О бессмертных тенях - К. М. Моронова

Я никогда не покидала Навасик, так что всё это для меня в новинку. Здесь нет гор. Вижу их где-то далеко, в стороне Баркова, но… здесь странно равнинно, и я не могу отделаться от жуткого предчувствия, которое грызло меня весь день.

Мы не встретили ни одного человека. Ни души за весь этот путь. От этой мысли по спине бежит холодок. Барков же всё еще держит оборону против Фернестии, правда? Они во всём разберутся… Хейра — величайшая нация, нас не могли вот так запросто свергнуть, могли?

Я хмурюсь и потираю плечи, спасаясь от пронизывающего холода. Нам повезло, что в низинах долин еще не выпал снег. Но вдалеке тучи выглядят как синяки, обещая снегопад и резкое падение температуры.

Тень под моей кожей беспокойно ворочается, и я вздрагиваю. Кажется, она чувствует… опасность. Я перевожу взгляд на дорогу, что проходит метрах в ста отсюда. Мы ехали вдоль неё, но держались на расстоянии на случай патрулей хеирских солдат. Элиас говорил, что не хочет лишних убийств, но я ему не верю.

Грузовик военного образца катит по дороге, и моё сердце пропускает удар. Я не знаю, что делать. Здравый смысл велит бежать к машине — скорее всего, это солдаты Хейры, которые могли бы меня спасти, — но я почему-то не хочу расставаться с Элиасом. Он знает, где найти Эдгара, и понимает в том существе, что живет в моих венах, куда больше остальных.

Грузовик резко сворачивает с дороги в поле, прямо на меня. Я в ступоре, не зная, что предпринять, и в порыве чисто инстинктивной реакции разворачиваюсь и бегу обратно к Элиасу. Фары приближаются, пока я несусь к зарослям. Элиас вылетает из кустов, его глаза расширяются от шока, когда он видит грузовик у меня за спиной.

Я спотыкаюсь на ровном месте, в небе раздается оглушительный треск, и стена огня рассекает путь Элиаса ко мне, заставляя его остановиться. Я с силой врезаюсь в землю, и в нос бьет запах сырой почвы, когда я перекатываюсь.

Я сажусь и с ужасом смотрю на пламя — как это вообще произошло?

Грузовик останавливается передо мной, двери распахиваются, и шестеро мужчин выпрыгивают наружу, их сапоги ударяются о землю быстрее, чем я успеваю встать. Они окружают меня, и мои глаза расширяются, когда я понимаю, что это вовсе не хеирские солдаты. Их тактическая экипировка похожа на ту, что у Элиаса, а символ двух спина к спине обращенных полумесяцев — это четкий знак жаждущей крови нации.

Они фернестийцы.

Моё сердце уходит в пятки, я впиваюсь пальцами в землю, чувствуя, как страх проникает до самого костного мозга. Элиас кричит что-то из-за десятифутовой стены огня, но я не могу разобрать слов из-за треска пламени.

— Смотрите, девчонка! — один из них смеется и возбужденно толкает локтем товарища. Кровь стынет в жилах, я готовлюсь драться до последнего вздоха.

— Дай сначала просканирую её — посмотрим, стоит ли она хоть чего-то для доктора Кейна, — бормочет предводитель, подходя ко мне.

Солдат наклоняется и крепко хватает меня за шею, легко приподнимая за горло. У меня мгновенно кружится голова. Я не могу даже вдохнуть, пока он не спеша достает какое-то устройство, чтобы просканировать меня.

Он подносит его к моим глазам, прибор издает несколько пикающих звуков. Глаза солдата расширяются, когда он смотрит на экран.

— Охренеть… это «Нова», — бормочет он, и его карие глаза встречаются с моими, прежде чем он бросает меня, и я падаю на задницу.

Товарищ за его спиной смеется:

— Мне послышалось, или ты сказал, что она «Нова»?

— Я сказал то, что сказал, — отрезает солдат, не сводя с меня глаз. В его взгляде мелькает тьма, отчего по рукам бегут мурашки. Я хочу вскочить и бежать, но ноги не слушаются. Элиаса больше не слышно, тело охватил полнейший шок.

— Да быть того не может, сканируй еще раз, — бормочет другой, протягивая свой прибор. Солдат наклоняется, хватает меня за подбородок и поворачивает голову, чтобы просканировать область за ухом. Снова раздаются те же сигналы, все шестеро склоняются над устройством, их глаза расширяются, а затем они нервно переглядываются.

— Дерьмо. Нужно доставить её в Алкроуз немедленно. Никаких остановок, кроме как на заправку. Живо! — орет солдат с ореховыми глазами.

Двое его головорезов хватают меня и тащат к грузовику. Я пытаюсь оглянуться в поисках Элиаса. Не знаю, почему чувствую себя в большей безопасности рядом с ним — в конце концов, они все фернестийцы, — но я не хочу быть вдали от него.

Я притворяюсь покорной, пока мы не доходим до дверцы грузовика, и их хватка ослабевает, когда они тянутся, чтобы открыть её. Я вырываю руки и срываюсь на бег по полю, сердце бешено колотится в ребрах. Холодный воздух обжигает легкие и сушит глаза.

В горле застревает крик, который я отказываюсь выпустить, но когда один из солдат с размаху сбивает меня с ног, боль поглощает всё, и я кричу. Рёбра проваливаются внутрь, ключица ломается с сухим хрустом. Отвратительный звук ломающихся внутри меня костей отдается в голове, накатывает тошнота. Металлический привкус крови наполняет рот, я исхожусь в кашле, и каждый вдох бьет по нервам острее прежнего.

Солдат ругается, поднимая и закидывая меня на плечо, и тащит моё сломанное тело обратно к грузовику. Мне остается только смотреть, как капли крови и слёз стекают с носа. Кольцо огня вокруг нас по-прежнему яростно пылает на фоне холодного воздуха, но Элиаса нигде не видно. Наверное, он там, сражается с ними прямо сейчас.

Мужчина запихивает меня в грузовик, не обращая ни малейшего внимания на мои переломы, и я вскрикиваю. Я знаю, что они скоро срастутся, но боги, как же адски больно.

Один из солдат сажает меня к себе на колени и прижимает к груди. Они все ржут, как кучка придурков. Жаль, что я не восприняла всерьез все эти наставления Элиаса о том, что надо быть «жестче», которые он пытался в меня вбить.

В кабине темно, воздух пропитан их мускусным запахом. Элиаса среди них нет. Я выдыхаю с облегчением — он не участвует в этом зверстве. Я знаю, что он по-своему порочен, но что-то внутри меня хочет верить, что он бы так не поступил.

— Дентон, погаси огонь.

Тот, кого я сочла Дентоном, поднимает руку, и пламя мгновенно гаснет. У меня глаза на лоб лезут от того, что я вижу.

Магия? Я думала, это миф… Мои