Вслед за тобой - Виктория Кузина

— Я же говорила! — перебивает меня Катя.

— Не перебивай, я не закончила же, — обрываю подругу.

— А то ты меня не знаешь! Продолжай.

— Ну, спасибо! — Закатываю глаза. — На чем я там остановилась? Ах, да. Сегодня лишний раз убедилась, что наш преподаватель нереально талантливый. И хирург от бога, и оратор от богини.

— Прости? Богини? Подруга, ты не ту литературу читала, — со смешком говорит она.

— Ой, все! В общем, он профессионал своего тела, ой, дела! Конечно же, дела! — оправдываюсь я, но поздно. Кратер вырыт до магмы.

Как я и ожидала, Катя закатывается от смеха. Он такой громкий, что я слышу Рому на заднем фоне, который всерьез забеспокоился за здоровье своей девушки. Пока моя любимая подружка отсмеивается, я тихо пыхчу и проклинаю себя, Марка, да и все на свете за разговор про великолепное или шикарное тело. Да плевать! Вот сейчас скажу грубо, но я в дерьме.

— Успокоилась? — ровно спрашиваю, лишая голоса всяких эмоций.

— Ахах, почти. Погодь. Дай отдышаться, — между вздохами отвечает Катя, а я смиренно жду. — Итак, сознавайся, когда вы успели поговорить о его теле, или ты видела Марка голым, когда он выходил из душа?

— КАТЯ! ТЫ СУМАСШЕДШАЯ! — кричу в трубку, но быстро останавливаю себя. Вдруг кое-кто за стенкой услышит мои крики и прибежит спасать, словно белый рыцарь. — Нет, не видела. И да, разговор был, но вскользь и то нечаянно. Когда приеду, расскажу, но не сейчас!

— Лаадно, но ты теперь не отвертишься от меня, так и знай. Оооо, как я тебя буду пытать, — предвкушающее говорит она, а у меня от ее зловещего голоса мурашки бегут по спине.

— Ты меня больше не увидишь! — выпаливаю я.

— Ой, да ладно тебе, я шучу! Наверное. — Хихикает Катя. — Все-все, молчу. Продолжай.

— Итак, ну... Вообще-то, все. Я на все твои вопросы ответила.

— Вот что у тебя за мозг такой? Как ты запомнила все мои вопросы?

— Я не знаю, как-то само собой. — Пожимаю плечами я.

— Да, да. У тебя все именно так и происходит. Эх, Татьяна. Ладно. Главное, что ты это пережила, я за тебя сильно беспокоилась, на самом деле, — говорит уже серьезным тоном.

— Ах, это…

— Что-что? Я чувствую, сейчас меня ждет ошеломляющая новость. — Слышу в ее голосе нетерпение. Интересно, если я немного потяну время, она выпрыгнет из штанов или нет, пока будет подскакивать на месте? Думаю, можно проверить в качестве эксперимента на досуге.

— В общем, у меня начиналась паническая атака, но Марк успел ее предотвратить.

— Я надеюсь, тактильным образом, — спрашивает она, а я слышу, как что-то поскрипывает.

— Ты что, подпрыгиваешь? — стараясь сдержать смех, интересуюсь я.

— Таня, блин! Говори, что дальше? — Оу, да она злится, вот неугомонная.

Пару раз прочистив горло, чтобы дать себе минутку не заржать во весь голос, как делала она несколько минут назад, я уже говорю спокойным голосом:

— Именно тактильным. Сделал все, как профессионал, кроме одного — он меня почти поцеловал…

— ЧТОООО? РОМА, У НАС ЗДЕСЬ ПОЧТИ АРМАГГЕДОН НЕ ПРОИЗОШЕЛ! — орет Катя, настолько сильно, что я убираю телефон подальше от уха, так как появилась стопроцентная вероятность того, что я оглохну.

— Что случилось? — кричит Рома. — Пожар? Потоп? Ты вытащила козявку? Что?

— Ты обалдел? — Ооо, кажется, кто-то крупно попал.

— Ребята! Я вообще-то тут! Давайте вы потом свои разборки разберете, — говорю громко, надеясь, что меня услышат. И, слава господи, услышали.

— Да, ты права, нам лучше поговорить об этом при встрече, а пока я подумаю, как максимально причинить боль своему парню одним простым карандашом, который лежит на столике и так и просит, чтобы его использовали. — Слышу рычащие нотки в голосе моей воинственной подруги, но сама улыбаюсь. Они такие забавные. И я их так сильно люблю.

— Я рада, что Рома смог тебя отвлечь от меня, передай ему поклон низкий, до земли. И пусть его душа сохранится. — Ложусь на кровать и смотрю в потолок. — Если честно, я дико устала. Это было морально тяжело, и в первые минуты после выступления мне казалось, что чертовски сильно опозорилась. Но теперь понимаю, что все прошло довольно неплохо.

— Ой, это ты так всегда говоришь, за что бы не взялась: либо неплохо, либо «Катя, это позор всех позористых позоров!» Знаем, проходили. — Она издает длинный вздох. — Ты у меня самая лучшая, подружка. Про твое выступление я спрошу у Марка, чего уж тебя мучить. И вообще, отдохни. Ты действительно заслужила это. Я тобой так горжусь. — Она всхлипывает.

— Катюш, не надо, а то я тоже буду плакать. — У меня уже глаза на мокром месте.

— Все, не буду, правда, — шепчет подруга, — но для меня ты все равно всегда будешь номер один. Вот.

— Как и ты для меня, мое милое солнышко. — Все же слеза скатывается по моей щеке, и я ее убираю указательным пальцем.

— Так, ладно, мы же не тряпки с тобой какие-то, правда? Правда. Так что скальпель в руки и бежать за Ромой. Чтобы в следующий раз знал, на кого спиртовые ватки кидать. Но я его проучу еще. Он испарился, кстати. К Максику плакаться, наверное.

У меня внутри все переворачивается от упоминания одного его имени. Но я не подаю виду вспыхнувшим ощущениям.

— Можно сказать, у него есть фора на некоторое время, так что пусть наслаждается оставшимися часами. Ох, Катюш, я буду ложиться спать. Вымотана дико…

— Да, конечно! Отдыхай, крошка! Вечером созвонимся с тобой, хорошо?

— Обязательно! Пока, — прощаюсь я.

— Пока.

Мы с ней одновременно отключаемся. Я убираю телефон в сторону и мгновенно засыпаю. И буду спать до последнего, все же, теперь понимаю, что заслужила.

Глава 15

— Расскажи о своих родителях, — просит Марк, пока мы гуляем по вечерней Москве.

— Оу, да нечего рассказывать, — отвечаю я, опуская взгляд вниз, и в мои мысли проникают страшные картинки прошлого.

— Милая моя, —