Уравнение трёх тел - Анна Есина

— Я трахаю, ты читаешь, — жёстко приказал он, глядя на меня поверх дрожащих бумаг. — Хочешь кончить?

Да я уже почти...

— Что сделано, — выдохнула рвано и охнула, когда отнюдь не нежно протащил меня по столу к себе и подхватил под поясницу. Взмокшая кожа липла к полированной поверхности. — В ТОР «Приморье» запущена первая очередь крупного логистического комплекса.

— Начато строительство складского комплекса класса «А» площадью 213 тыс. м² (инвестиции 12,4 млрд руб.).

Планы на 2026 год:

— Запуск фулфилмент-центра Ozon во Владивостоке (площадь 85 тыс. м², обработка 460 тыс. заказов ежедневно).

— Завершение строительства холодильного комплекса для ГК «Доброфлот» в г. Большой Камень.

Сложности и риски:

— Кадровый дефицит в логистической отрасли.

— Погодные риски (тайфуны, подтопления).

Методы решения:

— Внедрение цифровых технологий для оптимизации маршрутов и мониторинга грузов.

— Программы подготовки кадров в сотрудничестве с местными учебными заведениями.

Подраздел 2.4. Линейные объекты в Забайкалье и Иркутской области.

Что сделано:

— Реконструкция нефтепроводов «Сковородино — Могоча» и «Чита — Иркутск».

— Подготовка документации для капремонта дороги Смоленка — Карповка.

— Артур, я больше не могу, — взмолилась и отшвырнула кипу бумаг.

Он проделал то же самое со мной. Резко вышел, крутанул за бока и упёр лицом в стол, надавливая на затылок. Качнул бёдрами, возвращаясь в хлюпающую глубину, и задвигался совсем уж безжалостно.

— Ты не дочитала до раздела 3. Общие выводы и рекомендации, в котором говорится о ключевых достижениях за 2025 год, — нашипел мне на ухо. — Заложены основы для запуска флагманского проекта «Восток Ойл».

Меня вознесло к вершинам изысканного удовольствия, и волна жара хлынула по позвоночнику.

— Начата реализация крупных логистических проектов в Приморском крае, — продолжил хвалиться Артур, жамкая мою грудь через фирменную рубашку, затем притянул мою голову за волосы к себе и процедил: — Проведена существенная работа по подготовке инфраструктурных объектов, — словно то было проклятие, адресованное моей грешной душе.

Край стола больно впивался мне в лобок, и всякое раскачивание создавало трение между этими двумя составляющими.

— Но самое главное моё достижение, — Артур впился губами в основание плеча и ускорился до невозможности, — это то, что я получил в своё пользование одну очень мокрую шлюшку. Ты ведь моя шлюшка, Ксюх?

Да-да, знаем, повторить целиком.

— Я твоя шлюшка, Артур.

С этим именем на губах разбилась вдребезги.

— Конечно, моя. Трахни мой член, Ксюх, вот так, да-а-а-а.

Тискала его внутри изо всех сил, но даже этого ему было недостаточно. Бил меня по ягодицам раскрытой пятернёй и заставлял сжиматься вокруг себя ещё интенсивнее.

— Сегодня вечером дашь мне поиметь эту задницу, — прозвучало обещание, которое не снадбдила ответом.

Меня просто не было. Исчезла, испарилась, пропала в открытом океане плотского наслаждения. Из меня буквально вышибли душу.

Стук в дверь настиг Артура за мгновение до оргазма. Он хорошенько толкнул меня вперёд, глухо застонал и, наконец, сбавил обороты. Накрыл мою спину своей грудью и проворчал:

— Вон пошли.

Деликатно поскреблись повторно и приторный голосок Галины свет Иосифовны изрёк:

— Артур Юрьевич, тут ваша жена.

Кто, вашу мать?

Глава 18

Артур

Всё пошло по бороде.

Не успеваю отреагировать на возглас «Артур Юрьевич, тут ваша жена», как Ксюха подрывается со стола, изворачивается в моих руках и раздувает ноздри. Тут же открывается дверь, и стаккато каблуков являет моему боковому зрению отвратнейшую картину — Юлька собственной персоной.

И начинается клоунада.

— Блииин, Смолин, ты в своём репертуаре, — кривится жена и, ничуть не смущаясь, проходит к креслу напротив стола.

Ксюха нервозно одёргивает юбку, смотрит на меня, как на детоубийцу, переводит взгляд на Юльку. Отмечает кукольную морду, идеально завитые блондинистые локоны, шубу стоимостью в её годовую зарплату и сумочку от известного бренда.

Меня корёжит от злости.

— Какого хера припёрлась? — не стесняюсь в выражениях и отодвигаюсь от любовницы, чтобы поправить одежду.

— Ну уж явно не ради этого, — Юлька делает вид, что оценивает мой временный офис, а сама мельком рассматривает Ксюху.

И увиденное ей не нравится, читаю в прищуренном взгляде и капризно надутых губах.

Слышу всякую мысль, что набатом взрываются в Ксенькиной голове. Я и подлец, и подонок, и женатик, и лгун, и видеть она меня больше не желает, и вообще подумывает о том, чтобы оттяпать мне хозяйство канцелярским ножом — до того красноречив её взгляд, устремлённый на стакан с принадлежностями.

Не сказав ни слова, она порывается уйти, и меня бесит это ещё больше. Хватаю за локоть, вжимаю в себя:

— Я позже объясню.

Аккуратные брови изгибаются в два треугольника.

— Ничего не надо, — шепчет искусанными мной же губами и выдёргивает руку.

До самой двери провожаю её глазами. Хочется броситься следом, однако удерживает мысль о скором начале совещания. Именно поэтому упираю кулаки в стол и обращаюсь к супруге:

— Чего тебе?

— Звёздочку с неба, — язвит, а у самой в глазах слёзы, которые вообще не трогают.

Да и с чего бы? Полгода назад я честно признался, что ничего к ней не испытываю, и предложил развестись. Только вместо разумного согласия получил длинный список обиняков, угрозы, скандалы, кляузы — она жаловалась на меня своему отцу — и шантаж. Она то божилась, что наложит на себя руки, то стращала меня заявлениями в прокуратуру (об откатах и теневых сделках) и полицию (о регулярных изнасилованиях и побоях — эта идиотка все пять лет совместной жизни вела галерею фото каждого синяка и всякой ссадины, оставленной мной в порыве страсти). На меня ничто не действовало. Охота вывалить из дома тюк с грязным исподним — могу подбросить до ближайшего отделения.

И она сменила тактику. Превратилась в отчаянно любящую и дико тоскующую жёнушку. Час от часу не легче.

— Юль, проваливай, — прошу миролюбиво. — В марте у меня отпуск, заскочу на пару деньков, чтобы подать заявление на развод.

— Артур Юрьевич, Артур Юрьевич! — в кабинет без стука влетает Пэмээска.

— Что ещё? — скрежещу зубами.

— Там Мельникова вашу машину громит, — выдыхает трагедийно Галина и без приглашения плюхается на диван.

Меня пробивает на смех. «БМВ» ничуть не жаль, а вот её кричащие эмоции дорогого стоят. В груди теплеет при мысли, что её так задело появление жены.

Хватаю телефон, бросаю Юльке:

— Свали, будь добра, — и несусь в торговый зал, где замираю у большого витринного окна.

Ксюха, замотанная в фирменный бушлат, скачет рядом с кроссовером и колотит деревянным черенком швабры по заднему стеклу. Зеркала она уже отбила, лобовое раздавила в мелкую паутинку. На дверях и капоте видны продолговатые вмятины.

Она пыхтит, кричит что-то, судя по крупным облачкам пара изо