Сломленная голубка - Кайла Мари

Я бы снова все это вытерпела ради него. Может, это и пиздец, но я как будто нашла недостающую частичку себя, и любовь, которую он мне дарит, наполняет золотом все мои щели. Я люблю его. Я люблю его больше, чем считала возможным.

Каллум был так терпелив ко мне и моему выздоровлению, и это только заставило меня еще сильнее влюбиться в него. Я и раньше испытывала к нему сексуальное влечение, но никогда не действовала в соответствии с ним. Я боялась, что испорчу момент, если не буду по-настоящему готова и поддамся импульсу. Но видя его в душе напряженным и одиноким, скользким от воды, стекающей по его твердой фигуре и мышцам, я почувствовала болезненную боль. Внутри меня щелкнул выключатель, и я хотела, нет, мне нужно было показать ему, как сильно я его ценю и люблю.

Я изо всех сил старалась вместить его всего в свой рот, но он, казалось, не замечал, когда я сосала его, пока он не кончил. Было так чертовски эротично наблюдать, как этот большой, сильный мужчина сдается на мою милость и достигает кульминации от моих прикосновений. Это захватывающая сила, и было невероятно приятно ощутить такую силу после того, как я чувствовала себя такой чертовски слабой и бесполезной в течение тех месяцев, проведенных в том домике.

Я могла сказать, что Каллум изо всех сил старался не брать контроль в свои руки, но он сопротивлялся и позволил мне насладиться этим моментом.

Затем он поцеловал меня.

Все на нем тугое и твердое, но его губы на ощупь как шелк. Это вызвало каскад ощущений во всей моей нервной системе. Он воспламенил меня своими сочными губами.

Затем его руки, наконец, коснулись моего тела, ощущая себя сильными и опьяняющими, и, Боже мой, я никогда в жизни не кончала так сильно. Я хотела начать все сначала и сделать все это снова.

С той ночи я снова и снова прокручиваю это в своей голове.

Я хочу от него большего.

Я хочу его всего.

Думаю, сегодня вечером я наконец-то готова.

* * *

— Не понимаю, зачем тебе понадобилось выбирать фильм с таким ужасным концом, — поддразниваю я.

— Да ладно, это было не ужасно. Это была поэтическая справедливость, — смеется он.

— О? Что ты знаешь о поэзии? — игриво спрашиваю я.

— Я знаю, что ты была бы моей музой, — кокетливо говорит он и целует меня в щеку.

Моя кожа краснеет.

— Мммм.

— Розы красные...

— Не надо, — прерываю я, смеясь.

— Фиалки синие. — Я закатываю глаза, и он продолжает, еще раз целуя меня в висок. — Генри — мой любимый, но с тобой тоже все в порядке.

С моих губ срывается смешок, но затем я притворяюсь оскорбленной.

— О, правда?

Каллум закрывает Генри уши и шепчет:

— Нет, конечно, нет, голубка, но не говори ему этого.

Я смеюсь, и он одаривает меня жемчужной улыбкой.

— Я люблю тебя, — говорю я.

— Я люблю тебя, — отвечает он поцелуем моей руки.

Каллум встает с дивана и направляется на кухню.

— Тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я.

— Нет, спасибо, я в порядке. — Я смотрю ему вслед, когда он уходит, восхищаясь тем, как хорошо он выглядит в этих серых спортивных штанах и белой майке.

Я прикусываю губу.

Он возвращается, ставит стакан с водой на кофейный столик и снова садится.

У меня начинает болеть между ног. Я смотрю на него, пока он не замечает, что я пялюсь, и не встречается со мной взглядом.

Видит ли он жар в моих глазах?

Не говоря ни слова, я двигаюсь и забираюсь на него, оседлав его бедра. Он кладет руки мне на бедра и нетерпеливо смотрит на меня в ответ.

Я прижимаюсь губами к его губам, и мои руки неистово запускаются в его волосы.

Я чувствую в себе огонь, который только он может контролировать.

Каллум обнимает меня и притягивает ближе к себе, и я чувствую его твердую длину под собой.

— Я хочу тебя, Каллум. Всего тебя. Прямо сейчас, — говорю я, затаив дыхание.

Он встает, поднимая меня вместе с собой, и я обхватываю его ногами. Наши губы снова прижимаются друг к другу, когда он торопливо направляется в спальню.

Он укладывает меня на кровать и снимает свой топ, затем спускает штаны, полностью обнажая свое красивое накаченное тело.

Боль внутри меня усиливается.

Он медленно скользит своими сильными руками вверх по моим ногам, затем подтягивает меня к краю кровати. Он снимает с меня черное нижнее белье и наклоняется ко мне: — Я ждал этого момента, Лана. В тот момент, когда я смогу полностью показать тебе, как сильно, черт возьми, я тебя люблю. — Он целует меня в лоб, затем в нос, спускается к губам, подбородку, шее, а затем стягивает мою рубашку через голову и продолжает дорожку из поцелуев. Между моих грудей, чуть ниже пупка, а потом ниже.

Он обдувает прохладным дыханием мои чувствительные губы, и по моему телу бегут мурашки, когда я чувствую электрический разряд. Затем он целует мою щелочку, и я замираю.

— Каллум, я... никогда не… у меня это будет в первый раз, — говорю я, смутившись.

Речь никогда не заходила о прошлых парнях, я делала оральный секс, но никто из них, казалось, никогда не был заинтересован в ответной услуге.

Эгоистичные придурки.

— Мне трудно поверить, что кто-то мог устоять перед этим аппетитным маленьким цветочком, — говорит он, глядя на меня из-под моих ног и приподнимая бровь. — Я счастлив быть твоим первым и, надеюсь, последним. — И затем его губы возвращаются к моему теплу, страстно целуя меня, втягивая в себя, и мне хочется снова закатить глаза от блаженства.

Его язык раздвигает меня и облизывает вверх-вниз, снова и снова, пока не останавливается на моем клиторе, обводя его кругами.

О Боже мой. Мои руки сжимают простыни, когда наслаждение переполняет меня. Я хнычу, тяжело дышу и пытаюсь удержать это чувство как можно дольше.

Он начинает медленно и нежно посасывать мой клитор, и это так чертовски соблазнительно. Я больше не могу этого выносить.

— О Боже, Каллум, это так приятно. Пожалуйста, не останавливайся, — умоляю я.

Он хихикает, прижимаясь ко мне, и вибрации чуть не отправляют меня за край.

Затем Каллум просовывает в меня два пальца, и моя голова дергается вверх, а с моих губ срывается громкий стон. Он начинает двигать пальцами внутри меня, и всего этого так много, слишком много. Все мое тело напрягается, и я хватаюсь за его волосы,