До встречи в Дубае - Виктория Короткова

вот проснулась я вновь одна. Наверное, я не услышала его будильника — я часто просыпала будильник мужа, который вставал ни свет, ни заря. Однако утро было добрым — я поняла это по тому, как с улыбкой и хорошим настроением чистила зубы и танцевала под музыку в голове в душе. И таким же бодрым шагом я пошла на завтрак.

Уже на выходе я столкнулась с группой, и Ли Риан подмигнул мне и шепнул до вечера. И меня пронзило — шоппинг для меня нелегкая прогулка, поэтому надо обязательно продумать, чего бы я хотела купить. Жуя завтрак, я в заметках телефона писала примерный расклад своего гардероба и что бы хотелось в него добавить. Я так засиделась, что мне уже звонили с ресепшена о прибытии такси. К счастью, я была одета в рабочий костюм и захватила с собой сумку. Так что оставалось только убрать посуду и спуститься вниз.

Девчонки с самого утра пытались прорваться ко мне в кабинет, но до обеда я разрешила им войти лишь раз. От бумаг было много пыли, и я сама хотела промочить горло. Кондиционер не справлялся, и жар двигающегося по небосклону солнца потихоньку топил мое тело. Поэтому вместо чая, я предпочла апельсиновый сок. И только в обед я вытянула руки, чтобы меня увели от работы и накормили.

Девчонки, которые привыкли к моему поведению, не заметили микро изменений в глазах или манере. Но я чувствовала это сама. Это растущее нетерпение, чтобы закончился рабочий день. Мне кажется, я даже работала в разы активнее, чтобы доделать свой пласт раньше и больше времени посвятить городу и новой страсти.

Когда я выходила с работы, то быстро передвигала ногами, будто опаздывала, но не могла замедлиться. Где-то там меня ждал он, и я не могла заставлять его ждать дольше чем нужно.

В этот раз мы обменялись телефонами, чтобы не испытывать удачу, так что я написала, когда прибыла в торговый центр. К моему ужасу, отправив сообщение, я услышала знакомые аккорды и трио голосов — барабанщик в группе пел редко, хотя у него тоже был запоминающийся низкий тембр. Ли Риан не зря позвал меня именно сюда. Ведь для клипа им нужны были съемки в общественном месте.

Я расстроилась не потому, что не одна приехала сюда ради него. А потому, что скорей всего его будут узнавать в каждом магазине, а то еще и фанатов встречать будем, и вся «обычность» свидания кончилась, даже не начавшись. Я увидела магазин продуктов и зашла. Я пожалела, что отказалась от кофе с булочкой в холле здания, потому что, как и все в Дубае, магазин оказался огромным. Только натренированное внимание к деталям помогло мне найти то, что я искала, и выбраться наружу.

Дальше я села на скамейку и открыла упаковку мармеладных конфет, которую захватила уже на кассе. Не глядя, я доставала каждую и сразу кидала в рот, а потом пыталась угадать вкус.

— Угостишь? — прозвучал знакомый голос.

— Конечно, — также не глядя произнесла я и протянула руку.

— Я что-то сделал не так? — спросил он тихо. Но в его голосе было столько беспокойства, что я повернулась.

— Я не на тебя обиделась. Я просто расстроена. Здесь столько твоих фанатов, что нам придется держаться на расстоянии, чтобы в будущем избежать провокационных заголовков, — я отвела взгляд.

— Понимаю к чему ты. Но это же не остановит нас, правда?

И я согласилась, потому что его улыбке невозможно было отказать.

Мы пошли сразу на второй этаж торгового центра, где обитали главные бренды. В глазах зарябило от белых, черных и красных вещей, но при ближайшем рассмотрении даже самые дорогие вещи превращались в бесформенные куски ткани — я совершенно не видела их на себе. Зато любая вещи на моем друге смотрелась как влитая. Узкие джинсы или широкие штаны, простая футболка или толстовка с ярким рисунком, — все напоминало звезду экранов.

Я быстро втянулась в подбор одежды и аксессуаров, вместо продавцов меняла размеры и добавляла забавные кепки или куртки для полного образа. Мы наконец перестали стесняться и открыто смеялись, когда стиль вещи был слишком экстравагантен или нам делали замечание, что вещь одета задом наперед.

Два часа пролетело незаметно, и я все же нашла скамейку, чтобы отдохнуть. Оплатив очередные покупки, Ли Риан опустился рядом. Пакеты он поставил между нами.

— Почему ты ничего не смотришь себе? У нас же совместный шоппинг.

— Во-первых, я не присмотрела ничего. Моя фигура требует более четких границ и линий. А во-вторых, мне просто не по карману такие вещи. Я обязательно выберу себе что-нибудь, но явно не здесь.

— Значит, будем искать, — ободряюще сказал он. — Теперь веди ты — увидишь что-то интересное, заходим, нет — проходим мимо.

— Хорошо.

Мы взяли по холодному бабл-ти — новомодный напиток, от которого дочка сходила с ума. Я даже не скажу, что именно было намешано, но он освежал и оставлял мятное послевкусие, что мне нравилось. Риан взял мне на основе чая, а себе на основе кофе. На самом деле я впервые пробовала сама, в чем и призналась Риану, и он предупредил, что на дне будут шарики тапиоки и чтобы я не пугалась.

— Тапиока по вкусу будет как плотные мармеладки.

— А у тебя что-то другое? — я присмотрелась и увидела разницу по форме и размеру.

— Да, я люблю джус-боллы. Это шарики с соком или йогуртом. Сейчас у меня вкус вишни.

— М-м, кисленькое. Можно попробовать?

Он кивнул, и я отпила глоток. Действительно вместе с кофейным напитком в рот попало несколько шариков. Я тут же их лопнула и рецепторы подтвердили, что это вишня. Но на месте шариков осталась неприятная пленка и я запила своим напитком, чтобы скорее их проглотить. Вместе с чаем, я нащупала три шарика и уже не ожидала ничего хорошего. Надкусив тапиоку, я пожевала несколько секунд и осталась довольна. Мягкие снаружи и плотные внутри, комочки оказались сладенькими и приятными.

— Ты угадал и со вкусом, и с шариками! Как тебе это удается — всегда знать, что мне нужно.

Он лишь загадочно улыбнулся и взял меня за руку. Прикосновение придавало сил и у меня появилась уверенность, что теперь я смогу найти себе что-то красивое.

Маленькие шоурумы, стилизованные под тот или иной бренд, пугали, в оккупированном углу могли захватить и заставить купить все, до чего ты дотронулся. Поэтому часть закутков мы проходили мимо. Но это было лишь затишьем перед бурей, и вдруг я почувствовала, что черная полоса