Разрушение - Наталия Джастер

Она взглянула на стопку моих браслетов. — На тебе уже надето красное.

Я выдержал паузу на секунду. — И правда.

Разгладив чулки на ее бедрах, я раскрыл пару полупрозрачных панталон. С еще одним смущенным румянцем Бриар шагнула в них. Она стояла неподвижно, пока я натягивал белье на ее задницу, волоски, скрывающие ее киску, исчезли за тканью.

Блядь. Я встал, поправляя панталоны на ее талии. Даже мое притворное безразличие казалось кинком, словно я предавался прелюдии, только наоборот. — Я надену все, что пожелает Ее Высочество. Как тебе такая снисходительность?

Я взглянул на отражение принцессы и обнаружил, что она явно пожирает взглядом V-образный вырез на моих бедрах.

Пойманная с поличным, она перевела взгляд на мое лицо, и ее горло дернулось. — Надевай фуксию. Я не потерплю, чтобы ты менялся ради меня.

— Потому что ты хочешь произвести фурор?

— Потому что я хочу тебя таким, какой ты есть.

Черт возьми. Сколько у нас еще времени? Мое желание схватить эту женщину и прижать к ближайшей плоской поверхности становилось все сильнее.

Тем не менее, я сомневался, что быстрый перепих меня удовлетворит. С ней такого никогда не случалось. Наши сексуальные похождения были причиной, по которой мы запаслись пучок-ягодами, вооружившись достаточным количеством весенних контрацептивов, чтобы обеспечить целую колонию кроликов.

Я прижался грудью к ее спине. — Я пошутил. На самом деле, я думал о платине — тоже бесстыдно дерзко, главным образом из-за дизайна, а не цвета, но этот металлик достаточно возвышен, чтобы пройти проверку большинства людей. В остальном, это поможет мне выявить самых строгих ханжей из всей компании. Что думаешь?

Легкая улыбка прокралась по ее лицу. — Идеально.

— И я думаю, ты имела в виду другое: будем ли мы носить ленты?

— Это показало бы нашу преданность друг другу.

— А еще это запугало бы нашу аудиторию.

— Слишком много, слишком быстро? — поняла она.

— Ты сама знаешь ответ, — ответил я. — Перемены злят людей.

Бриар кивнула самой себе. — Особенно когда они происходят поспешно.

Да. Увидеть нас вместе сегодня вечером будет достаточно, чтобы вывести их из себя.

Эффектным жестом я накинул корсет на ее грудь. Сезоны, я никогда не пойму необходимости душить женщин в этих адских орудиях пыток. Однако то, как он приподнимал верхнюю часть груди Бриар, компенсировало это.

— Аксессуары? — подсказал я.

— Я думала, может быть, диадема, — ответила она, не сумев скрыть дрожь в голосе, когда мои пальцы скользнули по ее соскам. — Мама наденет свою корону. Однако что-то грандиозное для меня было бы слишком помпезным для возвращения домой такого масштаба. Простой сверкающей повязки будет достаточно.

— Опиши ее, — сказал я.

— В замковом хранилище есть одна, тонкая, из хрустальных листьев. Она изгибается над макушкой, а не опоясывает лоб. Хотя есть еще один вариант с такими же кристаллами, но более крупными и вперемешку с жемчугом.

Мои пальцы заскользили по шнуровке корсета, плавно продевая тесемки сквозь люверсы. — Я бы выбрал первую. Приверженность одному драгоценному элементу позволит платью выделиться. Что еще?

— Советы по стилю от уроженца Весны, — поддразнила она. — Что подумают мои подданные?

— Я предпочитаю термин «Икона Весны». — Длинным, ленивым движением я продел еще один шнур в отверстие, убедившись, что она почувствовала и услышала, как материал скользит в прорезь. — Кроме того, у меня столько же опыта в снятии одежды с тел, сколько и в ее надевании.

Розовый оттенок расцвел на ее плечах, как приманка. Когда кончик моего пальца скользнул по этому румянцу, Бриар довольно привлекательно задрожала. Я поймал ее взгляд и продолжил стягивать корсет на ее груди. Изделие сжало ее чуть крепче, достаточно, чтобы предъявить права на эту женщину, но не настолько, чтобы украсть ее дыхание.

— Серьги с каплями горного хрусталя и подходящее колье, — прошептала она.

Томным движением я продел еще один шнур в очередное отверстие. Корсет сузился, обхватывая ее тело. — Поубавь пыл с одинаковыми украшениями, моя колючка. Учитывая, что хрустальная диадема и браслет из ленты уже включены в уравнение, выбери только серьги. Это золотое правило. Всегда надевай на одно украшение меньше, чем, как тебе кажется, необходимо. Как я уже сказал, позволь платью сделать свое дело. Вот так ты их очаруешь.

— Раз ты так ставишь вопрос, то, возможно, моя корона — лучший вариант, — возразила она.

— Нет. Дай им понять, что ты выше этого. — Мои глаза пожирали ее отражение, пока я завязывал основание корсета в узел. — Покажи им, что ты можешь сразить наповал и с ней, и без нее.

Амбиции и уверенность приподняли ее подбородок. В то же мгновение ее соски проступали сквозь ткань, эти бугорки участили мой пульс. — Я вижу, почему Базил и Фатима баловали тебя, — польстила она.

Мой рот скривился. Я отошел, снял платье цвета слоновой кости с бюста и развернул его перед Бриар. — С вашего разрешения, Ваше Высочество.

Она склонила голову, этот жест был абсурдно провокационным. Я надел на нее платье, натягивая и поправляя его на талии Бриар, чтобы мы могли посмотреть, как это выглядит в зеркале.

Вот только чего-то жизненно важного не хватало. Вернее, от чего-то отчаянно нужно было избавиться.

Бриар ахнула, когда я наклонил голову, вонзил зубы в швы рукавов и перекусил несколько нитей. Строчка поддалась достаточно, чтобы я смог распустить ткань длиной до локтя. Отбросив лишний материал, я получил рукав-крылышко, который стянул еще ниже по ее рукам, чтобы создать вырез, открывающий плечи. Это обнажило ее декольте и позвоночник, достаточно низко, чтобы подчеркнуть великолепно очерченную архитектуру ее тела, но не настолько, чтобы ее подданные упали в обморок или выплюнули свой эль. Более того, изменение изменило то, как спадало платье, более изящно подчеркнув ее гордые плечи и создав иллюзию дополнительного роста.

Каким бы царственным ни было платье, оно было слишком целомудренным и умиротворяющим. Но цвет слоновой кости позволил моим ловким пальцам поиграть с кроем и добавить неброской провокационности. Вместо того чтобы жертвовать властью, это изменение усилило все самое важное. Она покорит зал, а они даже не поймут как.

— Притягательно, но несокрушимо, — промурлыкал я. — Посмотри сама.

Осторожно Бриар повернулась, чтобы полюбоваться платьем. То, что она увидела, зажгло блеск в ее металлических глазах.

Я завис ближе и провел губами по ее теплым щекам. — Ты краснеешь. Тебе нравится?

— Как ты это сделал? — изумилась она.

Это означало «да». — Я никогда ничего не принимаю за чистую монету. — Мой рот клюнул ее мочку уха. — Дальше справишься