плечами. — Только ещё одних гостей не замечаю.

И тут за воротами просигналил клаксон. Все обернулись, а я всхлипнула, закрывая рот ладошкой. Из подъехавшей машины вышел Кирилл Геннадьевич с семьёй.