Ненужная жена. Отданная дракону - Илана Васина

— Тебе очень идёт, рия, — выдохнула она, заставив меня благодарно улыбнуться.

Платье мягко облегало талию, но не стесняло движений. Юбка падала тяжёлыми волнами. При каждом шаге бархат шуршал, как дыхание далёкого моря. Лиф был вышит тонкой серебряной нитью, словно повторяющей узоры инея на стекле, — и от этого казалось, что мороз сам приложил руку к его созданию. Я не видела себя в зеркале, но и без того ощутила себя красавицей.

— Отлично. С платьем решили. Остались украшения, — с довольным видом распорядилась Мирна.

Из небольшого ларца она достала тонкую цепочку, к которой был прикреплён полупрозрачный камень, похожий на крошечное озеро из талого льда. В дневном свете он мерцал голубым огнём. К ожерелью прилагались серьги — от каждой исходило мягкое серебристое свечение. Очень красиво, но...

— Сними-ка свой оберег, — велела Мирна. — Он не к месту.

— Знаю, что не к месту, — вздохнула с досадой. — Но я обещала не снимать.

— Кому обещала? Аругару?.. — тяжело вздохнула она. — Ладно, неважно, — огорчённо махнула рукой. — Если распустишь волосы, будет не очень заметно.

Туфельки принесли чуть позже — лёгкие, но тёплые. Серебристая кожа мягко облегала ступни, а подкладка из тонкого меха защищала от холодных каменных полов. Когда я примерила их, подошвы еле коснулись пола — казалось, будто ступаю по облакам.

Служанка нервно поправила подол и, не удержавшись, прошептала:

— Тиарх, должно быть, забудет дышать, когда увидит тебя!

Мирна усмехнулась, и в её взгляде мелькнула искренняя гордость.

— Забудет, Эрика, не сомневайся. В этом платье от рии взгляда не оторвать, — она вдруг посерьёзнела. — У нас теперь только одна проблема.

Я насторожилась.

— Какая?

— Ты одна, а тиархов четверо. Трое здесь лишние, понимаешь?

Дорогие мои, хочу показать вам, как я вижу платье Верии. К сожалению, все детали совместить на визуале не получилось. У нее по-прежнему висит косточка на шее, а не эта вот красота, приготовленная Мирной. И, конечно же, волосы уложены гораздо аккуратнее, и настрой у неё чуть бодрее. Ну а в целом как-то так.

Глава 32

Не знаю, почему я решила, что пир назначен на вечер. Оказалось, он начнётся в обед и продлится до середины ночи. На мои расспросы, чем можно так долго заниматься на пиру, кладовщица — точнее, экономка — весело рассмеялась, будто я удачно пошутила.

А вот мне было не до смеха. Неизвестность, помноженная на предсказания шаманки и Миры, пугала меня.

В доме Эдмира я устраивала по вечерам приёмы. Изысканные яства, музыка и танцы помогали скрасить время. К тому же, фиандийцам очень нравились земные развлечения, наподобие шарад. А вот чего ожидать от драконов — понятия не имела.

С одной стороны, Дарион казался сдержанным, умным эстетом. С другой — драгархи были народом самобытным, непредсказуемым и темпераментным. В них ощущалась необузданная сила, и мне оставалось только надеяться, что праздник не скатится в обыкновенную пьянку с непотребным поведением.

Хотя… В конце концов, что помешает мне отсидеть полчасика где-нибудь с краешку, перекусить, а потом тихонечко исчезнуть? Ведь главное — своим присутствием выразить уважение, а не торчать за столом от первого до последнего блюда. Придя к такому заключению, я успокоилась.

Когда зашла в зал, то ахнула от восторга. Столовая преобразилась до неузнаваемости. По светлым сводам тянулись гирлянды из пылающих цветов — алых, золотистых, бордовых. Между ними мерцали огоньки крошечных лампад, подвешенных на тонких цепочках и дрожащих от малейшего дуновения — зал будто дышал вместе с людьми.

В углу расположились музыканты. Я не знала названия инструментов, лишь отдалённо напоминающих лютню, но играли они божественно. Мелодия рождалась тихо, как дыхание ветра, а потом серебристо разносилась по залу, взлетала к сводам и опадала мягкими волнами на гостей. Казалось, струны пели о тёплом воздухе над горами, о свободе, о радости быть живым и веселиться тут, на пиру.

Между столами возвышались чаши с углями и смолистыми ароматами — от них поднимался лёгкий дым, напоминавший утренний туман, из-за чего воздух над пиршеством колыхался, слегка размывая силуэты присутствующих.

По залу сновали многочисленные слуги с подносами. На столах громоздились блюда — жареное мясо с пряными травами, лепёшки, горшочки с тушёными кореньями, миски с ягодным соусом, напитки в глиняных кувшинах. Вроде бы никаких изысков, но всё выглядело щедро и искренне: запах хлеба, хруст корочек, звон кубков, смех, струнная музыка — всё сливалось в один живой шум.

В этой суете мой взгляд не сразу отыскал Дариона, сидевшего во главе стола. Он показался мне чересчур серьёзным для такой праздничной атмосферы. По обе стороны от него я увидела троих тиархов. Одно место, рядом с хозяином замка, пустовало. Наверно, оно предназначалось тиарху Северного пика, который в этом году решил пропустить встречу.

Заметив свободное пространство среди женщин, уже собиралась пристроиться к ним на лавку, как вдруг за моей спиной раздался знакомый голос, заставивший замереть.

— Кто бы мог подумать, — усмехнулся Лионел, — что рия предпочтёт обществу тиархов общение со служанками. Ещё чуть-чуть — и ты своим неуважением оскорбила бы тиархов.

Обернулась и наткнулась на его серьёзный взгляд. В голосе звучала насмешка, вот только губы не улыбались, потому что драгарх не шутил.

Мысленно я взвыла, ощутив себя несмышлёным котёнком. Разве мне не должны были объяснить хоть что-то о здешних порядках заранее? Я же не умею читать мысли, чтобы самой обо всём догадаться. Рашт верно понял мой взгляд и кивнул.

— Да. Я должен был объяснить тебе весь расклад. Всё утро ждал твоего появления. Кто же знал, что ты целую вечность потратишь на сборы и придёшь последней? Так что, — он выразительно развёл руками, — не обессудь! Тебе придётся схватывать на лету.

— Почему ты объясняешь правила? — аж прикусила губу с досады. — Почему не Дарион? Ведь он хозяин, а я его гостья.

— Видишь ли, — рашт наклонился ко мне, будто собираясь сообщить важную тайну, — если Дарион первым проявит к тебе внимание, остальные тиархи сочтут это вызовом. Как это ни печально, дева, преимущество сегодня — у чужаков.

— Преи... Что? — я аж похолодела. — Преимущество — в каком смысле?

— На общение с тобой, маленькая рия. На что же ещё?

— Но тебе же можно со мной говорить?

— Потому что