Темный Владыка - Анна Синнер

Как же вкусно, - жена принца Сой’ле блаженно зажмурилась, отправив в рот очередной кусок моркови, запеченной с медом, которую он приготовил своими руками. Слуги-то отбыли в Эле’рик. - Я бы съела весь поднос!

- Благодарю, - Дагон улыбнулся.

Обращать ее внимание на то, что она, собственно, и сточила полведра моркови, он не стал. На металлическом блюде лежали три ломтика, доесть которые ей не позволила совесть. Принц Сой’ле налегал на картофель с лесными грибами, отец уплетал за обе щеки рыбу, Амаль же соблазнилась салатом с маленькими помидорами, которые росли в теплицах при дворце, а Санта пропустила основные блюда и предпочла десерт. К моркови никто и не притрагивался. Страж, бледный как смерть, ограничился крепким кофе с парой капель эликсира, что прописал ему целитель Брешэ, Стоун устроился в кресле у окна и листал пятый за вечер талмуд по истории мрака, попивая дорогущий бренди из его запасов, Дагону же кусок в горло не лез.

Трапеза, что неожиданно, получилась уютной и домашней. Но без язвительных комментариев вампирши и ее броских модных нарядов… Все меркло. За пятнадцать лет он привык, что портить ему аппетит - святая обязанность Констанции Эн’дэйре. А оказалось, что без нее никакого аппетита у него не было и в помине.

- Кто-нибудь видел Констанцию?

Волнение в голосе он постарался скрыть, но Амаль его прочла, как открытую книгу:

- А сказал, она бес в юбке. На лбу написано, что у вас любовь!

- Амаль! - Хинтара воззвала к совести его дочурки. - Давай мы не будем лезть в чужие дела! Констанция у себя. Была. Когда я спускалась к ужину.

Аппетитную фигуру падшей богини платье из гардероба вампирши делало еще краше. Как родился принц Сой’ле с золотой ложкой во рту, так и жил. Мало того, что он погиб, но в сады Накиры его не пустили, ему еще и в жены досталось божество. И это в восемнадцать лет! В его годы Дагон отчаянно сражался за место под солнцем и пытался удержать в своих руках клан Айрэ. Одним все - другим ничего. Венец, ради которого он столько пахал, наверняка получит мальчишка. Просто потому, что он дракон. Впрочем… Лучше уж Сой’ле, чем Сэльма Сархан и ее братец, у которых откровенно съехала крыша.

- Пойду посмотрю, что стряслось, - Дагон отодвинул нетронутую тарелку и встал, мысленно умоляя Амаль воздержаться от дальнейших рассуждений на тему его отношений с Эн’дэйре.

От Габи ей достались лишь веснушки на носу и волосы. Темно-русые, а не черные. В остальном она была маленьким подобием его отца. Килмар Айрэ наградил внучку глазами уникального графитового цвета и потрясающей беспардонностью. Язык за зубами эти двое держать не умели. Благо, на этот раз Амаль промолчала и продолжила жевать салат.

Покои Констанции располагались на втором этаже его дворца. По соседству с ней жил и Дагон. Она к нему всегда входила без стука, он отвечал ей тем же.

Спальня вампирши была пуста. Он заглянул в гардероб, где висели ее бесчисленные наряды, но и там никого не нашел. Собирался выйти в коридор и подняться выше, чтобы поискать ее в библиотеке, как из ванной внезапно раздался горестный всхлип. Дверь он чуть не выдрал с корнем:

- Эн’дэйре! Какого… Ты чего рыдаешь?

Она сидела на полу в душевой. Правда, воду включить Констанция забыла. Да и раздеться