Греческое искушение - Тина Фолсом

— Не кори себя. Ты не несёшь ответственности за поступки отца.

— Нет, но позабочусь, чтобы он за них понёс наказание. ― Пенни вздохнула, поняв смысл сказанного. ― Слушай, а я ведь лицемерка. Ругаюсь на отца, потому что он вор! А сама? Ничуть не лучше него. Вылитая дочь своего отца.

Гермес слегка встряхнул Пенни за плечи.

― Не говори так! Ты совсем на него не похожа. Ты руководствовалась… другими мотивами.

— Ха! — горько усмехнулась она. — Другими? Кого, по большому счёту, волнуют мотивы? Кража есть кража.

— Меня, — заявил Гермес, наклонившись, чтобы посмотреть ей прямо в глаза.

Взгляд такой проникновенный, что Пенни быстро отвела взор.

— Лучше бы обыскать здесь всё до возвращения папы, — предложила она, а потом, замявшись, добавила: — Если вообще вернётся.

Теперь, с сандалией в руках, он мог продать её тому, кто больше заплатит, а на дочь и мать ему плевать. Исчезнет из их жизни так же быстро, как в неё ворвался. Пенни была почти уверена, что они здесь ничего не найдут. Скорее всего, сейчас, папуля где-то отдаёт сандалию в залог.

— Ну, давай всё же осмотримся, — понуро промямлил бог.

Папа переехал сюда всего пару дней назад, а комната выглядела так, словно он здесь постоянно жил: на комоде разбросаны безделушки, на тумбочке стояли её с бабушкой фотографии. Пенни взяла ту, которую никогда не видела, где ребёнком была запечатлена с отцом. Вроде на окружной ярмарке. Широко улыбаясь, она обнимала большую мягкую игрушку. На минуту Пении взгрустнулось от того, что могло бы быть, но никогда не будет.

— Нашла что-нибудь? — спросил Гермес, вырывая её из раздумий.

Она покачала головой.

— Нет.

Пенни поставила фотографию на тумбочку и быстро порылась в ящиках комода, пока друг перебирал вещи в шкафу.

— Её здесь нет, — расстроился Гермес.

— Минуточку.

Пенни выдвинула ящик тумбочки, ничего там не обнаружив, на коленях заглянула под кровать.

— Ну, что-нибудь нашла? — съехидничал Гермес.

Пенни покачала головой. На полу не увидела ничего, кроме комочков пыли. Приняв руку друга, она поднялась.

— Ничего не понимаю. Если решил сбежать, почему всё здесь оставил?

— А кто сказал, что он не вернётся? — уточнил Гермес.

— А зачем ему это, если уже отхватил сандалию? Продаст её и сбежит. Я его знаю. — Пенни огляделась. — Странно, — задумалась она и снова осмотрелась. — Ты где-нибудь видел спортивную сумку?

Гермес покачал головой.

— Нет.

— Вся одежда здесь, так почему же пропала сумка? — озадачилась Пенни.

— Ну, возможно, она ещё где-нибудь в доме? — попытался успокоить подругу Гермес.

— Ну и ублюдок же! — повернувшись к двери, закричала она и выбежала из комнаты.

— Какого чёрта?

Он рванул за Пенни.

— Папаша, возможно, решил, что я буду обыскивать его комнату, заподозрив его в воровстве, — пояснила она свой порыв и вошла в спальню бабушки.

Как и ожидала, та была пуста, так как Роуз отвезла бабулю на запланированный сеанс терапии.

— Отец воспользовался матерью, чтобы спрятать добычу!

Пенни заглянула под кровать, выдвинула ящики комода. Открыв шкаф, Гермес в нём порылся.

— У твоей бабушки много одежды.

Пенни задумчиво улыбнулась.

— В своё время она была настоящей красавицей. Ей нравилось хорошо одеваться и выходить в свет. Бабуля даже наряжалась ради прогулки в парке. Сейчас такого не увидишь. Она человек другой эпохи.

— Ей, возможно, было тяжело столько времени находиться взаперти, — задумчиво произнёс Гермес.

Пенни улыбнулась на его точное замечание. Зачем она украла именно у него? Если бы не это, у неё, вероятно, появилась бы возможность завязать с ним отношения. Что было, то было, прошлого не вернуть, своим поступкам она на корню всё зарубила.

Конечно, по-прежнему оставался вопрос о здравомыслии Гермеса. Хотя за последние часы он больше не объявлял себя с друзьями богами, Пенни не забыла его нелепого признания.

— Ну-ну-ну, — вдруг подал голос Гермес.

Он стащил с верхней полки шкафа и бросил на пол спортивную сумку.

— Ты её искала?

— Ну, точно не с ней бабуля захотела бы путешествовать, — огрызнулась Пенни и задержала дыхание, когда друг вывалил на ковёр содержимое сумки.

Пенни со свистом выдохнула, увидев вместо сандалии пачки денег.

— Есть идеи, откуда они у него? — поинтересовался Гермес.

— Нет. Но предполагаю, отец незаконно их заработал, иначе бы не стал прятать наличные. Причём после того, как сюда въехал, так как тогда был гол как сокол.

— Здесь, возможно, тысячи долларов, — осмотрев кучу купюр, заявил Гермес и поднял листок бумаги.

— Что это? — указав на него, спросила Пенни.

К её удивлению, друг улыбнулся.

— Квитанция из ломбарда на три тысячи пятьсот долларов. Угадай, за что.

У Пенни ускорился пульс.

— За сандалию с золотыми крыльями?

Глава 26

Всю дорогу от набережной к трущобам Чарльстона Гермес на пассажирском сиденье машины Пенни барабанил пальцами по коленям. Как же его достало по любому поводу полагаться на человеческий транспорт! Он, наконец, начал понимать людей, так ненавидевших страшные пробки на дорогах. Такими темпами он полжизни проведёт в автомобиле, ожидая, чтобы куда-нибудь добраться.

Спустя, казалось, вечность, они припарковались у ломбарда. С решётками на окнах он выглядел заброшенным. Гермес посмотрел на адрес в квитанции.

― Мы на месте, — подтвердил Пенни бог.

― Жутковатенько, — пробормотала она.

Мысленно Гермес с ней не согласился. Больше походило на обветшалую, в аварийном состоянии конторку.

― Может подождёшь меня здесь, пока не осмотрюсь? Я мигом.

— И одной остаться в машине? — с дрожью в голосе уточнила Пенни, оглядывая улицу, где слонялись трое парней, с виду похожих на торговцев наркотиками. ― Нет уж, я с тобой. Если им нужна тачка, пусть забирают к чертям собачьим.

Гермес сжал её ладошку. Сам не горел желанием оставлять её одну, поэтому обрадовался, когда та захотела с ним пойти. Одно плохо: девчонка сильно напугана.

― Не боись, эти трое мне не чета!

Пенни с сомнением на него посмотрела, Гермес закатил глаза.

― Совсем скоро ты мне поверишь. А сейчас давай заглянем в ломбард.

Они вылезли из машины. Пенни, её заперев, подбежала к Гермесу.

― Похоже, там никого нет, ― сказала она, поднявшись на крыльцо.

― Сейчас середина рабочего дня. Кто-то должен быть, ― возразил бог, и только тогда с внутренней стороны стеклянной двери увидел табличку «Закрыто». С ней рядом приклеили листок с надписью «Закрыто по семейным обстоятельствам».

― Думаю, птичка упорхнула из гнезда, — прокомментировал Гермес.

— Чёрт, — выругалась Пенни, ― дело ‒ дрянь. Давай сматывать удочки, пока ещё у нас есть тачка.

И глянула через плечо.

― Нужно обыскать ломбард, — не согласился с ней он и, закрыв