Доктор-пышка. Куплена драконом - Лина Калина

без страха и упрёка. Судя по уверенности — уже примеряет на себя роль моего мужа. Я уже собираюсь зевнуть от этой внезапной галантности, когда поворачиваюсь и замечаю темноволосую девушку с девочкой лет пяти. На миг мне кажется, что передо мной невеста Арена.

— Мелия? — зову, уже делая шаг вперёд.

Девушка с ребёнком спешит, люди проходят между нами, будто нарочно. Я ускоряюсь, стараясь не потерять их из виду.

— Мелия! — кричу громче.

На рынке шумно. Девочка тянет за руку невесту Арена, что-то говорит, и та склоняется к ней, не оборачиваясь. Я различаю только тёмную косу и знакомый силуэт, который то появляется, то исчезает за спинами прохожих.

— Софа! — Тан спешит за мной.

Я не отвечаю. Протискиваюсь между корзин с травами, цепляюсь юбкой за край прилавка, извиняюсь на ходу и снова вижу их — уже у дороги к площади.

— Мелия, подожди! — мой голос срывается.

Девушка на мгновение замедляет шаг. Мне кажется, она сейчас обернётся. Но между нами вдруг проходят тележки с мешками муки. Я задерживаюсь лишь на секунду, пропуская их, и, шагнув вперёд, понимаю: впереди уже никого.

— Софа, — Тан тянет меня за рукав.

— Слушай, а откуда здесь невеста Арена? Ой… жена...

За эти полгода рыжий зайчик наконец-то собрался с духом и сделал Мелии предложение. На свадьбу меня позвали, но приехать я не смогла. В это время неподалёку от Риноса вспыхнула крупная стычка между городской стражей и бандитами. Пострадавших оказалось много, и кому-то пришлось остаться.

Кому-то — мне. Потому что встречаться с Дарахом я не хотела.

— Я никого не видел, — пожимает плечами Тан. — Вот.

Он протягивает мне оранжевую настойку.

— Чёрт-те что, — бормочу я себе под нос, принимая средство. — Не могло же мне это показаться.

Мы идём дальше молча. Рынок остаётся позади, шум постепенно стихает, улицы сужаются. Здесь стоят маленькие домики, прижавшиеся друг к другу, с кривыми заборами. Наши дома с Таном — рядом, почти вплотную.

— Ладно, — он останавливается у своей калитки. — Я иду спать. Постарайся хотя бы часов пять никуда не вляпаться. Потом зайду.

Я фыркаю.

— Я не маленькая, Мирен.

— Да-да. Раньше я думал: проблема только в твоей магии, а потом понял, что вокруг тебя в принципе что-то постоянно происходит, — хмыкает Тан и исчезает у себя во дворе.

Я остаюсь одна.

Мой дом всего в нескольких шагах. Небольшой дворик, ограждённый грязно-голубым забором, за которым давно вьётся какая-то неприхотливая дрянь. Притом что воды здесь вечно не хватает, она разрослась на удивление пышно и даже радует глаз сочной зеленью. Листья плотные, побеги переплетаются так, что двор почти не видно с улицы. Всё собираюсь её вычистить, но руки не доходят.

Открываю калитку и вхожу. Дневной свет едва пробивается сквозь листву, ложится на камни неровными пятнами. Я делаю пару шагов и вдруг замираю.

— Ты долго, — раздаётся голос из глубины двора.

Я вздрагиваю, не веря своим глазам. Дарах стоит у стены дома; вьющаяся гадость наполовину скрывает его, словно он нарочно выбрал место, где его не видно с улицы. Руки сложены на груди, поза расслабленная, будто он пришёл не ждать, а просто зашёл в гости.

— Вы что здесь делаете? — холодно спрашиваю я.

— Жду тебя, — отвечает он спокойно. — Нам нужно поговорить.

Я сжимаю пузырёк с оранжевой настойкой.

— Я не приглашала.

— Знаю.

Вот уж действительно. Хотела просто выспаться и протереть пыль.

53

Знает он. Я жадно рассматриваю мужчину, который мне так часто снится, что порой проще выпросить лишние дежурства, лишь бы валиться от усталости и не думать о нём. Мой взгляд скользит по золотистым волосам, задерживается на упрямо сжатых губах. Потом я позволяю себе ещё одно предательство: мазнуть взглядом по широким плечам и его груди, к которой тянет, как к огню.

Стоит заговорить, стоит мне поднять взгляд, и он всё поймёт. Поэтому я медлю, наслаждаясь украденными секундами, пока ещё можно притворяться, что мне всё равно.

Я всё же заставляю себя сказать.

— Выход там, Дарах.

Не глядя махаю рукой за спину — пусть сам разбирается, где у меня калитка. Прохожу мимо, прижимая пузырёк к груди. Несмотря на чувства, говорить нам всё равно не о чем. Люди, да и драконы тоже, не меняются вот так быстро.

— Софарина, — раздается за моей спиной.

Я не останавливаюсь. Хлопаю дверью перед его носом, поворачиваю ключ в замке. Не в окно же он полезет. Ставлю флакон на кухонный стол, и, на всякий случай, задвигаю шторы — в доме сразу становится темнее.

Немного постояв, я возвращаюсь и прислоняюсь к двери. Несколько секунд просто стою, прислушиваясь. Шагов за порогом не слышно. Когда я уехала из вольного города Аль’Касин, которым правил Дарах, не прошло и недели, как от него пришло письмо. Сначала мне очень хотелось его прочитать и даже ответить. Два дня оно лежало на моём столе, прежде чем я уговорила себя вернуть его обратно.

Как бы это глупо ни звучало, я не верю. Дарах не рыцарь и никогда им не будет. Ну, неделю он будет спрашивать моё мнение, изображать другого, а через месяц снова закроет меня где-нибудь в подвале ради моего же блага.

Дарах писал часто. Я скрипела зубами и отправляла письма обратно, вместе с милыми посылочками со сладостями. Упрямства ему не занимать. Теперь он приехал сам.

Как некстати...

Интересно, как себя чувствует Энари? Могла ли та девочка, шедшая с Мелией за руку на рынке, быть дочерью Дараха? Тогда она и правда хорошо восстановилась.

Я стаскиваю с себя плащ и вешаю его на крючок у двери. Пальцы дрожат. Эта дрожь бесит меня сильнее, чем сам Дарах. По-хорошему надо поговорить с ним. Просто сказать: я приняла кольцо Тана Мирена и собираюсь за него замуж. Чётко, без оправданий и лишних подробностей. Чтобы стало ясно раз и навсегда.

— Рина… открой, — раздаётся мягкий голос Дараха за дверью.

Я вздрагиваю. Он никогда меня так не называл. Так нечестно! Я только настроилась на серьёзный разговор, а он уже пошёл с козырей.

— Выслушай меня. Пожалуйста. — Снова стук.

Все. Не пойду. Делаю вид, что меня нет. Это ненормально, я понимаю, но… я не хочу говорить. И замуж за Мирена я тоже не хочу.

Я