Ненужная жена. Отданная дракону - Илана Васина

— Ты права. Вины твоей здесь нет. И всё же лучше тебе забыть Дариона. Выбери другого тиарха, — внезапно он склонился так низко, что его дыхание обожгло висок, а борода щекотнула кожу. — Я буду хорошо о тебе заботиться, дева. Обещаю.

— Мне выбирать? — я горько усмехнулась. — Разве не Аругар решает, с кем меня соединить?

— Ты вроде неплохо освоилась в наших преданиях, но самого важного так и не поняла. Аругар не выбирает вслепую. Он смотрит в наши сердца. И в твоё тоже заглянет. Не сомневайся.

Внезапно драгарх быстро переместился, загородив меня от зала широкой фигурой. Оказавшись между каменной стеной и его спиной, я не понимала, что происходит, пока не услышала напряжённый голос Лиены.

— Позволь мне лично познакомиться с твоей гостьей, Дар. Разве я не имею права увидеть избранную? Раньше или позже это всё равно случится. Не бойся, я не укушу её… слишком больно.

— Для начала сложи своё оружие на стол, мать сиарий. Ты получишь его обратно перед отлётом из замка.

Раздались звуки потасовки, тычков, кряхтенье, и я не выдержала — выступила вперёд, ловко обогнув Варграна. Уж прятаться за спиной мужчины от девицы, пусть даже агрессивно настроенной, — это как-то не в моём стиле.

В глаза бросились драгархи, вставшие между мной и воительницей живой цепью. Похоже, пока деву удерживал Лионел, Дарион успел её разоружить. Теперь на столе между яствами лежал целый склад холодного оружия. От меча до дротиков.

Стоило выйти, как взгляд Лиены с вызовом впился в меня. Ей так и не дали подойти ближе, но я отчётливо видела её лицо. Интерес, ревность и желание уколоть — все эти чувства напомнили старшие классы с их бушующими гормонами. В те времена моей излюбленной стратегией было: «Будь такой сладкой, чтобы у врага заболели зубы».

— Светлого дня, Лиена. Меня зовут Верия, — представилась я.

Воительница скривилась, будто лимон разжевала.

— Разве я спрашивала твоё имя, чужачка? И разве разрешала называть себя по имени?

— Ты права, — деловито кивнула. — Оставим имена для друзей. С радостью буду звать тебя матерью сиарий. А меня можешь звать рией, избранной Аругаром, суженой Архаэля и будущей матерью избавителя драгархов.

Она зло сверкнула глазами. Её ладонь многозначительно опустилась на место, где раньше, судя по всему, находилась рукоятка кинжала. Нащупав пустоту вместо оружия, она сжала кулаки и зашипела:

— Боюсь, не запомню. Я лучше по-простому тебя буду звать. Чужачка, укравшая моего тиарха.

— Известно ли было тиарху, что он твой? — осведомилась я, тоже понизив голос. — Кто, кроме тебя, владел этой информацией?

Хотя сказала это тихо, драгархи услышали, и по залу разлетелись смешки. Дева моргнула, будто не сразу поняла мой ответ. Потом сделала шаг в мою сторону — плавный, как кошка перед прыжком. Упёрлась в плечо одного из гардов и процедила:

— Я могу отправить тебя к праотцам одним движением руки. Даже без оружия.

— Это вряд ли, — тихо сказал Дарион. — Зато ты наверняка покинешь тиархон, если не совладаешь со своим языком.

Их взгляды скрестились, как мечи на поле брани. Секунда, вторая, третья — и воительница перевела сверкающий гневом взгляд на меня, явно желая разорвать в клочья.

— Не сомневаюсь, что в твоих силах меня убить, — вступила я, стараясь говорить твёрже. — Но каковы будут последствия, если ты убьёшь избранную Аругара? Если ты помешаешь исполнению его воли, разве гнев Аругара не падёт на тебя и твоих потомков?

Дева застыла. В широко распахнутых глазах впервые мелькнуло сомнение. Неуверенность. Она перевела взгляд на Варграна. Я тоже мельком на него взглянула. Похоже, наш разговор ему не нравился. Тиарх мрачно хмурился, вслушиваясь в перепалку.

На миг он пошатнулся... то есть пошатнулась я. Воздух вдруг стал вязким, а звуки — приглушёнными, как будто между мной и залом натянули тонкую плёнку. Я поморгала, потёрла виски — и эффект «пленки» прошёл. Видимо, от нервов прыгнуло давление, но мне всё же пришлось прислониться к стене.

— Не понимаю. Ты… в своём уме, чужачка? — прошептала Лиена. — Почему ты не боишься? Почему не дрожишь? Ты же… — она презрительно сморщилась. — Просто слабая птаха.

— Может, и слабая. Но если Аругар выбрал меня, значит, увидел во мне подходящие качества. Вообще-то, — устало пожала плечами, — я и сама хотела бы понять, что он во мне такого увидел.

В её глазах отразилась мука, и меня вдруг кольнуло сочувствием к ней. Когда-то в моей жизни появилась Грисса — та, из-за которой Эдмир перестал смотреть на меня, как раньше. А теперь я невольно оказалась по другую сторону баррикады. Понятно было, что моё появление Лиене поперёк горла, но всё же я надеялась на её благоразумие.

От неё пахло свободными ветрами и силой, которая меня невольно восхищала. Я бы охотно у неё училась, будь у меня такая возможность. Мне хотелось с ней мира. Однако после моих слов дева молчала. Грудь её бурно вздымалась, дыхание сбилось, а в больших карих глазах плескалось отчаяние.

— Ты поклялась, мать сиарий, — едва слышно, но жёстко произнёс Варгран за моей спиной. — Выполняй свою клятву.

— Аргх, проклятые драгархи, — зарычала девушка, словно очнувшись. — В пекло вас всех!

Она сжала кулаки, из её горла вырвался высокий писк, нестерпимо резанувший по ушам, странный клёкот... и после этого начался ад.

Я не успела осознать, что произошло. Мгновение назад зал был наполнен уютным треском огня и запахом жареного мяса — и вдруг цветное стекло со звоном посыпалось вниз. Сквозь этот сверкающий дождь ворвались огромные крылатые существа, как чёрные тени из пекла. Пахнуло горелым пером и ветром. От резких, высоких криков у меня заложило уши, и я в ужасе прижалась к стене.

Зал наполнился хаосом. Крылья хлестали по воздуху, разбрасывая кубки, сбивая свечи, поднимая струйки дыма и лепестки цветов. Переворачивались столы, кто-то кричал, кто-то уже бился с дьявольским нашествием, пытаясь отразить напор. Варгран стоял рядом, ноги расставил покрепче, меч держал наизготове.

«Надо бежать», — пронеслось в голове. «Надо укрыться в безопасном месте». Шаг в сторону двери — и ноги отозвались ватной слабостью. Меня скрутило. Машинально сглотнула и приникла к стене, пытаясь набраться сил.

Дарион метнулся ко мне, но сразу несколько птиц рухнули на него. Один миг — и тьма крыльев сомкнулась над его фигурой.