(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов - Мила Синичкина

Он меня изрядно нервировал внизу, теперь и здесь продолжает.

— Да нет же, это была не молния! И пахнет по — другому, я не знаю, как объяснить, но что — то в этом месте не так, — Дан нервно машет руками. — Ты же дракон! Попробуй почуять, ты ведь должен понять!

Из чистого упрямства мне не хочется идти на поводу у колдуна, но я ощущаю тревогу Агнесс, он ее пронял своими словами, и только ради нее мне приходится выполнить просьбу Даниеля.

Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, мне не помешает, глядишь, стану спокойнее благодаря дыхательной гимнастике и случайно не уничтожу надоевшего колдуна. Но каково же мое удивление, когда я понимаю, что Даниель прав. Резко открываю глаза и произношу:

— Это не наш мир.

Глава 50

— Я убью жреца. Устрою прилюдную казнь и прикажу явиться на нее всем поголовно жалким аристократишкам, возомнившим себя венцами цивилизации, — зло говорю спустя час бесплотных попыток активировать артефакт.

— Мы найдем выход, Александр, я уверена, — мою ладонь сжимает рука Агнесс. — Возможно, место неподходящее. Почему — то мне не верится в то, что жрец специально что — то не то настроил в своем артефакте.

— Ты слишком добра к окружающим, — бросаю мрачный взгляд в сторону безмолвного Даниеля, смотрящего куда — то вдаль.

— Нет, просто ему самому это не выгодно. Ты только подумай, он ведь сейчас под стражей, ему не сбежать. Да его Сесил сам казнит, если уже не казнил! Ты ведь говорил, он плохо отнесся к идее довериться жрецу, — аргументы Агнесс убедительны, но мою злость они не умаляют.

— Я считаю, нам нужен источник силы, — вдруг подает голос Дан.

— Мы на голой земле, чем тебе плохо это место, — выгибаю бровь.

— Нет, король, это в нашем с вами мире все пропитано магией, сама природа ее щедро дарит. А здесь ты не можешь даже частично трансформироваться! И запах, он другой, не напитанный силами, согласись.

— И? Что все это значит? Артефакты не будут работать? — не пойму, к чему он клонит.

— Нет, будут. Все же огонь для костра ты смог вызвать, да и я внутри ощущаю искру, но ей как будто тяжело, хочется подпитки. Она словно тянет меня куда — то, где магии так же много, как у нас. Вот я и предположил, что здесь есть некие места силы.

— А если этот мир совсем без магии? Если просто в вас двоих осталось волшебство, но и оно скоро исчезнет? — подает голос Агнесс.

— Нет, леди, — качает головой Даниель, — магия здесь точно есть. Иначе изнанка бы нас сюда не выкинула! Я уверен, она не может соединиться с миром, где совсем нет магического фона. За дни, что я там провел, я понял, что она как помойка для нашей магии, как бы жутко это не звучало. Да и артефакт не мог открыть мир, сильно отличающейся от нашего, — он снова качает головой. — Нет, я убежден в этом. Я склонен предполагать, что ты права, мы случайно ошиблись местом, а, значит, сможем отсюда выбраться.

— Сдается мне, ты сразу понял, что мы попали не туда, да? — задаю вопрос Дану, на который уже знаю ответ. — Ты поэтому не уходил. Мы тебе в родных краях едва ли нужны.

— Я скорее предполагал, чувствовал, что что — то не то, потому и решил не торопиться, — ведет плечами колдун.

— Почему сразу не сказал?

— Какой смысл? Ты все равно ждал пробуждения своей принцессы. Носить ее тяжело, а теперь она ножками потопает с нами.

— Александр прав, ты неприятный человек, — хмурится Агнесс. — Но пока мы тебе нужны, тебе без нас не справиться.

— Как и вам без меня! — парирует Даниель. — Моя интуиция безупречна, да и искра тянет, во мне ведь не как в драконе, мою магию нужно подпитывать.

— Так веди, в чем вопрос, — подаю голос, приняв решение. — Я и без тебя справлюсь, но лучше потратить твои ресурсы, — Поднимаюсь на ноги и помогаю встать Мортимер. — Ты первый, Агнесс вторая, я замыкающий. И чтобы без глупостей, следопыт.

Никакого доверия у меня к Даниелю нет, и это уже не простая мужская неприязнь. Драконье чутье ничуть не хуже его хваленой интуиции, но колдун прав, магический источник должен помочь артефактам. Вот только я почти уверен, что у Дана свои цели. Но будет неправильно разделиться, он может ударить в спину. Лучше держать его рядом, только так я смогу вовремя среагировать на опасность.

Глава 51

Агнесс

Новый мир радует глаз привычными природными красками. Должна признать, после изнанки любой мир радовал бы, если бы в нем было предусмотрено солнце, голубое небо и смена дня и ночи. Но этот по внутренним ощущениям максимально приближен к нашему родному.

Вот узкая тропинка в лесу, уводящая куда — то вдаль среди деревьев, вот и сами деревья, некоторые из которых доходят до исполинских размеров. Их не столетиями, их тысячелетиями не трогали люди.

— А, может, здесь нет людей? — произношу вслух. — Вы только посмотрите, этот лес словно не касалась рука человечества. Тропинка, правда, смущает. Но она может быть вытоптана животными.

— Я видел вспышку, она не была похожа на молнию, к тому же осветила поселение, — бросает через плечо Даниель.

— Но не обязательно поселение людей, — не желаю отступать. — Ты не можешь колдовать, Александр превращаться в дракона, почему бы тут не жить иной расе?

— Да, и ты, бывшая без дара, вдруг стала на удивление проницательной, — издевательски произносит Дан.

— Я бы попросил! — повышает голос Александр. — Агнесс тебе не в первый раз преподносит дар жизни.

— Не нужно, — мягко останавливаю дракона позади, — он меня не задевает.

— Я вам нужен! — упрямо заявляет Даниель. — Я чувствую источник, пусть твоя нареченная и уверяет, что здесь все по — другому, но это лишь ее, — он спотыкается, — фантазии. Или нет.

Добавляет, останавливаясь, как вкопанный посреди идеально круглой полянки, созданной явно искусственно, до того у нее правильная форма.

— В чем дело? — недовольно спрашивает Александр и равняется с Даном, притягивая меня к себе. — Что с ними всеми случилось? — спрашивает он шепотом, имея ввиду каменные изваяния.

Высокие скульптуры настолько хорошо выполнены, что, кажется, они вот — вот оживут и сделают шаг.

— Какие красивые, — восторженно произношу, — и у каждого остроконечные ушки. Они были эльфами! Кажется, тебе придется признать мою правоту, Даниель, — довольно усмехаюсь.

— Кажется, — говорит он ошарашенно. — Но сейчас мне интересно, что с ними случилось. В легендах говорится, что они ушли из