Сера - Калли Харт

Мысль оборвалась.

О.

О боги. Да, ртуть была на теле. Я не заметила раньше, но её крошечные серьги ведь вспыхивали в предрассветном свете, не так ли? Простые. Немудрёные. Металл отлит в форме цветков, их лепестки направлены вверх, как крошечные клинки.

— Вам не положено быть здесь, — пробормотала я, наклоняясь ближе и разглядывая серьги.

Мы здесь, мы здесь, всегда были, — возмущённо отозвалась ртуть.

— И как, по-вашему, я должна открыть врата, если вас так мало? — спросила я.

Я коснулась металла на мочке Лейн и в тот же миг серьга растаяла, стекая в мою ладонь.

— Чёрт, — выдохнула я. Я не приказывала ей меняться. На мне не было реликвий, а она всё равно трансформировалась при касании. Паника поднималась, грозя накрыть меня с головой, но прежде чем она успела это сделать, капля ртути скатилась на плечо Лейн.

Как только жидкий металл коснулся её кожи, глаза Эверлейн распахнулись, и сестра Фишера судорожно втянула воздух.

Свершилось.

Свершилось.

Свершилось, — радостно пропела ртуть.

Только на этот раз ее многоголосый шёпот звучал изо рта самой Эверлейн.

Её зелёные глаза блуждали, не фокусируясь. Она моргнула и, открыв их снова, показала идеально белые зрачки. Её голова дёрнулась в мою сторону, челюсть начала работать, словно она приноравливалась к собственному телу заново.

— Наконец-то, — выдохнула она. Голос был похож на голос Эверлейн, но не принадлежал ей. Он был глубже. богаче. Слегка дрожащая улыбка расползлась по её лицу, когда она смотрела на меня этими белыми глазами. — Я очень, очень долго ждала возможности поговорить с тобой.

Её рука резко взметнулась и стиснула моё запястье, хватка была неестественно сильной.

— Эверлейн? — её имя сорвалось с моих губ вопросом, но я уже знала, что это не сестра Кингфишера. Существо, занявшее тело Лейн, моргнуло медленно, словно забыло, как моргать, и покачало головой.

— Нет. Эверлейн здесь нет, боюсь. Я не знаю, будет ли у неё достаточно сил вернуться.

Я попыталась вырвать руку, чувствуя, как страх поднимается по позвоночнику, но тварь внутри тела Лейн держала так крепко, что кожа побледнела.

— Ну же, ну же, ну же — зубы Лейн застучали.

— Отпусти меня! — Я не хотела ломать Эверлейн пальцы, но сделала бы это, если пришлось бы.

Существо, дёргающее Лейн, отпустило меня.

— Наконец-то, — выдохнуло оно. — Я… ждала так… долго. Ждала ве-ве-века.

Я вскочила. Стул опрокинулся и грохнулся на пол, но Оникс, всё ещё свернувшийся клубком у ног Эверлейн, даже не пошевелился. Какая бы падшая магия это ни была, мне она не нравилась ни на грамм.

— О чём ты говоришь? — прошипела я. — Кто ты? Почему ты здесь?

— Эд-Эдина, — выдавило существо. — Эдина. Эдина. Я Эдина.

Имя было знакомым до боли. Кто-то произносил его недавно. Или я где-то видела запись…

— Что ты делаешь с Лейн? — потребовала я. — Освободи её тело. Пусть проснётся.

Существо Эдина медленно прикрыло глаза, и по щекам Эверлейн побежали слёзы.

— О-она… вне моей досягаемости. Я… не удерживаю её в этом… теле.

— Тогда где она?

Ответ Эдины застрял в горле Эверлейн. Говорить ей и так было тяжело, но эти слова давались особенно мучительно.

— Она в те-тени… я не вижу.

— Ты пугаешь меня.

— Страха… нет… Саэрис Фейн, — хрипнула она.

Я отшатнулась от кровати.

— Откуда, черт возьми, ты знаешь моё имя?

— Тебе ну-ну-надо… уйти.

— Да чтоб тебя, это очевидно.

— Библиотека. Иди в библиотеку, — прошипела она, зубы стучали так, будто сейчас выпадут. — Там ты най-найдёшь к-к-книгу.

— Библиотеки полны книг, — прошептала я. Это было неправильно. Неестественно. И, честно, пугало меня до чёртиков. Голос в глубине сознания нашёптывал: не убегай. Тот самый голос, что заставил меня украсть перчатку стража. Тот, что сделал меня убийцей двоих людей Мадры у «Миража». Ему нельзя доверять. Но привычка штука сильная.

— Какую книгу? И зачем она мне?

— Ма-маленькую, — выдохнула она. — Но толстую. Синюю. Там… бабочка…

— Бабочка? На обложке?

Эдина, похоже, не могла управлять мимикой Лейн в полной мере. Бледные глаза были переполнены болью. Я чувствовала её и боль, и смятение, и скорбь, такая глубокая, что хотелось выть.

— Она спрятана, — прохрипела Эдина, — среди звёзд.

— Что это значит?

— Звёзды… — глаза Эверлейн закатились.

— Эй!

— Сотни… и сотни… звёзд.

— Эдина! Почему меня внезапно накрыла паника? Она душила, вдавливала в кровать. Я схватила ладонь Лейн обеими руками, пытаясь дышать. — Эдина, что в книге? Почему она так важна? Скажи мне!

Странное спокойствие опустилось на гостью в теле Лейн. Её слепой взгляд встретился с моим, и на мгновение смятение исчезло.

— Им сказали о ней. Гниль. — произнесла она ясным голосом. — Они сказали, что она придёт. Она здесь. Сейчас. Ты должна найти книгу, чтобы остановить её. Без неё разложение распространится, пока не поглотит этот мир и миллионы других. Я это видела, Саэрис. Найди книгу. Останови распад. Это единственный путь.

— Эдина

Она сжала мою руку так сильно, что кости едва не треснули.

— Найди её. И не говори ему. Ни слова. Это важно. Он не должен знать о книге. Только ты. Понимаешь?

Я не понимала. Ни капли. Но услышала в её голосе отчаянную мольбу и ложь вырвалась сама:

— Да. Понимаю.

— Спасибо. Передай ему… как сильно я его любила, Саэрис. В конце… скажи ему, что я бы всё повторила.

Что… что это значило? Вопрос сорвался с языка, но не вышел наружу.

Потому что хватка Лейн - Эдины усилилась.

И боль пришла.

Не в руке.

А в чернилах.

Руны на моих пальцах, на тыльной стороне ладоней, охватывающие запястья и вздымающиеся вверх по предплечьям вдруг загорелись.

Не светом.

Огнём.

От кожи поднялась тонкая струйка дыма, и молочно-белые глаза Эверлейн расширились.

— Ты не запечатала