Мой командор - Татьяна Гончарова

меня, не трогает больше, просто стоит рядом, прожигая льдистым взглядом. Меня хватает только на то, чтобы в полном оцепенении смотреть в его ставшее совершенно каменным лицо, запрокинув голову.

И он смотрит в мои глаза пристально, сверху вниз, так холодно, аж дрожь пробирает.

— Кристан, я не знаю, что на это сказать, — осторожно отвечаю я.

— Повтори, что тебе никто не нужен. Никто, кроме меня. А я послушаю твой ответ.

Я ошеломлённо распахиваю глаза, чувствуя, как пси Кристана сминает моё, и взгляд его не упускает ни малейшей моей эмоции.

Так вот как он собирается меня слушать сейчас… Он и не скрывает, наоборот, показывает мне. Отчётливо вижу, что командор сейчас — тончайший, совершеннейший детектор лжи. Он малейшую мою ложь или попытку схитрить увидит и почувствует.

Поэтому говорю прямо, чистую правду, как есть:

— Кристан, я хотела бы никого не хотеть. И никого и не хочу… кроме тебя… — решаюсь, будто без страховки в открытый космос шагаю, признаюсь: — с тобой я бы и на личные отношения решилась. И даже детей бы от тебя родила. Жаль, что это невозможно. Поэтому давай просто начнём этот сеанс, чтоб его!

Он каменеет, стискивает моё лицо ладонями, жадно всматриваясь в моё лицо, а я продолжаю в сердцах:

— Кристан, я же понимаю, что ты сейчас со мной из-за пси-сцепки! Её снимут, ты больше не захочешь меня, это нормально. У меня только одна просьба к тебе. Избавь меня, пожалуйста, от поползновений своих людей. Даже когда я перестану быть твоей любовницей. Мне плевать, принцы они, или ещё кто. Просто пусть не трогают меня! Может у вас есть для этого особая обёртка? Для тех, кто точно не конфетки?!

Кажется, я срываюсь на крик.

— Ты не любовница, — вдруг как-то весь выдыхает он. — Ты любимая.

У меня натурально уходит почва из-под ног. Командор Хэлтор? Говорит такое… мне?!

— Я люблю тебя, Мила, — добивает меня Кристан. — Предлагаю тебе официальные личные отношения. Со мной.

Смотрю на него ошарашенно. Кристан же полностью серьёзен. Легко проводит пальцами по моим щекам и отводит пряди волос от моего лица.

Не верю… Любит? Официальные отношения? Этого просто не может быть…

— А как же пси-сцепка… — тихо говорю я. — Может, ты чувствуешь это из-за неё.

— Я почувствовал, что ты моя, ещё до пси-сцепки. Когда её уберём, ничего не изменится. Другое дело, если тебе совсем никто не нужен, даже я. Тогда я буду выстраивать линию своего поведения иначе. Что ты чувствуешь ко мне, Мила?

И снова, весь Кристан — идеальный детектор лжи.

Но мне нечего скрывать от него. От его прямоты мне наконец-то легчает. И в глубине груди, разрастается тёплое уютное чувство. Ведь я тоже его правдивость чувствую всей кожей.

Он не обманывает меня… Он не лжёт… Как же сложно это принять!

Командор ждёт ответа. Надо отвечать.

— Что я чувствую к тебе, Кристан? Хорошо. Я скажу, что чувствую, — горько усмехаюсь я и прямо встречаю его вспыхнувший взгляд. — Совершенно определённо, я влюбляюсь в тебя всё больше и больше. Меня это очень пугает. Я не знаю, что с этим делать.

Наверное, я поступаю совсем-совсем неправильно, но я продолжаю говорить, как есть.

— Кристан… мне правда никто не нужен. Кроме тебя. Я хотела бы ничего к тебе не чувствовать. Но… Ты мне нужен. Я боюсь, что это из-за пси-связки. И очень страшусь невзаимности. Безответного чувства. Последствий того, что откроюсь и доверюсь.

Его пси закручивается вокруг моего, вплетается в моё, пытаясь выискать хоть малейшую крупицу лжи или уловки. Но не получается. И не получится. Потому что нет в моих словах лжи. Это чистая правда.

— Наши чувства не имеют ни малейшего отношения к пси-сцепке, — убеждённо произносит он и добавляет: — Веришь мне?

Набираю воздуха поглубже и решаюсь довериться ему до конца.

— Верю, Кристан. Если ты говоришь, что не из-за сцепки…

Его губы приближаются медленно.

Я прерывисто вздыхаю и инстинктивно отстраняюсь, ведь мой страх перед ним всё равно никуда не делся.

Тут же жалею о такой моей реакции, пугаюсь, что он разозлится ещё сильнее.

Кристан же закрывает глаза, глубоко вдыхает и протяжно выдыхает. Расслабляет плечи. Снова смотрит в глаза. Берёт мои руки и прижимает ладонями к своей широкой груди.

— Не надо меня бояться, — шепчет он, опуская взгляд на мои губы. — Никогда не наврежу тебе.

Обнимает, осторожно гладит меня по спине. Снова наклоняется, приближается губами к моим губам. На этот раз не отстраняюсь, убеждая себя, что это мой командор. Мой Кристан.

Позволяю ему коснуться губами моих губ.

— Я тебя давно искал, моё сокровище, — шепчет он, трогая легчайшими поцелуями мои неподвижные губы. — И теперь не упущу. И никому больше не позволю к тебе прикоснуться. Ты моя. Только моя.

Глава 34. Позволить

Мои губы начинают дрожать, раскрываются навстречу ему, и он медленно накрывает их своими твёрдыми губами. Уверенно проникает языком в глубину, неторопливо ласкает внутри. Гладит мою спину, погружается руками в волосы.

От его неспешного поцелуя, я, наконец, расслабляюсь, подаюсь ему навстречу. И… наконец-то сбрасываю напряжение, робко отвечаю на поцелуй, ещё не веря до конца, что это происходит на самом деле…

Командор Хэлтор признался мне в любви, предложил официальные отношения… И теперь он целует меня, как любимую женщину, и это взрывает мозг, разрывает меня на части.

Весь мой привычный мир рушится, трещит по швам. Новая реальность стремительно и беспощадно захватывает моё сознание, неуспевающее за фундаментальными переменами.

Как же мне принять это всё, как привыкнуть?

Делаю то, что всегда спасало меня во всех критических ситуациях. Принимаю происходящее. Разрешаю себе быть. Позволяю этому просто происходить.

Открываюсь его поцелую, отвечаю смелее и чувствую его улыбку на моих губах.

Его объятия становятся ещё бережнее. Движения его умелых губ и напористого языка замедляются. Кристан держит меня в руках как величайшую драгоценность, хрупкое сокровище, ласкает, пробует меня, смакует каждое мгновение поцелуя.

И это действует на меня, расслабляюсь всё больше, отпускаю себя. Как же хорошо с ним…

Даже нарастающее влияние пси-сцепки не мешает. Желание соединиться телами натягивает пси-потоки, но оно воспринимается фоном. Гораздо важнее то, что мы чувствуем. Единение, которое гораздо больше, чем физическое влечение.

Теперь понимаю Кристана. Да, он прав. Теперь, когда под давлением пси-сцепки мы не торопимся, я