Изгнанная жена генерала драконов - Эйрена Космос

Я цепенею от ужаса. Даже с высоты полёта это место вызывает во мне животный страх и отчаяние. Оно было зловещим, мёртвым, безнадежным. Сердце бешено колотится в груди, и я до боли сжимаю пальцы на шероховатой чешуе дракона, стремясь удержаться в этом кошмарном пространстве.

«Не бойся, малышка. Мы не дадим тебя… вас в обиду», — раздаётся успокаивающий рычащий голос в моей голове.

«Кого нас?» — тихо спрашиваю я.

Но дракон хранит молчание.

А в следующий миг зверь начинает снижаться, и я замечаю большой палаточный лагерь. И самое странное — здесь тумана нет.

Ронгар обращается на лету, и на землю он приземляется уже на ногах, бережно держа меня в своих сильных руках.

Палаточный лагерь встречает нас приглушённым гулом голосов и запахом костров. Большой генеральский шатёр выделяется среди остальных: тёмно-синий, с вышитыми золотом драконами по краям.

— Это наш лагерь. — Голос мужа звучит непривычно напряжённо, в нём сквозит неприкрытое беспокойство. — Ты видела туман… — Он на секунду замолкает, словно подбирая слова. — Ни в коем случае не входи в него. Это верная смерть для человека.

Его глаза темнеют от тревоги.

— Эйми, это опасное место, и будь осторожна. Не отходи от меня, и это не просьба. — В его голосе звенит сталь. — Если ослушаешься, то не видать тебе эликсирии. Поняла?

— Да, — выдыхаю я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Это место буквально пропитано страхом и отчаянием.

— Пойдём. — Ронгар протягивает мне руку.

Внутри меня борются противоречивые чувства. С одной стороны, передо мной жестокий тиран, который хотел превратить мою жизнь в ад, а с другой — человек, который сейчас предлагает помощь. Его мотивы туманны, как этот проклятый воздух вокруг нас.

«К чёрту гордость, — решаю я. — Здесь не время для старых обид».

Крепко сжимаю его ладонь, чувствуя жар его кожи, и поднимаю взгляд, встречаясь с его пронзительным взглядом.

— Я тебе доверяю, — произношу я твёрдо.

Но в груди всё сжимается от напряжения. Если это ловушка, я хочу увидеть это в его глазах прямо сейчас.

Ронгар кивает, и что-то неуловимо меняется в его взгляде, будто тень благодарности мелькает в глубине зрачков.

Когда мы идём через лагерь, воздух буквально звенит от внезапно наступившей тишины. Воины застывают, словно статуи, их лица озаряются неподдельным восхищением. В их глазах читается такое искреннее уважение к моему мужу, что это почти пугает.

— Генерал Реед вернулся!

Эти слова произносятся с таким благоговением, словно вернулся сам король.

Ронгар отвечает на приветствия, его рука по-прежнему крепко держит мою, будто боится отпустить. Я украдкой наблюдаю за ним, пытаясь понять этот парадокс: «Как может человек, вызывающий такую преданность у своих людей, быть способным на такую жестокость?»

Эта загадка не даёт мне покоя.

Не задерживаясь надолго в кругу воинов, Ронгар ведёт меня к большому шатру.

Внутри просторно и по-военному аскетично: походная кровать, стол с картами, несколько стульев и сундуков.

— Ну наконец-то! А я уже думал попросить Эйнара тебя от жёнушки отлепить, — раздаётся язвительный незнакомый голос.

— Замолчи, — беззлобно отвечает муж. — Познакомься, моя жена Эймилин.

— О-о, мы же знакомы, — растягивает мужчина слова, окидывая меня оценивающим взглядом.

В его голосе слышится едкая ирония.

— Здравствуйте, миссис Реед. Рад вас снова встретить. — с ухмылкой произносит он.

Ронгар мгновенно напрягается, его пальцы почти болезненно сжимают мою руку. Я чувствую, как по его телу проходит волна раздражения.

— Не беси, Дэмиан, — рычит Ронгар. — Лучше скажи, каковы последствия прорыва.

— Ну если ты о прорыве знаешь, то и о его последствиях тоже в курсе, — ухмыляется Дэмиан. — А вообще, нам надо поговорить. Эймилин, вы не против, если я похищу вашего мужа на пару часов?

— Не против, — улыбаюсь я. — Но не более чем на пару часов.

Ведь нельзя терять драгоценное время. Нужно найти эликсирию.

— Я скоро, — говорит мне Ронгар. — Располагайся. На время нахождения в лагере это твой шатёр.

Мужчины уходят, и я остаюсь одна.

Как быстро получится приготовить лекарство? И поможет ли оно? Вроде ничего сложного в рецепте нет, но почему-то волнение пожирает меня изнутри.

Так. Хватит! Я справлюсь! Я должна!

Проходит час-второй моего пребывания в генеральском шатре. Но Ронгара всё ещё нет. Почему так долго? С ним всё хорошо? Я уже вытоптала колею в земляном полу, нарезая круги.

Вымотавшись, я решаю прилечь и не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Затем я слышу это…

От оглушающего рёва я вскакиваю, а надо мной нависает тень.

Глава 39

— Тише, это я. — Ронгар нависает надо мной.

Его массивная фигура отбрасывает тревожную тень в полумраке шатра.

В темноте я плохо вижу очертания его лица, но чувствую исходящую от него волну напряженности. Его плечи напряжены, словно натянутая тетива. Что-то определённо случилось, и это что-то очень серьёзное.

— Что это за гул?

Будто в гонг стучат.

От этого зловещего стука моё сердце замирает, а по спине бегут толпы ледяных мурашек, заставляя содрогнуться всем телом.

— Вторжение, Эйми, — спокойно говорит генерал.

Но в его голосе слышится едва уловимая нотка тревоги.

— Вторжение? На нас напали? — Я сажусь на кровати, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.

— Твари Бездны. Они внезапно оживились, — поясняет муж. — Мне нужно идти к разлому. Ты будешь здесь. В лагере безопасно. Твари сюда не сунутся, да их никто и не пропустит. Так что не волнуйся. Но из шатра не выходи, хорошо?

Киваю, хотя душу пронзают тысячи невидимых иголок. Страх нарастает, подобно приливной волне, и паника ледяными щупальцами сжимает моё сердце.

— И ещё возьми вот это. — Муж вкладывает в мою дрожащую руку какой-то предмет, его пальцы на мгновение задерживаются, словно пытаясь передать частичку тепла и уверенности. — Если случится так, что меня не будет поблизости, а ты будешь в опасности, то каплей своей крови активируй этот артефакт, и тебя перенесёт в безопасное место. Поняла?

— Да, — тихо отвечаю я, стараясь справиться с предательской дрожью в голосе.

Несколько долгих секунд Ронгар всматривается в моё лицо, его глаза светятся необычной смесью беспокойства и решимости. Затем, резко развернувшись, он направляется к выходу.

— Ронгар, — шепчу я.

Муж замирает как вкопанный.

— Будь осторожен.

Как бы я ни злилась на генерала, я не желаю ему смерти. И это не только потому, что только он сможет помочь мне достать элексирию. В груди разливается странное, непривычное чувство тревоги за него.

— Я вернусь, Эйми, — говорит он с неожиданной мягкостью в голосе и уходит, оставляя после себя гнетущую пустоту.

Сон