Вслед за тобой - Виктория Кузина

не сейчас, хорошо? Я и так достаточно облажался. Нам нужно уйти отсюда, чтобы я смог взять себя в руки. Хм, — усмехается он, — уже давно состоявшийся мужчина, но рядом с тобой сносит все мыслимые и немыслимые барьеры, ну и крышу, если быть честным. Пошли. — Марк тянет ко мне руку, но на полпути останавливается, со вздохом опуская ладонь. Затем указывает направление, и мы одновременно двигаемся к выходу.

Несколько минут спустя, оказавшись за пределами ЦВК, я полной грудью вдыхаю свежий воздух, но, чувствуя взгляд Марка, направленный на меня, едва не давлюсь.

— Что-то не так? — спрашиваю я, а сама осматриваю себя на наличие какой-либо неопрятности.

— Ты прекрасна, Таня, — отвечает Марк, а мое сердце впервые сбивается с ритма. О, нет, только не это. — Здесь неподалеку есть хорошее кафе, предлагаю его посетить. А пока я отпишусь руководству, что у нас все прошло отлично.

— А разве нам не нужно дожидаться каких-то промежуточных результатов?

— Нет, моя мама здесь, и она состоит в президиуме форума, так что все под контролем, и она обязательно меня оповестит.

— Ого, — официально я в шоке, — она… она была в зале? — В моем горле пересыхает. Божечки, эта женщина — легенда.

— Да, и видела наше выступление. — В его словах проскальзывает гордость, то ли за его родителя, то ли за нас.

— Я бы хотела с ней познакомиться! — Вырывается из меня, но я быстро прикрываю рот рукой. Зачем я навязываюсь?

— Еще познакомишься, я тебе обещаю. И да, — Марк начинает идти вперед, и я следую за ним, — она знает о тебе.

— ЧТО? — Резко останавливаюсь и хватаюсь за стремительно колотящееся сердце.

— Танюша, тебе плохо? — В одно мгновение мой преподаватель оказывается рядом со мной и снова прижимает к себе. — Говори, что?

— Все хорошо, — сиплю я. — Зачем ты рассказал?..

— Она сама поняла. — Он поворачивает голову в сторону и некоторое мгновение смотрит вдаль. — Мама у меня очень проницательная. Все, идем, не будем терять времени. Мы можем поговорить за обедом.

По дороге мы ведем разговор на общие темы, пока не оказываемся внутри уютного заведения. Темный интерьер завораживает, панорамные окна притягивают взгляд, что даже не хочется отрываться от открывающейся красоты напротив.

— Это какое-то волшебное место? — интересуюсь я, а сама осматриваю кафе, любуясь декором из дерева.

— Да, мы с родителями здесь часто бываем.

— Это очень здорово, что у вас такие отношения, — говорю я, а сама немного завидую Марку.

— Да, тут я с тобой согласен, мне действительно с ними повезло. Но на этом, можно сказать, мое везение закончилось.

— Почему ты так считаешь? — удивленно спрашиваю, а сама замечаю подходящего к нам официанта, и он как-то странно смотрит на меня, отчего по телу бегут неприятные мурашки.

Марк, наблюдая за мной, замолкает, затем переводит взгляд на парня.

— Что вы желаете? — Странно, что я ощущаю подобное к незнакомому человеку, но все же немного отодвигаюсь к окну, лишь бы подальше от молодого человека.

— Татьяна? — спрашивает Марк меня и приподнимает бровь.

— На ваше усмотрение, я вам полностью доверяю. Но все, кроме рыбы. — Застенчиво улыбаюсь я.

— Я знаю.

— Откуда…

— Прости. — И уже отвечает официанту: — Нам две порции греческого салата, два стейка средней прожарки и два апельсинового сока. Пойдет? — обращается он ко мне.

— Да, прекрасно, спасибо.

Официант записывает наш заказ и уходит, и я, не глядя ему вслед, сразу задаю Марку вопрос, который здорово меня взбудоражил:

— Откуда ты знаешь, что я не люблю рыбу?

Он загадочно улыбается, но качает головой.

— Прости, Танюш, но тут я тебе ничего не скажу, пусть это станет моим секретом.

— Ну почему? — негодую я, на что он улыбается еще шире.

— Потому. Должна же быть во мне какая-то загадка, — со смешком говорит он.

— Разве это не прерогатива женщин? — Смеюсь я. Он такой интересный, оказывается. Хотя я знала, что с ним легко в общении, но испытав на себе его харизму, просто наслаждаюсь.

— А мы чем хуже? Нам тоже надо уметь привлекать к себе внимание. Одним шикарным телом далеко не двинешься.

— А у тебя оно шикарное? — вырывается из меня, и я округляю глаза настолько сильно, что могу посоперничать с диаметром большой цистерны.

Марк наклоняется ко мне и смотрит так проникновенно, что ноги подкашиваются, хотя мне падать некуда — я ж сижу, и патокой вливает мне свои слова:

— Я могу показать тебе не только свое великолепное тело, Таня…

— Ваш заказ, — встревает в наш уже не деловой, а наполненный флиртом разговор официант. Он ставит перед нами блюда, а я краснею с каждой секундой. Это что за искуситель в халате?

Молча наблюдаем за работой парня и дожидаемся, когда он уйдет.

— Марк, тебе не кажется, что ты стал переходить черту дозволенного? — в лоб спрашиваю я, скрестив руки на груди.

— Хм… Знаешь, на самом деле кажется. Я ведь обещал, что буду сдержаннее и не позволю себе аморальные действия. И какое-то время сдерживал свои обещания. Но… — Он долгое время молчит, все так же глядя на меня.

— Но? — нетерпеливо спрашиваю я.

— То невероятное сексуальное красное платье разрушило все барьеры. Увидев тебя в нем, я понял, что упускаю нечто важное в своей жизни. Понял, что за того, кого ты любишь, надо бороться, а не ждать у моря погоды. — О, боги!

— Но ведь у меня парень…

— Ты думаешь, это меня остановит? — усмехается Марк и качает головой. — Моя Таня, ты еще многое не понимаешь.

— Ну, знаете ли! — фыркаю ответ и отворачиваюсь от него.

— Не обижайся, милая, — примирительно говорит он, но я и не думаю уступать. Я не маленькая девочка! И все прекрасно понимаю!

— И не подумаю. В следующий раз будете думать, что мне говорить, Марк Александрович!

— Обещаю, клянусь Гиппократом.

— Не тем клянетесь! — парирую я.

— Может, мы приступим к трапезе, а уже потом, на полный желудок, ты выскажешь все претензии?

Я сначала смотрю на Марка, потом на еду, потом снова на него и, немного насупившись, начинаю кушать.