Незнакомка для наследника клана орков - Дита Терми

Я целую его. Дико, почти отчаянно. Мне хочется избавиться от боли, хочется показать, как я ему благодарна и как я хочу, чтобы всё сказанное им было правдой. Хочу стать частью его мира.

Он отвечает мне. Наша нежность моментально превращается в бурю. Мы не идём назад, в святилище. Мы остаемся тут же, на мягком ковре из мха и прошлогодней листвы, под открытым небом. Пламя костра отбрасывает танцующие тени на наши тела.

Азур раздевает меня. Его движения уверенные, твёрдые. Он наваливается на меня сверху, придавливая своим весом к земле. Я с нетерпением жду его. Поцелуи становятся жарче, активнее. Он берёт меня нежно, но спустя пару толчков срывается в страсть. Между нами горит огонь, между нами стоны и рычание, которое раздаётся на всю лесную тишину.

Я принадлежу ему. Он принадлежит мне. И никакие условности, никакие родители или советы не разорвут эту связь. Мы будто созданы друг для друга.

Я заканчиваю громко, протяжно, царапая снова его спину, забывая о том, что у него ожоги. Азур сдавливает до боли мои бёдра и рычит, изливаясь в меня. Он подтягивает меня ближе и обнимает так, что я чувствую себя счастливой и умиротворённой. В теле истома, а все сомнения испаряются.

Я улыбаюсь ему и глазу по широкой груди. Под ладонью ощущаю ровный, сильный стук его сердце. И в этот момент до нас доносится лёгкий, почти неслышный шорох. Азур замирает, его тело мгновенно напрягается, как у дикого зверя, почуявшего опасность. Он прикрывает меня собой, а его рука тянется к топору, лежащему в шаге от нас.

Из-за деревьев, молча, появляются они. Сильвэрин, Фэйриэль, Груг и Хелгар. Они останавливаются на опушке, и на их усталых, испачканных лицах расцветают улыбки.

Я смущённо прячусь за спину Азура, который успел хоть как-то прикрыть свою наготу. А вот я совсем без ничего. Вжимаюсь в спину любимого и ужасно краснею.

— Нашли вас, — хрипит Груг, и в его голосе слышится не только облегчение, но и тревога. — Но расслабляться рано. Мы с новостями.

Глава 32. Идея

Друзья оставляют нас, давая возможность привести себя в порядок. С пылающими щёками я лихорадочно натягиваю одежду. Азур, уже одетый, стоит передо мной. Ждёт. И прежде, чем мы выдвигаемся к святилищу, где нас ждут друзья, он привлекает меня к себе.

Целует коротко в губы. Прижимает к себе, делясь со мной своим теплом и своей уверенностью.

— Не переживай, Лина. Что бы там ни было, мы справимся, — твёрдо произносит он.

Я киваю. Конечно. Так и будет. Теперь мы не дадим разрушить то, что сложилось между нами. Не сейчас, когда мы оба уже точно знаем, что друг без друга мы жить не сможем. Теперь только вместе.

Какие бы новости нас не ждали.

Груг, Хелгар, Сильвэрин и Фэйриэль сидят внутри святилища. Их вид говорит сам за себя. Усталость, въевшаяся грязь, а у Хелгара — самодельная повязка на предплечье, на которой проступает тёмное пятно.

Нам, значит, повезло, что мы ушли в эту сторону, а вот друзей, видимо, эльфы успели настигнуть. Об этом они нам и рассказывают.

Оказывается, им пришлось сражаться, прежде чем удалось убежать дальше. По телу бегут мурашки. Мои сородичи… нападали на Сильвэрин и Фэйриэль. Как же это ужасно. Свои против своих же.

— А теперь к новостям, — хрипит Груг, и его голос, всегда такой громовой, сейчас приглушен и серьезен.

— Наши головы теперь стоят дорого, — перебивает его Хелгар, мрачно глядя на свою рану. — А ваши — вдвойне дороже. Совет старейшин объявил о сборе войск. Карательная экспедиция. Они идут войной в орочьи земли.

Слово «война» повисает в воздухе тяжелым, ядовитым туманом. У меня перехватывает дыхание. Война, которая в последние годы стала скорее оборонительной акцией, снова набирает обороты. Вспыхивает новым витком ненависти.

Всё из-за нас. Из-за нашей любви. Теперь прольются реки крови, сгорят дома, погибнут ни в чём не повинные — и орки, и эльфы. Только потому, что мы с Азуром любим друг друга.

Это… несправедливо!

— Нет… — вырывается у меня шёпот. — Этого нельзя допустить. Никакая любовь не стоит такой цены!

— Да, и поэтому нам нужно придумать, что делать дальше, — вздыхает Сильвэрин.

— Только не сдаваться, — качает головой Фэйриэль. — Именно на это они и рассчитывают. Что сломают нас. Что мы будем плясать под их дудку.

И она совершенно права. Именно на это и расчёт. Что я не позволю совершиться этой войне. Вернусь назад к родителям, повесив голову. В ожидании своей участи. Стану женой Себастьяна…

И тут в моей голове всплывает ещё одно лицо. Измученное, полное ненависти и боли. Родное лицо, которое стало смотреть на меня как на предательницу.

— Подождите, — я обвожу взглядом всех. — А… а что с Эрионом? Где он?

Друзья переглядываются. В их глазах читается вина и сожаление. В груди разрастается тревога. Он ведь в порядке? Несмотря на то, что между нами возникло недопонимание, я никогда не желала ему зла.

Это же Эрион!

— Мы его отпустили, Лина, — тихо говорит Сильвэрин. — Когда мы отправились освобождать вас, он был… обузой. Мы не могли его тащить с собой, рискуя всеми.

— Да и… он уже был на грани, — подхватывает Фэйриэль. — Я пыталась поговорить с ним, пока мы его держали. Говорила, что орки… что они не чудовища. Груг поделился с ним водой, а Хелгар дал кусок мяса. Но он… он не слышал. Он был в шоке, в своём гневе.

— Мы отпустили его недалеко от ваших земель, — вставляет Груг. — Он, наверное, уже дома.

Я закрываю глаза, чувствую, как в груди затягивается рана. Эрион. Мой друг детства. Тот, с кем я росла, кому доверяла. И он тоже не смог понять. Не смог увидеть правду, которая была прямо перед ним.

Родители отвернулись. Друг отвернулся. Весь мой мир рухнул, и на его обломках вот-вот разгорится пожар войны. И всё станет только хуже.

Эрион был последней ниточкой, связывавшей меня с тем миром, с той Линой, которая верила в дружбу и долг. И вот эту ниточку оборвали. Теперь за моей спиной не просто враги, а пустота.

В горле снова встает ком, на глазах выступают слёзы, которые я пытаюсь проглотить. Всё потеряно. Всё…

Сильные руки обнимают меня сзади. Азур прижимает меня к своей груди, и его тепло проникает сквозь одежду, пытаясь растопить лёд