Свет в тёмной башне (омнибус) - Марина Ефиминюк

— Госпожа Чейс? — удивилась я, увидев мачеху Алекса на аккуратно вычищенном диване мадам Прудо.

— Надеюсь, ты не против, что я заглянула в гости? — улыбнулась она одними губами. — Ваша кухарка варит чудесный кофе.

Я была категорически против, но Ирэна, дыша тяжелым ароматом «зрелого» благовония, уже перекрыла новым экипажем ворота особняка. Выгнать ее с порога, даже не дав выпить чашку кофе, было бы невежливо, хотя желание возникало.

— Я полагала, вы уже уехали в столицу, — призналась я, присаживаясь рядом с бывшей балетной примой.

— Мы хотели, но пришлось разбираться с семейными делами, поэтому отложили отъезд на завтра, — ответила она. — Ты же знаешь, что Алекс ушел из дома?

От удивления меня подвела выдержка. Наверное, на лице промелькнула такая гамма чувств, что Ирэна рассмеялась, прикрыв пальчиками накрашенные кармином губы.

— Господи, ты действительно не в курсе! — восхищенно резюмировала она, отставляя чашку с ярким помадным отпечатком на фарфоровом крае. — Александр решил, что достаточно повзрослел, чтобы жить отдельно, и вчера переехал в общежитие Ос-Арэта.

— И вы хотите, чтобы я убедила его вернуться в семью? — вырвалось у меня.

— Ни в коем случае! — помахала рукой Ирэна. — Девочки не должны вмешиваться в мужские дела. Просто окажи мне крошечную услугу…

Она вытащила из ридикюля квадратную шкатулку с магическим замком, который отпирался отпечатком пальца владельца.

— Это ключ от его личного хранилища в монетном дворе и семейная печать, — пояснила Ирэна. — Энтон решил лишить Алекса поддержки, но ведь мы должны взращивать в мужчине желание вести самостоятельную жизнь, скажи?

Проще говоря, она втихую отдала пасынку деньги, чтобы он не думал возвращаться домой. Мачеху можно было понять: с Чейсом-старшим они поженились, когда в Алексе буйным цветом расцвели юношеский максимализм и сволочизм. Впервые за последние десять лет он предпринял попытку выйти из этого чудесного состояния, как не поддержать?

— Передашь? — Она заглянула мне в глаза.

— Хорошо, — согласилась я, сгребая шкатулку со столика. — Но договоримся, что эта услуга будет последней. Пожалуйста, больше не беспокойте меня просьбами, которые касаются Александра. Мы разрываем помолвку, и я не хочу общаться с ним без крайней необходимости.

— Между тем завязанная им обручальная нить все еще светится на твоем запястье, — с язвительной улыбкой напомнила Ирэна.

— Это временное неудобство, — сухо отозвалась я. — И кое-что еще. Никогда, ни при каких обстоятельствах ничего мне не дарите.

Она усмехнулась и, подхватив ридикюль, поднялась с дивана, аккуратно разгладила юбку. Высокая и худощавая, она смотрела сверху вниз. Надеюсь, не ждала, что я брошусь провожать ее. Могу, конечно, но не уверена, что не устрою сеанс экзорцизма и не столкну эту нечисть с крыльца, стараясь поскорее очистить дом.

— Не надо злиться на меня, Шарлотта. — Рука с длинными алыми ногтями аккуратно убрала идеально ровную прядь моих волос, выбившуюся из-за уха. — Странно обижаться на гонца, принесшего дурные вести.

— Да, но я не просила о них!

— Незнание, милая, никогда не изменит того факта, что он виновен. Его магия запятнана, фамилии нанесен неизмеримый ущерб. Девушкам из высшего общества Шай-Эра следует быть очень, очень осторожными в выборе романтических увлечений. Стоит смириться, перешагнуть и жить дальше. Долго и счастливо, как ты и хочешь. Согласна? — Она потрепала меня по щеке, как малого ребенка, притом довольно больно, и опустила руку. — Тебе идет новая укладка. С локонами ты напоминала мать.

На следующий день во время длинного перерыва я отправилась в корпус к высшим магам. Думала быстренько отдать шкатулку и пообедать с Зои, но, поднимаясь по лестнице к учебным аудиториям, осознала, что не знаю расписания Алекса. Впервые с момента поступления.

— Проклятые Чейсы! Умеете же вы достать хороших людей!

Бормоча под нос ругательства, я повернула обратно и спустилась в холл к информационному столу, представляющему собой подвешенную с помощью магии мраморную столешницу. Пришлось дождаться своей очереди, чтобы проверить расписание на запятнанной многочисленными следами пальцев гладкой поверхности. У выпускного курса весь день шла самостоятельная подготовка к дипломной работе. Алекс никогда подобными вещами не пренебрегал. Несмотря на отвратительный характер и манеры пещерного человека, учился он блестяще.

— Чудесно, — пробормотала я, понимая, что вынуждена вернуться обратно в главный корпус.

Дверь в читальный зал, просторное двухъярусное помещение с витражным куполом, открылась с леденящим кровь скрипом, как в детских книгах-страшилках, где каждый описанный в тексте звук по ходу чтения претворялся в жизнь. Душераздирающий дверной стон заставил всех окрестных студентов, обложенных гримуарами, повернуться в мою сторону.

Оказавшись под прицелом неодобрительных взглядов, я замерла на пороге и не придумала ничего получше, как с надменным видом поздороваться:

— Добрый день.

От громкого приветствия внутри храма знаний смотритель подавился чайком. Пока он пытался беззвучно кашлять, я направилась в соседний зал, где предпочитал заниматься Алекс. Тут-то и выяснилось, что в гробовой тишине каблуки стучат так, словно кто-то специально забивает в паркет гвозди.

Полагаю, меня не выставили с позором только из-за Чейса-младшего… Или же парням понравился мой зад, обтянутый узкими портками. За торжественным проходом не наблюдали только спящие, а их было немного. Ленивых, как и сильно увлеченных заклятиями высшей магии, в храме знаний вообще не обнаружилось, все зубрилы тоже едва не свернули шеи.

Когда я встала возле Алекса, он не потрудился оторваться от чтения и сделал вид, будто ничего не замечает вокруг. Бывшей невесты, торчащей перед ним, в том числе. В жизни не подумала бы, что теория высшей магии вызывает такой непреодолимый интерес!

Пришлось вытащить из портфеля шкатулку и поставить на раскрытый разворот учебника. Игнорировать меня и дальше стало невозможно. «Его величество» Александр Чейс-младший пожелал оторваться от книги. Взгляд остановился на моих ногах в провокационно узких брюках, плавно переместился к бедрам, едва прикрытым форменным пиджаком, поднялся по заправленной за пояс белой блузке. На линии груди, где следовало скромно потупиться, у Алекса изогнулись брови. Понятия не имею, что его впечатлило, учитывая пышную кружевную манишку. Наконец я имела честь смотреть в нахальные синие глаза.

Некоторое время мы в молчании изучали друг друга. Вид у Чейса-младшего был дурацки-обескураженный. Он словно сначала меня не узнал, потом не очень поверил, а теперь сильно недоумевал, как такая оплошность могла вообще произойти и не случилось ли у него галлюцинации из-за неровного освещения.

— Вчера приезжала Ирэна и просила тебе передать, — кивнула я на шкатулку.

Где-то за моей спиной раздалось сдержанное, но выразительное покашливание смотрителя.

— Поднимемся наверх, — указал Алекс на второй ярус.

В узком проходе между шкафами было глухо, как в норе, и душно. Опершись спиной о книжную полку, я покачала головой:

— Поверить не могу, что