Греческое искушение - Тина Фолсом

― Гора Олимп? ― широко распахнув глаза, пропищала Пенни.

— А всё ты и твой болтливый язык! — укорил он друга, а потом про себя подумал: «А не стереть ли ей из памяти пару последних минут, чтобы забыла слова Эроса?» ― но потом поступил иначе.

― Я бог, Пенни. Греческий бог, Гермес, но без сандалий не могу выполнять свои обязанности. Никто из богов не может. Вот-вот небо и землю охватит хаос, и виновата во всём будешь только ты. Именно ты войдёшь в историю, как женщина навеки веков уничтожившая небо и землю.

Пенни разинула рот.

― Бог? Ты и правда так считаешь? — удивлённо воскликнула она, посмотрев на Гермеса большими глазами, словно на полоумного, и отвела руку назад, будто собиралась попятиться.

— Да, я бог, как и два моих друга, — отчеканил возмущённо Гермес и на них указал. — Это ‒ Эрос, бог любви, и Тритон, бог мореплавателей.

Они ей кивнули.

— Ему точно нужно в больничку, — пробормотала она. — У него ум за разум поехал. Нет, это неправда. Ты псих!

— Я не лгу, — настаивал Гермес.

Почти никто из смертных ему бы не поверил. Какая ему разница, что она посчитала его сумасшедшим? София также отреагировала на признание Тритона. Поверила ему только тогда, когда тот продемонстрировал ей свои божественные силы. Но Гермесу без способности летать и телепортироваться довольно сложно доказать Пенни, что он ‒ бог.

— Ты лжёшь, это просто невозможно, — мотая головой, не веря, продолжала Пенни настаивать на своём.

Гермес вздохнул.

— Ладно, для нас сейчас главное как можно скорее вернуть вторую сандалию. И мы начнём поиски с Ирэн.

— Ирэн? Но я же тебе говорила, она бы никогда так не поступила.

— То есть никогда бы не украла у подруги?

Пенни моргнула и прикрыла глаза.

— Простите.

Она попятилась. Гермес схватил её за предплечье.

— О нет, воришка, ты от меня не сбежишь!

Он не отпустит её ни на шаг. Возможно и только возможно, отпустит проказницу, когда всё уладится. А потом придумает, как её наказать за посеянный хаос среди богов.

— Как ты меня накажешь?

От страха ли расправы так сияли её глаза?

Гермес склонился к губам Пенни.

— Для начала заставлю тебя помочь найти вторую сандалию, а потом… — Он многозначительно, почти театрально, выдержал паузу. — А потом выдвину окончательный вердикт.

Правда сам ещё не решил, какое именно наказание придумает для Пенни.

Глава 22

Нажав на газ и чувствуя, как машина набирает скорость, Пенни попыталась сосредоточиться на утреннем трафике, однако сидевший на пассажирском сиденье Гермес поверг все её усилия в прах. Ей не послышалось, что он назвал себя богом и хочет её наказать? На слух она никогда не жаловалась ‒ значит, что-то не так с её соседом.

Как же ей раньше не удалось словить его на выдумке? Пенни читала и слышала о подобных случаях: когда психически больного человека полностью засасывало в воображаемый мир, поэтому он больше не мог отличить реальность от фантазии. Вот только никто из них не считал себя богом. Точно! У Гермеса мания величия. Но опасен ли он с таким отклонением в психике? В состоянии ли зайти так далеко, чтобы причинить ей боль?

Пенни краем глаза посмотрела на соседа. Казался спокойным, но вдруг только притворялся? Лучше сохранять осторожность, согласиться со всем, что невменяемый потребует, а главное найти его чёртову сандалию. Как только он заполучит желаемое: удирать от него со всех ног. Может быть, как только Гермес вернёт себе обувь, а ведь именно она служила якорем его изощрённой фантазии, он угомонится?

Пенни не помешало бы узнать больше о диковинном мире иллюзий, в котором жил её странный приятель.

Сгорая от любопытства, она поинтересовалась:

— Если ты не из Чарльстона, то тогда где живешь как бог?

Выгнув бровь, Гермес к ней повернулся.

— О, значит, ты мне веришь?

Пенни сглотнула, на лбу выступила испарина.

— Э-э-э…

— Ну, конечно же, нет. Да и с чего бы вдруг? — удручённо спросил он и уставился в боковое окно. — София тоже сначала не поверила Тритону. Посчитала его психопатом. Сумасшедшим. — Гермес снова повернулся к Пенни и усмехнулся. — Ведь именно так ты думаешь обо мне? Считаешь меня полоумным?

Она крепче сжала руль вспотевшими ладонями. Угодила ли в ловушку? Не набросится ли Гермес на неё, если признается, что именно так и думает?

― Нет, конечно же, нет. То есть ведь всё на это указывает? Имя, сандалии, имена друзей. Ваши разговоры о телепортации на Олимп, ― затараторила Пенни, уставившись на дорогу перед собой, тем самым избегая взгляда странного соседа.

Возможно, он даже ей поверит.

— Пенни, ты ужасная лгунья.

Он положил ей руку на бедро, от неожиданности она вздрогнула, а сердце замерло в груди.

— Из-за того, что сейчас считаешь меня сумасшедшим, тебе стали противны мои прикосновения? ― Гермес провел кончиками пальцев по ноге выше, слегка скользя по внутренней стороне бедра. ― Позапрошлой ночью они тебе нравились. Получала удовольствие от моих ласк. Отчётливо помню, как ты отдавалась во власть моих рук, губ…

Он просунул руку ей между ног, прижимая пальцы к лону. Пенни испуганно вскрикнула.

―…члена. Внутри тебя, клянусь богами, я ощущал себя словно в раю.

В горле пересохло, а лоно увлажнилось.

― Пожалуйста…

Пенни должна остановить Гермеса, не могла снова подпасть под его чары.

― Пожалуйста, что? Хочешь большего? ― склонившись ниже и сильнее прижав руку к её естеству, обольстительно прошептал он.

Даже через тонкую ткань трусиков Гермес с лёгкостью нашёл клитор.

― Прекрати! Пожалуйста! — взмолилась она, почти задыхаясь. — Я верну сандалию, клянусь. Пожалуйста, не надо…

―…прикасаться к тебе? — закончил он за неё фразу.

В голосе слышалась улыбка, словно Гермес играл с Пенни.

А может, и правда, играл?

— Ладно, — вдруг согласился он и убрал руку. — Но мы ещё не закончили.

С облегчением вздохнув, Пенни въехала на своё место на парковке университета и заглушила двигатель.

― Приехали.

По дороге в лабораторию она старалась глубоко дышать. В просторных коридорах учебного заведения Пенни, по крайней мере, не ощущала вокруг себя подавляющего жара и мужского аромата Гермеса.

— Сюда, — указала она и свернула в коридор, где располагалась лаборатория, потом без стука распахнула дверь.

Гермес последовал за подругой внутрь, закрыв за собой дверь. Увидел тесную приемную со стойкой и с другой стороны от неё стеклянные двери к разным комнатам для исследований. Каждая из них оснащена сложнейшим по виду оборудованием для научных изысканий.

Пенни позвонила в колокольчик на стойке.