Спаси меня, командор! - Саша Смит

– Нужно уходить, – сказал Вульф, когда последнюю лопату земли бросили на свежий холмик.

Я посмотрела на своих: уставшие, раненые.

– Мы не сможем быстро, – сказала я. – Раненые не выдержат.

– До утра нам нужно уйти как можно дальше, – отрезал он.

Финна погрузили на лошадь впереди одного из стражников. Раненые ехали, держась за седла. Вульф шел пешком, ведя коня в поводу и то и дело оглядываясь на лес.

Мы уходили в ночь. Медленно, но неумолимо. Раненые стонали, лошади тяжело дышали, но никто не жаловался.

– Амалия, – позвал Орландо, когда мы уже выбрались на тракт.

– Сегодня ты помогла мне. Если бы не отвлекла мага, я мог бы не справиться.

– Я сделала то, что должна была, – ответила я.

– Ты сделала больше, – он посмотрел на меня усталыми, но ясными глазами. – Ты учишься контролировать свою магию в бою. Это дорогого стоит.

Я кивнула.

Мы ехали всю ночь. Финн пришел в себя только под утро.

– Жив? – спросила я, заглянув ему в лицо.

– Кажется, – прохрипел он. – Вода есть?

Лина поднесла флягу.

– Пей.

Финн глотнул, закашлялся.

– Я знал, что вы придете. Даже когда они… я знал…

А впереди, на востоке, занимался рассвет. И мы шли к нему.

Глава 26. Рассвет, который стал закатом

Глава 26. Рассвет, который стал закатом

Рассвет пришёл нежно. Сначала край неба над лесом порозовел, будто кто-то акварелью провёл по мокрой бумаге. Потом розовое перешло в золото, и две луны, всё ещё висевшие по разные стороны горизонта, померкли, уступая новому дню.

Мы остановились на привал, когда силы уже были на исходе. Позади остались долгие часы пути от той проклятой деревни, где мы освободили Финна. Однако Вульф беспокоился что Корин может уже идти по нашему следу, и отдых мог стоить нам жизни. Но без передышки мы бы просто рухнули.

Поляна, на которой мы расположились, оказалась удивительно красивой. Узкая, вытянутая, она напоминала балкон, с которого можно было смотреть на две стихии сразу. Слева, сразу за редкой порослью молодых сосен, начинался старый лес, тёмный, хвойный, с деревьями в три обхвата. Справа земля обрывалась в ущелье, и на дне его, глубоко внизу, ревела и пенилась горная река, разбиваясь о камни. Вода была такой бурной, что даже наверху, воздух дрожал от её грохота.

– Красиво, – сказала я, сидя на поваленном дереве и глядя на золотистые облака.

– Опасно, – поправил Вульф. – Если на нас нападут, отступать будет некуда.

– Ты всегда видишь опасность.

– Это моя работа.

Он подошёл, сел рядом. Я почувствовала тепло его плеча и тяжесть его руки, которая легла на мою талию. Рядом с нами, спал Финн – бледный, но живой. Лина сидела привалившись к дереву, и тихонько похрапывала. Её руки были в чужой крови, но она даже не помыла их – так устала. Орландо ушёл на разведку. Четверо стражников, оставшихся от нашего отряда, дежурили по краю поляны, сменяя друг друга. Двое из них были ранены, но держались молодцами.

– Адриан, – сказала я, глядя на небо.

– Мм?

– Ты веришь в то, что после всего этого будет «потом»? Ну, когда мы поймаем Корина и всё такое. Ты веришь, что мы доживём до тишины?

Он помолчал. Потом сказал:

– Раньше я не верил. Я был солдатом. Для солдата «потом» не существует. Есть только сейчас.

– А теперь?

– Теперь я хочу верить.

Я положила голову ему на плечо, и мы замолчали. Шум реки, запах хвои, золотой рассвет.

– Амалия, – сказал он тихо. – Я никогда в жизни не боялся так, как боюсь сейчас. Не за себя, а за тебя. Ты стала моим сердцем. Если его вырвут, я не выживу.

– Не вырвут.

– Ты не можешь этого знать.

– Могу. Потому что обещаю.

Я поцеловала его – медленно, нежно, будто прощаясь. И в этот момент где-то в лесу хрустнула ветка. Вульф мгновенно напрягся, рука легла на эфес меча, но вокруг было тихо. Только утренние птицы.

Орландо выскочил из леса, запыхавшийся, с посохом наготове. Его лицо было бледным.

– Я видел следы, – сказал он. – Тёмные близко. Очень близко. Нам нужно…

Он не договорил.

Потому что лес взорвался.

Из-за стволов вышли они. Десятки тёмных. Без предупреждения, без криков «Сдавайтесь». Просто вышли и начали убивать.

Первый стражник упал даже не вскрикнув. Арбалетная стрела вошла ему в шею, и он осел на траву, зажимая рану руками. Второй, успел обнажить меч, но двое тёмных набросились на него, и через секунду он лежал рядом с первым.

– В круг! – крикнул Вульф, выхватывая меч.

Оставшиеся двое стражников встали с нами спиной к спине. Лина прижалась к Финну, который пытался подняться, но был ещё слишком слаб. Орландо шагнул вперёд, поднимая посох.

Из леса, не спеша, вышел он.

Корин.

Я узнала его сразу, чёрный кристалл в руке, седые волосы, заплетённые в тонкую косу. Он выглядел так же, как в видении. Только был живым. Настоящим.

– Амалия Торнвальд, – сказал он. – Долго же я шёл по вашему следу. Вы оставили много крови.

– Иди к чёрту, – ответила я.

– К нему я и так иду. Но сначала – к вам.

Он щёлкнул пальцами, и его люди ринулись вперёд.

Я выбросила руки вперёд, и свет ударил из ладоней широкой волной. Волна отбросила троих назад, в лес. Вульф рубил направо и налево, его меч сверкал в лучах рассвета.

Корин не двигался. Он стоял, наблюдал. Как кот, который играет с мышью перед тем, как её съесть.

– Амалия, – сказал он спокойно, перекрикивая звон мечей. – Сдайся. Я обещаю, что тогда отпущу твоих друзей.

– Пошёл ты! – заорал Вульф и рванул к нему, но ему преградили путь.

Я снова ударила светом. Сфера света попала в Корина. Он даже не шелохнулся. Свет рассыпался о невидимую стену, как вода о камень.

– Ты ещё слаба, – сказал он.

Орландо поднял посох, ударил им о землю. Из его тени, из-под ног, вырвались десятки тёмных жгутов, они обвили ноги ближайших тёмных, сбили с ног нескольких, но врагов