Измена. Всё, что от нас осталось - Тина Джель

— Ты чего здесь делаешь? — наклоняюсь к ней.

— Кох, ты не понял...меня не бросают...

Начинаю пальцами о дверь барабанить.

— Открывай давай, — говорит с ухмылкой.

Открываю...

Впускаю её в своё холостяцкое жилище, в которое ещё ни одна баба не заходила...

Глава 33

Нинель (Черногория)

Чёртовы булыжники!

Чёртовы косогоры!

И без того тяжёлая коляска-паровозик для двойни, перегруженная сейчас продуктами, становится неприподъёмной и жалобно поскрипывает на каждой выбоине и колдобине, встречающейся на нашем пути.

Полуденное солнце начинает безжалостно припекать. Ноги отекли от длительной прогулки по жаре, а попавший в шлёпку мусор, натёр болючую мозоль.

Крис начинает капризничать, выкручиваться на своём месте, пытаясь вылезти. Не обращаю на него внимания, упорно толкая свой паровоз вперёд.

Коляска влетает колесом в очередную выбоину на тротуаре, чуть накреняясь на один бок.

Чёрт! Ещё этого не хватало. Останавливаюсь. Скидываю с ноги шлёпку. Разглядываю ступню — пузырь лопнул, а у меня даже пластыря нет. Неприятно.

Достаю из сумки бутылочки с водой.

— Потерпи малыш, — первому даю Крису, который весь уже извертелся от усталости и долгого сидения, — он хватается за неё ручками, начинает жадно пить.

Дёмке подкладываю пелёнку под бутылочку — маленький ещё, сам не держит, но зато с ним и мороки меньше — сразу глазки прикрывает, разморившись от жары и долгой прогулки.

Вытираю пот со лба....

На хрен я попёрлась на этот рынок с детьми? Бестолочь...

Правду говорят: «бешеной собаке семь вёрст — не крюк».

Что Алевтина бы умерла без свежих ягод и фруктов?

Но так хотелось сделать приятное к её приезду, что не сдержалась. Или привыкла я так: всем всегда хорошо делать, не обращая внимания на собственные неудобства.

Чуть больше месяца мы здесь, в гостях. Время пролетело незаметно. Нравится всё: и условия и климат. Дом у Арсения большой, всем места хватает. У нас с Дёмкой отдельная комната со своей ванной. Можно было и две комнаты занять, но нам и одной хватает.

На улице есть небольшой бассейн, где мы сейчас проводим большую часть времени. Море, в чуть более ста метрах от дома, но одна я с ними туда не хожу. Не пробраться по галечному пляжу с коляской без помощи посторонних. Няню я так себе и не нашла.

Перелёт, неожиданно, прошёл более-менее нормально, хоть и долгим был. Пришлось лететь через Москву, куда нас Кох доставил собственнолично, чем очень мне помог. Там я уже сдала багаж и передвигалась налегке, только самое необходимое прихватив с собой. Дёмка спал почти весь полёт у меня на руках, соседи были довольны. Я тоже, собственно. Даже отдохнуть немного получилось. А в Тивате нас Арсений встретил на машине, быстро домчал до дома. Тут недалеко.

Кох вёл себя, оставшиеся дни, как всегда — как ни в чём ни бывало. Приходил вечерами с Дёмкой погулять, документами нашими занимался. Разговоров серьёзных я с ним больше не заводила, мыслями уже в поездке вся была. Дел перед длительной поездкой, куча навалилась. Не до разговоров и переживаний. Успеть бы всё переделать. Двигалась по инерции, авось куда-нибудь да выведет кривая. Он тоже на беседах серьёзных не настаивал. Так и простились, оставшись каждый при своём мнении. Может так оно даже и лучше. Развелись, зачем что-то выяснять?

А в Черногории, я как-то сразу мозгами переключилась: дети, солнце, море — всё другое. Люди другие, язык другой. Переживала, когда летела: как я их понимать буду, с моим таксебешным английским? Даже курс английского себе купила. А оказалось, что их английский ещё похуже моего будет у многих. Взрослое же поколение вполне неплохо говорит по- русский, который изучали ещё в школе.

Сосед наш, у которого в ресторане будем праздновать свадьбу дочери, вообще говорит по-русски почти без акцента. У его жены, мама русская — дочь какого-то известного нашего футболиста. Мир до невозможности тесен, знаю об этом, но постоянно этому удивляюсь, когда сталкиваюсь.

Дети у него продукты часто заказывают. Он себе в ресторан закупает и нам с утречка завозит.

Вот что меня дёрнуло, самой потащиться на этот рынок?

Вчера жена его заходила вечерком, спрашивала: не надобно ли тебе чего-нибудь к приезду свекрови?

Нет, мне, конечно, ничего не надо. Я сам с усам!

Злюсь.

В первые дни, когда прилетела, Арсений ещё с нами был, мы посиделки совместные устраивали частенько. То мы к ним, то они к нам. С детьми нашими они вазюкались с удовольствием. Всё ждут, когда сын им внучку привезёт, скучают. Спортсмен он у них какой-то. Редко прилетает родителей навестить, занят сильно.

Я как-то втянулась сразу в эту новую жизнь. Сама от себя такого не ожидала. Пока Арсений с нами жил, мы детей на него оставляли. Ходили с Варварой на пляж вдвоём с утречка, на часок-другой. По магазинам. Да просто погулять выходили вдвоём, поболтать. Он прекрасно с детьми справлялся. Никогда не жаловался.

Да и потом тоже, когда вдвоём с дочерью остались, несложно было вдвоём.

А вот когда Варвара улетела по своим неотложным делам к любимому мужу, оставив на меня своего сына. Вот тогда-то я и познала все прелести многодетного материнства, в полной мере. Лучше уж двойня, ей богу, чем разница в семь месяцев. Один спит, второго развлекать нужно и наоборот. И так бесконечно...

Забираю у детей бутылочки. Дёмка посапывает. Заснул.

Крис плакать начинает, требуя взять его на ручки.

Смотрю на часы: задержались мы, Алевтина с минуты на минуту должна приехать. Не рассчитала я время...и силы.

— Потерпи малыш, уже дома почти, — даю ему игрушку, — он выбрасывает её и заливается громким плачем.

Дёмка заворочался сразу. Не хватало ещё, чтобы его разбудил. Что я тогда с этим хором мальчиков последи улицы делать буду?

Надеваю тапку на ногу, морщусь — больно.

Наваливаюсь всеми силами на ручку коляски, пытаясь вытолкнуть её из колдобины — она дёргается, и... накреняется на один бок. Да что ж такое-то!? — колесо отпрыгивает и катится вниз по тротуару.

Прослеживаю за ним взглядом, поддерживая коляску руками. Подкладываю под коляску тротуарную плитку, валяющуюся рядом, чтобы она у меня не перевернулась.

Что делать?

Крис заходится в истерике. Выгибается весь. Беру его на руки, покачиваю. Успокаивается на руках немного. Смотрю по сторонам — никого.

Бегу за колесом, вместе с ним, не сводя глаз с коляски.

Вот угораздило же меня так влипнуть...

Усаживаю Криса на место, вернувшись, сунув ему в руки пакет с абрикосами, которые нам на рынке какой-то мужик презентовал, как самым красивым