Затаив дыхание - Кристина Лин

игрушкой. И мне горько и обидно осознавать это. Он украл у меня свободу, украл мою жизнь. Я с ним не потому, что так захотела, а потому, что у меня нет выбора. Он не дал мне его! Он все решил за меня, даже не спросив, чего я хочу.

Сейчас я не спрашиваю себя, что бы я сделала, если бы этот выбор у меня был. Осталась бы с ним, если бы могла решать? Я просто злюсь на него за то, что отнял у меня право принять свое решение. И ненавижу себя за свою слабость к нему.

Мужчина поворачивается ко мне, приподнимается на локте. Он гладит меня подушечками пальцев, проводит рукой по ключицам и ложбинке между грудей. И кожу тут же покрывает волна мурашек, заставляя меня ненавидеть себя за эту реакцию.

Максим смотрит на меня с нежностью и любовью. Сейчас в его взгляде нет привычной агрессии и давящей силы. Он похож на обычного мужчину, довольного жизнью. Но моя злость на себя за покорную готовность моего тела всегда принадлежать ему перекрывает волшебство момента. Я просто не понимаю, как мне оставаться собой, когда тело готово полностью раствориться в нем. И от этого так горько, словно я уже себя теряю.

— Ненавижу, — цежу сквозь зубы.

Максим замирает. На его лице отражается целая гамма эмоций. Он выглядит так, словно ему на голову вылили ведро холодной воды.

— Лена, — говорит он растерянно. Я отворачиваюсь, стараясь не смотреть на него.

Закрываю глаза, чувствуя, как слеза катится по щеке и падает на простыню. Мне нужно не видеть его сейчас, не чувствовать его вкус, не ощущать запах. Я потерялась в нем, растворилась, меня больше нет. И нужно время, чтобы отыскать ту Лену, которая была до встречи с ним. Он слишком сильный и его слишком много в моей жизни, в которой больше не осталось ничего. И самой жизни больше нет, он все забрал себе.

Слышу шорох одежды, и через несколько секунд хлопает дверь в комнате. Он ушел. А я так и осталась лежать, чувствуя себя беспомощной и жалкой.

14.3

Максим вышел из спальни и отправился в кабинет. Усевшись в кресло, он опустил голову на сложенные на столе руки.

Сердце гулко стучало, отбивая удары, словно оставшиеся секунды. Никогда раньше он не чувствовал такой душевной боли. Да, он давно решил, что у него нет души. Или она так глубоко спрятана, что до нее не добраться. А теперь оказалось, что все, что он думал о себе раньше, неправда. Лена одним своим взглядам будила в нем такие струны, о наличии которых он раньше не догадывался. И теперь, ощущая столько всего сразу, от страха до бешеной жажды, он не понимал, что делать.

Максим много раз участвовал в стычках и разборках, сотни раз получал кулаком в лицо и в живот, на нем были синяки, порезы от ножа, бывали и пулевые ранения. Но никогда раньше ему не было так больно. Словно кто-то живьем сорвал кожу и сжал сердце в кулак.

Раньше, если ему было плохо, он всегда знал к кому обратиться. Не будучи стесненным в деньгах, в его распоряжении были лучшие врачи города. Но сейчас он просто не знал, как унять эту боль. Просто потому, что не было врача, умевшего лечить душу. И от этой беспомощности внутри все сжималось.

"Ненавижу", — прозвучало эхом в голове. И снова сердце пропустило удар, а живот скрутило спазмом.

Лена не была глупой. И, конечно, она поняла, что совсем не соображения безопасности заставляют его держать ее в особняке. Поняла и возненавидела его за это. И мужчина впервые ощутил, что теряет ее. Возможно, навсегда. Несмотря на то, как ей было хорошо с ним, он ведь чувствовал, как она течет, как реагирует на его ласку. Но ему было мало получить только тело. Он хотел, чтобы она вся принадлежала ему. Без остатка. Так хотел этого, что наплевал на ее желания, на ее мнение. Разве это могло иметь для нее значение, когда он окружил ее таким вниманием и заботой? Разве ей всего этого не достаточно?

До этого дня он не понимал, насколько важна для нее свобода. Эгоистично лишая ее выбора, он был уверен, что делает как лучше. Для нее так лучше. Разве лучше? Теперь он не был в этом уверен. Как и не был уверен в ее чувствах к нему.

Еще один страх — что она никогда не сможет до конца его принять, ядовитой змеей заполз в душу и устроился рядом с боязнью потерять ее, не сумев защитить. Не знавший ранее страхов, сейчас он чувствовал себя беспомощным мальчишкой.

Отпустить ее — значит потерять. Потому что, какая женщина в здравом уме добровольно согласится на жизнь рядом с ним? Жизнь, в которой полно опасностей и нужно уметь постоять за себя. Не отпустить — значит получить только тело. А разум ее всегда будет сопротивляться, пока она ощущает себя в ловушке, пока у нее нет выбора.

Мужчине много раз приходилось принимать решения. Часто от его решений зависели человеческие судьбы и жизни. Но никогда еще этот выбор не давался ему так тяжело.

Он поднял голову и потянулся к пачке сигарет. Нащупал на столе зажигалку и прикурил. Затягиваясь и вдыхая дым, он все думал, снова и снова прокручивая в памяти сегодняшний день и эту ночь. За окном уже начинало светать, он видел яркую полосу восходящего солнца. И он все курил, не считая сигареты, одну за другой. Когда пачка опустела, он скомкал ее в кулаке и бросил в стену.

Мужчина вспомнил день, когда впервые увидел ее. Вспомнил свои мысли в тот момент и горько усмехнулся. Разве мог он тогда подумать, что все будет так?

Год назад

"Очередное скучное сборище", — думал Максим, сидя на заднем пассажирском сидении черного внедорожника. Машина плавно катила по городу в сторону гостиницы, в которой сегодня вечером должна была состояться выставка картин какого-то модного художника. Он не разбирался в живописи, но показаться там нужно было. И он заранее зевал, предвкушая нудное мероприятие.

Машина остановилась у центрального входа, и он вышел, мягко хлопнув за собою дверью. Поднялся по невысокой лестнице и зашел в холл. Там уже было полно народу. И его радовало, что можно незаметно затеряться в толпе, лишний раз, не пересекаясь с теми, с кем он не планировал общаться.

"Просто рассадник тупых толстосумов", — подумал он, глядя в толпу. Мужчины в костюмах