Только моя - Лора Павлов

— Я этого не говорил. Не приписывай мне свои фантазии.

Она резко развернулась, и моя грудь врезалась в ее.

— Тогда почему ты так перепугался после? Ты должен был гнаться за своим удовольствием. Но я видела другое. Ты выглядел чертовски напуганным. И ты называешь себя морским пехотинцем? Боишься девушки вдвое меньше тебя. Ты большой, тупой, самоуверенный…

— Да-да-да, я понял. Ты меня терпеть не можешь. Тебе просто нравится скакать на моем члене на заднем сиденье машины, так? — я приподнял бровь. Я знал, что это ее взбесит, и мне было плевать. Мне нравилось ее заводить. Бог свидетель, она заводила меня. В прямом и переносном смысле.

— Пошел ты, Вольф.

— Думаю, тебе бы понравилось, — усмехнулся я, потому что удержаться не смог.

— В твоих мечтах. А что до твоих синих яиц, — сказала она, медленно опуская взгляд на внушительный бугор в моих штанах. — Прости. Хотя нет, не прости.

Она резко развернулась и распахнула дверь.

— Не переживай, Минкс. У меня девчонки для ночных звонков на быстром наборе, — сказал я. Это была ложь, но мне хотелось ее взбесить. Она, как обычно, перегибала. Именно поэтому продолжать это было плохой идеей.

Но она не ответила.

Просто захлопнула дверь у меня перед носом.

Ну что ж, вышло отлично.

Похоже, меня ждал еще один холодный душ.

Потому что этот чертов поцелуй еще долго будет преследовать меня во сне.

17 Дилан

Последняя неделя с лишним выдалась безумной. Я работала допоздна и сознательно избегала Вольфа. Даже когда он писал, пытаясь вывести меня на реакцию, я не велась. Выражение его лица после того, как мы целовались в машине, как озабоченные подростки, было тревожным сигналом.

Он выглядел так же, как я обычно выгляжу, когда думаю, что нравлюсь кому-то сильнее, чем этот человек нравится мне.

А в эту игру я играть не собиралась.

Поэтому я игнорировала его, кроме редких рабочих пересечений. Вела себя предельно профессионально и упорно не встречалась с ним взглядом, когда мы оказывались в одной комнате.

Я умела замораживать людей не хуже любого, и Вольф Уэйберн не увидит, как я бегаю за ним.

Это был всего лишь чертов оргазм. Кстати, жизненно необходимый. Если он хотел превратить это во что-то большее, пусть делает это без меня.

Сегодня утром я с удивлением обнаружила на столе контракт на должность главного юриста. Несколько дней назад он написал, что решение принял давно и должен был сказать об этом честно. Я и это сообщение проигнорировала. Конечно, он предпочел просто помучить меня.

Ублюдок.

Но я была в восторге от того, что испытательный срок закончился, и радовалась, что теперь я штатный сотрудник Lions.

Сегодня в офис должен был приехать Бакли Каллахан, наш вратарь, чтобы встретиться с нами. Дюк хотел понять, в каком он настрое. Бак был лучшим другом Хоука, и ходили разговоры, что он может уйти из спорта, когда мой зять завершит карьеру позже в этом году. Мы надеялись, что он останется еще на сезон. Я хорошо его знала: в межсезонье он часто приезжал в Хани-Маунтин, и со временем мы подружились.

Вчера вечером я сидела с Эверли у кромки льда во время матча, хотя Вольф писал и звал нас в ложу.

Мне не нужны были ни его роскошные места, ни его оргазмы.

Я прекрасно обходилась без него.

В открытую дверь постучала Тони, и я оторвалась от экрана.

— Бакли уже здесь, все идут в переговорную.

— Спасибо. Сейчас подойду, — я поднялась со стула.

— Эй, — шепотом сказала она. — Ты не знаешь, почему Вольф в последнее время такой мрачный?

Я закатила глаза.

— А он когда-то бывает другим?

— Нет. Но последние несколько дней все совсем плохо.

Я пожала плечами. Наверное, не получает ночных сообщений с предложением приехать и снять напряжение.

— Думаю, он просто по жизни угрюмый.

Она улыбнулась.

— Ладно. Удачи на встрече.

Я направилась в переговорную. Когда я открыла дверь, мой взгляд тут же встретился с взглядом Вольфа. Я мгновенно отвела глаза, и Бак вскочил и поспешил ко мне.

— Вот она. Звезда команды Lions.

Он обнял меня и крепко прижал. От него пахло лосьоном после бритья Old Spice — таким же пользовался мой отец до сих пор. От этого запаха я ужасно скучала по дому. Я с нетерпением ждала выходных, чтобы поехать на Хеллоуин и увидеть всех.

— Перестань. Отличная игра вчера, — сказала я, усаживаясь на свободное место напротив него, рядом с Вольфом.

— Вы уже подписали с ней контракт? — спросил Бакли, зная, что у меня был временный договор.

— Да. Сегодня утром она получила контракт, — Вольф сложил руки и положил их на стол. — И теперь мы хотели бы сохранить в команде и тебя.

Бакли усмехнулся.

— Я так и думал, что речь об этом. Ты знаешь, я ни за кого другого играть не буду. Я Lions до конца карьеры. Думаю, у меня есть еще один сезон, если вы приведете сильную замену, потому что уход Хоука нас ударит.

Следующие полчаса мы обсуждали будущее Lions, перебрасываясь аргументами, и, похоже, все были на одной волне. В конце сезона Бак становился свободным агентом, но у нас было право первыми сравнять любое предложение. Он не хотел играть нигде больше, и мы хотели его оставить.

Дюк и Роджер были в восторге, пожали ему руку и вышли. Вольф и Бак обсуждали перспективных игроков, которых мы собирались подписывать в свое время.

— Эй, девочка. Даже не думай сбегать. Я хочу пригласить тебя на обед, отпраздновать твои официальные первые сутки в роли Lions, — сказал Бакли.

Я улыбнулась, не пропустив ядовитого взгляда мужчины рядом. Ну и наглость. Он почти бегом скрывается после поцелуев, а теперь считает, что может решать, с кем мне обедать?

Нет. Он глубоко ошибается, если думает, что я буду его бояться.

Мы с Баком были просто друзьями, но мне было приятно видеть, как Вольф заводится.

— С удовольствием. Спасибо, — улыбнулась я и буквально почувствовала, как от стоящего рядом мужчины исходит злость.

— Похоже, сегодня я счастливчик, — Бакли подмигнул, и я заметила, как у Вольфа сжались кулаки по бокам.

В дверях появилась Тони и сказала Вольфу, что ему пора на обеденную встречу. Он неохотно протянул руку Баку, но взгляд так и не отвел от меня.

— Рад слышать, что ты хочешь остаться еще на год.

— Я тоже. Спасибо, что позволил мне увести ее на обед, — протянул Бакли с дразнящей улыбкой.

Я знала Вольфа достаточно хорошо, чтобы понимать: он