Увидимся в другой жизни - Катриона Силви

– Мы возвращаемся, – говорит он. – Такие же, но другие. Всякий раз с новыми задачами, новыми возможностями стать лучше или хуже. – Он стучит по столу, подчеркивая важность своих слов. – Опять и опять нам дается новый шанс.

Глаза Торы расширяются. Какое-то мгновение Санти полагает, что она с ним согласна. Накатывает глубокое облегчение: постоянное чувство одиночества наконец начинает отпускать. Они вместе.

– Ты прав, – соглашается Тора. – Мы всегда получаем новый шанс. Бесконечное количество шансов, чтобы попробовать абсолютно каждый путь.

У Санти сводит живот в начале бесконечного падения.

– Нет, я не об этом. – Он подается вперед. – Я хочу сказать, что есть только один правильный путь и мы должны его найти.

– А кто определяет, что он правильный? – морщит нос Тора. – И по каким критериям?

– Вот это мы и должны выяснить. – Он кивает, будто она с ним уже согласилась. – Возможно, такова часть испытания. Выяснить, что все это значит.

– Что это значит? – смеется Тора. – Это значит, что мы чертовы бессмертные. Это значит, что мы не застреваем на неправильном пути снова и снова.

Спустя столько жизней он все еще забывает, насколько разное у них мышление.

– Я не думаю, что… – начинает Санти, но Тора его перебивает.

Ее лицо светится от снизошедшего откровения.

– Я не осознавала этого, пока ты не сформулировал мысль. Вот чего я хотела всю свою жизнь, понимаешь? Все свои жизни? Найти способ вернуться. Посмотреть, как бы оно было, поступи я иначе. – Тора удивленно качает головой. – Я всегда боялась выбрать неправильно. А теперь я могу не просто выбрать, а прожить каждую жизнь как хочу. Исследовать каждую возможную версию себя.

Санти аккуратно добавляет:

– Ты не можешь контролировать все, что с тобой происходит.

– Может, и так. Но я помню все те сценарии, которые пошли не так. И теперь могу учиться на своих ошибках. Сделать все правильно. – Тора наклоняется через стол, ее глаза лихорадочно горят. – А я уже начала это делать. Даже до того, как вспомнила. Мои родители… ты же в курсе, что у нас были скверные отношения. Но сейчас я знаю, как с ними ладить. Я научилась за все свои жизни. – Она смеется. – Если уж это удалось, то все остальное и подавно.

Санти не может выразить свой ужас – бесконечный, как все их существование, тянущийся все дальше и дальше в прошлое, к началу, которого он не помнит.

– Эй. – Тора касается его руки. – Что с тобой? Ты можешь сделать то же самое. Придумай свою идеальную жизнь – идеальные жизни – и позволь им случиться.

– Нельзя прожить больше одной идеальной жизни, – машинально качает головой он.

– Говори за себя, – фыркает Тора. – Я всегда хотела делать все на свете и быть всем на свете. Почему мне нужно довольствоваться одним сценарием? Почему я не могу проиграть их все?

– Я так не смогу… жить только частью себя. – Санти обхватывает голову, словно это поможет удержать его «я», которые рассыпаются в ничто. – Все должно иметь смысл вместе. Звезды, часы – мы должны объяснить это… – Он смотрит на нее, в глазах мольба. – Должна быть причина. Должен быть смысл, где-то в эпицентре всего.

Взгляд Торы спокоен и серьезен. А потом она видит что-то у него за плечом. И перестает дышать.

– Джулс!

Санти следит за ее взглядом и замечает девушку, которая торопливо идет по площади. Он помнит, как Джулс плакала по ту сторону забрызганного дождем окна; помнит, как руки Торы обнимали ее на всех фотографиях, как будто она могла удержать любимую в каждой жизни.

– Всякий раз я умудрялась разрушить наши отношения. – Тора встает. – Но сейчас я все помню и не повторю ошибок. Наконец-то я все сделаю правильно.

– Тора…

Она бежит за Джулс, за первой из своих идеальных жизней.

Санти смотрит, как она удаляется, оставив пустой бокал на столе, и его нетронутое светлое пиво искрится в лучах низкого осеннего солнца. Ни в одной из своих жизней он не чувствовал себя таким одиноким.

Часть третья

Исчезающее сейчас

Тора дремлет в объятиях Джулс. Лучи летнего послеобеденного солнца льются сквозь пыльные окна эренфельдской квартиры. Ребенок в соседней комнате спит, поэтому пока они в благословенном оазисе тишины.

Тора пытается обуздать поток мыслей и сконцентрироваться на том, каково это – проживать настоящую жизнь и понимать, что она хороша, быть счастливой и сознавать свое счастье. Вероятно, такое возможно, только если помнить все другие сценарии: Джулс кричит на нее с порога, пьяная Джулс плачет за столиком на террасе «Кентавра», Джулс называет ее эгоистичной, неспособной быть счастливой в настоящем. И вот теперь Тора здесь: голова на груди Джулс, пальцы Джулс в ее волосах. Тора хочет остановить мгновение. Раз уж в ее распоряжении вечность, так, может, вечностью станет настоящий момент?

Тора знает ответ на этот вопрос. Однажды эта жизнь прекратится и начнется следующая. Тора думает повторить нынешний сценарий. План такой – она вскружит голову Джулс фразами, которые оттачивала на протяжении нескольких жизней. Ничего сложного, ведь Тора прекрасно знает Джулс и палитру ее настроений.

Джулс что-то шепчет во сне и переворачивается, и Тору покалывает сомнение. Нынешняя идеальная жизнь получилась не с первой попытки. Иногда ей не удавалось найти Джулс, сколько бы она ни искала. Порой Тора возвращалась в мир не лучшей версией себя – слишком нетерпеливая, злая или циничная, чтобы все сработало. В некоторых жизнях она еле выживала под тяжестью всего, что на нее валилось. Тора смотрит на лицо жены. Даже если попытаться воссоздать все в точности, абсолютного сходства не добиться.

Звонок, громкий, как сигнал тревоги.

– Я открою.

Тора целует Джулс в лоб, выскальзывает из объятий и идет к домофону.

– Кто это?

Раньше Торе и в голову не пришло бы спрашивать, но сейчас, когда на их попечении малыш Оскар, каждый поступок может отразиться на всем его будущем.

– Похититель вашего сына.

Голос Санти: несомненное доказательство, что после этой жизни Тору ждет новая.

Она вздыхает. «Неправильно, – думает она. – Важно то, кто он для меня сейчас». Санти – друг, который пришел познакомиться с ее ребенком.

– Поднимайся, – радостно говорит Тора и жмет кнопку на домофоне.

Санти пришел не с пустыми руками.

– Привет, Волчонок. – Тора обнимает его и забирает сумку с подарками.

Он целует ее в щеку.

– Ты ангел! – восхищается она, разбирая готовые блюда и быстрые перекусы – целое изобилие всего, что можно сразу положить в рот.

– Не