Мой пленный генерал - Лия Шах

Его спокойный и внушительный тон подействовали просто волшебно. Репортеры подвинулись и дали нам уйти, а я на непослушных ногах поплелась за генералом. Уже находясь внутри корвета, я ошеломленно смотрела, как пленник встает на колени и серьезно отряхивает мои ноги, чтобы надеть на них туфли. После чего он и сам сел рядом, захлопнув дверь.

— Госпожа, вас домой? — обернувшись с водительского сидения, спросил тот военный, который нас сюда привез.

— Да, пожалуйста, — ответил вместо меня Лаен, а потом повернулся ко мне и тихо спросил: — Устала? Пока летим, можешь поспать на моем плече.

Наш водитель многозначительно приподнял брови, будто что-то понял, а потом завел двигатель и не спеша направил корвет в воздух. Я же не поняла ничего и так же тихо на весь салон спросила:

— Тут лететь пару минут. Зачем мне спать, да еще и на твоем плече?

— Оно удобное, — на что-то намекая, поиграл бровями вражеский генерал, но я все равно не поняла. В итоге он, вздохнув, пробормотал что-то невнятное и протянул руку, чтобы самостоятельно положить мою голову себе на плечо.

Ну… и правда удобно. Нервы, беготня, раскопки и перебор работы с силой местного магического Источника сильно истощили меня, так что сама не поняла, как на самом деле уснула в таком положении.

Проснулась я в тот момент, когда мы уже были в здании, а генерал носил меня на руках и стучался в каждую квартиру, спрашивая, чья богиня. И пока я с трудом продирала глаза, он таки добрался до нужного этажа, и бабуля открыла нам дверь.

— Добрый вечер, — с широкой улыбкой сразил наповал мою бабушку генерал. — А я вот тут с гостинцами. Куда положить можно?

— Ой! Лидонька! — ахнула бабуля, крайне активно заталкивая генерала в квартиру. — Наконец вернулась, голубонька! Да еще и с женихом! Вы идите, идите, я сейчас чайник поставлю! Пирогами накормлю! Радость-то какая!

Генерал проникся и поспешил протолкнуться поглубже, пока я не очухалась полностью. Добравшись до гостиной, он осмотрелся и удовлетворенно кивнул. Да, это та самая квартира, в которую он почти сотню раз телепортировался без всякого успеха.

— Кто бы мог подумать, что надо всего лишь войти через дверь, — едва слышно хмыкнул он, ошибочно чувствуя себя в полной безопасности безо всякой причины.

Генерал усадил меня на диван и сам упал рядом, после чего ослепительно улыбнулся и сказал:

— Хочешь еще поспать?

Я нахмурилась и укоризненно спросила:

— Ты почему меня не разбудил? Теперь соседи будут думать, что я пьющая, раз посторонним нужно относить меня домой.

— Это меньшее, что они могут о тебе подумать, после сегодняшнего, — еще шире заулыбался генерал. — Не думаешь ведь, что репортеры на самом деле будут ждать среды, чтобы напечатать о нас сплетни?

Я схватилась за голову и простонала:

— Что же делать?

— Ничего?

— Они же теперь будут думать, что у меня есть жених, а это неправда. И как я тогда мужа найду?

— Ну-у-у… чисто случайно у меня тут свободное окошко появилось в графике, и если ты просишь, я мог бы, знаешь, побыть твоим… ай! Чего дерешься? Я просто предложил.

— Предложил он, — фыркнула я. — А обниматься перед камерами тоже было частью твоей гениальной идеи побыть моим «ай»?

Лаен тут же поспешил защитить свою невиновность:

— Да ты на ногах почти не стояла. Если бы не обнял, ты бы упала прямо на колья микрофонов. И следующая новость была бы не о тайном любовнике защитницы планеты, а о трагической смерти богине в прямом эфире. А слоган был бы: «Скончалась от неразделенной любви без детей и мужа во цвете лет». Оно тебе надо?

Я не нашлась с ответом, поэтому решила просто надуться:

— Тц, ты такой болтливый.

Но вместо того, чтобы обидеться и замолчать, генерал обрадовался и, стягивая военную куртку, сказал:

— Вот видишь! Ты уже что-то обо мне знаешь. А о тех женихах вообще ничего. Это я и имел ввиду, когда говорил, что надо общаться, прежде чем детей делать. Хотя, если тебе очень хочется, я хоть сейчас готов, ай! Не дерись, я просто ж спросил!

Бабуля уже давно сделала чай и нарезала пирог, а теперь пряталась за дверью и слушала, чем дело кончится. Ее любопытное ухо почти вытянулось из-за двери. Надо было быстро что-то решать.

— Генерал, давай поговорим откровенно.

— Я всегда готов к диалогу! Особенно после бурной ночи. Не хочу хвастаться, но я очень опытный, и никто еще не жаловался, ай! Да я пошутил, Лидка! Откровенный, так откровенный! С тобой я на любой разговор согласен. Вещай!

Перед камерами он вел себя непринужденно, высокомерно и хладнокровно. Перед лицом вражеской защитницы, отражающей его атаки, он был решителен и полон намерения победить. Перед лицом локальной катастрофы он не паниковал, был рассудителен и инициативен, чтобы помочь людям. Перед микрофонами репортеров он показал властную и сдержанную натуру, полную достоинства и вызывающую уважение.

Так почему же на моем диване он превратился в придурка? Проблема в диване или в генерале?

— Зачем ты ломился все это время в мою квартиру? Что тебе нужно?

Он убрал диванную подушку, которой минуту назад заслонялся от моих побоев, и посмотрел на мое серьезное лицо. Пара больших глаз ярко сияла, будто расплавленное золото, а темные брови сложились в комичный домик.

— Ты.

— …что?

— Мне ты нужна.

— Э-э… зачем?

— А я еще разве не сказал?! — искренне удивился вражеский генерал. Встретив мой полный недоумения взгляд, он убрал подушку, выпрямился и, ясным голосом сказал: — Ты мне нравишься.

За дверью бабуля с грохотом выронила поднос, я с грохотом уронила челюсть, а генерал с грохотом выбросил совесть. Впервые вижу, чтобы кто-то так нагло врал!

— Ну не хочешь говорить, и не надо. Еще раз сунешься, пришибу. Доброй ночи, генерал.

Высказавшись, потянулась к остаткам сил, что еще были в теле, и приятно удивилась, почувствовав, что все еще могу построить телепорт по каналу генерала. А ведь времени прошло прилично, и следы его колдовства уже должны были рассеяться. Я уж думала, придется его себе оставить. Как же повезло!

Тот тоже, не будь дурак, понял, чем дело пахнет, и схватил меня за руку, выкрикивая:

— Хотя бы скажи, что за слова ты написала на моем эсминце!

Ответить я не удосужилась. Ухмыльнувшись, запустила чары и выдернула свою руку из генеральской хватки. В следующую секунду в гостиной осталась только уставшая богиня и пролитый чай.

— Бабуль… ты не порезалась?

Отступление 3

Галактика Кольцо Смерти. Межзвездное пространство. 5218 год после Объединения.