Ненужная королева. Начать сначала - Маргарита Дюжева

— Понравилась ты ей, — усмехнулся Даррен, наблюдая за тем, как девчонка старательно встает между нами, пытаясь прикрыть собой мои голые коленки.

Светлый то ли не замечал этих коленок, то ли плевать ему на них было, но ни во взгляде, ни в выражении лица интереса я не заметила. Даже обидно стало.

К городу мы уже подходили в кромешном ливне. Он стоял стеной, скрывая все на расстоянии десятка метров, а над головами непрестанно сверкало и громыхало. Небо ярилось, будто вознамерившись смыть то, что уцелело после разгула реки.

В Сандер-Вилле уже знали о случившейся беде. Жители выходили на улицы с плащами и накидками. Звали пострадавших к себе, предлагали им кров, пищу, сухую одежду. Хозяин постоялого двора принял у себя всех приютских.

Никто не остался без пристанища.

Я передала снова замолчавшую Элю Жанне, а сама отправилась в усадьбу. Переодеться хотелось, выпить горячего отвара и лечь спать. Слабое человеческое тело отработало на пределе своих возможностей и теперь требовало отдыха.

— Далеко собралась? — раздалось за спиной, когда я уже вышла за город и устало шлепала по размытой дороге.

Я даже не обернулась:

— Домой.

— Давай, довезу.

— Не стоит, сама…

Договорить я не успела. Меня просто оторвало от земли и в седло закинуло. Прямо перед Светлым. И теперь я сидела впереди, он позади, а по обе стороны от меня — его руки удерживали поводья.

В былые времена королева бы возмутилась, и это возмущение стоило бы наглецу крови, а сейчас я сидела и думала о том, какой этот гад теплый. И удобный несмотря на то, что Светлый. И сердце у него сильное. Его размеренный бой я ощущала спиной, и он приятным гулом расходился по венам.

Даже говорить ничего не хотелось. Я просто выдохнула и расслабилась, позволяя себя везти. Когда я себе позволяла последний раз расслабляться? Не помню.

Дорога до дома показалась короче, чем обычно, и когда жеребец Светлого взлетел на холм, где стояла усадьба, я испытала разочарование. Неуместное, странное и совершенно не подходящее.

Мы заехали во двор. Из-под крыльца на меня осуждающе таращился кот, насквозь промокшие псы сидели под кустами, уныло опустив уши.

— Кажется, тебя ждут, — усмехнулся Даррен, не торопясь спускать меня на землю.

Я все так же сидела в кольце его рук, впитывая мужское тепло.

В груди колотилось, а где-то на задворках мыслей рычал Варрах, чувствуя мой интерес к другому.

Утомил.

Я сильнее схлопнула барьер, отсекая бывшего мужа, и произнесла:

— Спасибо, что подвез.

Даррен не торопился отвечать. Он вообще не шевелился и ничего не предпринимал. Я даже развернулась, чтобы увидеть его лицо. Хотелось понять, о чем он думает, но в задумчивом, пронзительном взгляде ничего не удавалось разобрать.

Он просто смотрел на меня, я смотрела в ответ, а серый ливень все так же хлестал по земле, не щадя никого.

— Может отпустишь? — наконец спросила я.

Рядом с ним было уютно и в то же время тревожно. Что-то внутри волновалось и тянулось к Светлому, доставляя беспокойство.

— Не уверен.

— Почему?

Он перевел взгляд на мои губы и просто произнес:

— Потому что хочу поцеловать тебя.

— Так поцелуй.

Глава 41

Светлый не из тех, кому надо говорить дважды.

Его губы были по-мужски жесткими и в то же время нежными. Их вкус смешивался со вкусом дождя и рождал приятную дрожь где-то глубоко внутри.

«Не смей», — снова гремело в голове.

«Исчезни», — мысленно отмахнулась я и подалась на встречу Даррену.

Целовать его было приятно. Волнительно. Этот поцелуй не походил ни на один другой из прошлой жизни. Казалось, будто вся я, без остатка, растворялась в нем, тянулась, как мотылек за светом.

Так странно.

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем он меня отпустил.

— Иди, — голос хриплый и в карих глазах полыхало яркое пламя, — я… мне нужно вернуться в город.

Я и сама с трудом разжала руки и отстранилась. Наваждение какое-то.

— Спасибо, что довез.

Он легко спустил меня вниз, но тут порывисто нагнулся, еще раз коснувшись своими губами моих.

— До встречи, — и умчался, оставив меня во дворе усадьбы.

Из-под крыльца донеслось насмешливое ворчание.

— Проваливай!

Кот нехотя выбрался из-под крыльца и, опустив уши, шмыгнул в малинник. Наглец.

Я разделась прямо на ступенях, чтобы не тащить в дом сырые тряпки. Повесила их на периллах под козырьком и только после этого перешагнула порог.

В доме было серо и прохладно. Я переоделась в сухое, разожгла очаг, поставила чайник, и пока он грелся, прошлась по пустым комнатам. Тоскливо. И на душе неспокойно.

Я не понимала, почему у бывшей королевы демонов Райгарда так сильно ломит в груди от одной мысли о Светлом. Разве так должно быть?

«Нет! — рявкнуло у меня в мыслях. Да так громко, что я вздрогнула, — не зли меня, Лил. Пожалеешь»

Я устало вздохнула и подтянула полог. Держать его становилось все сложнее. Варрах, искал меня, звал, лютовал оттого, что не откликалась и не слушала приказов. Думал, что вернет… Глупец. Разве можно вернуться к тому, кто забрал крылья? Или он ждал, что я добровольно позволю снова засадить себя в темницу и держать там, как животное?

Я перекинула через плечо мокрую косу и погладила ленточку. Под моими пальцами она заискрилась и на глазах подросла еще на пару сантиметров. Еще немного и полностью восстановится. Тогда я смогу забрать свои силы и отправиться дальше. Вряд ли Варрах когда-нибудь оставит меня в покое, поэтому впереди ждал долгий путь без конечной цели.

Несмотря на усталость я долго не могла уснуть. Ворочалась на жестком диване, перекладывала с места на место подушку, одеяло то натягивала, то скидывала в сторону.

Никак улечься не могла — все неудобно было, вдобавок в груди стучало, словно опять что-то не так, неправильно. Стоило только хоть немного задремать, как это ощущение усиливалось, снова выталкивая на поверхность.

— Да чтоб тебя! — я не выдержала и села, спустив ноги с дивана, — бесит.

Я подошла к окну и, сдернув в сторону ветхую штору, уставилась на темный двор. Дождь стал слабее, но так и не утих до конца. Редкие капли неспешно стучали по крыше и подоконникам, но не успокаивали, а наоборот еще сильнее распаляли тревогу.

Точно что-то не так!

Я прислушалась с себе, к окружающему миру, потянулась к городу, пытаясь понять в чем дело, и с удивлением обнаружила, что мелкой Темной нет с остальными.

Опять сбежала! И тревога эта, что в душе