Без шанса на развод - Ая Кучер

class="p1">— Я так рада, — Регина хлопает ресницами, поправляя светлые волосы, собранные в косичку. — Я боялась, что ты не захочешь… Но ты тут. Это… Так важно для меня. Я…

— Прекрати, — прошу я, отчаянно борясь с желанием обхватить себя за плечи. Скрыться. — Я не за этим здесь.

— Не забрать меня? Но… Я думала, что ты уже успокоилась. Сможешь меня выслушать, понять.

— Нет, Реги. Я никогда не успокоюсь и не пойму тебя. Не после того, что ты натворила. Ты хоть осознаёшь, что сделала?

Регина смотрит на меня потерянно. Поджимает губы, которые подрагивают. Тёмные глаза светлеют из-за накативших слёз.

Сердце сжимается, по привычке. Но я не позволяю взять эмоциям вверх, оттесняю их за свою броню.

Передо мной сейчас не моя дочь. Не моя малышка, которая жалась и рассказывала все секреты.

Сейчас… Это чужая, незнакомая девушка. С попытками играть обиженную и задетую невинность.

От неё веет холодом, до костей пробирает.

Я корю себя. Что где-то недоглядела, поступила неправильно. Ошиблась на каком-то моменте.

То ли потому что отпустила учиться заграницу. То ли потому что баловала слишком.

Мне хотелось дать детям всё, что можно. Исполнять их желания, помогать во всём. Создать трамплин во взрослую жизнь, чтобы они справились лучше меня.

Может, перестаралась. Но…

У меня есть Давид, который вырос замечательным и ответственным, хоть и шалопай иногда.

А есть Регина…

И это рушит любую статистику моей материнской состоятельности.

— Я же говорила, — всхлипывает Регина. — Он меня…

— Тогда чем он тебя шантажирует? Озвучь конкретно, Реги.

— Я… В общем, у меня был друг. И он попросил кое-что принести ему. Незаконные препараты, ну, — взмахивает рукой, намекая. — А там была полиция и проверки… И если бы не Лев, то…

— А как это вяжется с тем, в каком ты состоянии была?

— Это была вечеринка. И, ну… Ты поняла. И я была не в себе, иначе никогда бы на такое не согласилась. Ты же меня знаешь, мам!

Знаю. Единственное, что я сейчас знаю — это не моя дочь.

И не потому, что видеть её блондинкой непривычно до дрожи. И не из-за поступков, хотя это отдельная песня.

Просто моя дочь не могла так врать. Ловко, жестоко, змеёй выкручиваясь из любой ситуации.

Реги я знала. Для неё я бы всё сделала. А даже убей она случайно, нашла бы лучшего адвоката. И луну поближе к Земле притянула. Всё-всё.

А эту чужую продуманную Регину — нет, не знаю. И узнавать не хочу.

Не уверена. В словах или тоне ловлю лукавство, или просто смотрю без призмы материнской любви. Но…

Но меня отпускает. В момент. Как по щелчку рычажка переключает все чувства. Отсекает.

— И сумку ты тоже по делу украла, — изгибаю я бровь.

— Ты… Ты знаешь? — Регина испуганно смотрит на меня. — Я не… Это не…

— Твои подельники уже в участке. А тебя пригласят очень скоро.

— Но я лишь… Почему? Это просто сумка. Я лишь хотела доказать, что беременна от Льва. Что он меня заставил…

— Это две разные вещи. Докажи одну, вторую… Мне всё равно, Регина. Я скажу лишь раз. Ты держишься подальше от меня и моей семьи. Со Львом разбирайтесь сами. Но к Максиму или Дане ты не приближаешься. Иначе будут последствия.

— Мам, как ты можешь…

— Живи, как считаешь нужным. Вешай отцовство на Льва, сама воспитывай… Но ко мне за помощью не обращайся.

— Мамочка…

— Я не буду слушать ложь. И помогать тебе тоже. Думаю, Дава передаст тебе вещи, но… Дальше разбирайся сама. Ты меня услышала? Иначе дело о сумке покажется тебе мечтой.

Регина отшатывается. Роняет спортивную сумку на пол. Словно не ожидала подобного от меня.

Я тоже. Но слова срываются с губ легко. И с каждой фразой мне становится всё легче. Медленно сбрасываю булыжники с плеч, дышать проще.

Я не слушаю ни криков Регины, ни её просьб. Я только что поставила точку во всём.

Выхожу из больницы спокойной и уверенной. Чувствую, что дальше будет лучше.

Должно было бы быть.

Если бы на парковке не крутился Лев.

Глава 22

— Личное пространство, Дава!

Я прикрикиваю на сына, когда он врывается в мою комнату. Я сама зашла секунд пятнадцать назад, но…

— Стук-стук, — улыбкой извиняется, падая на мою кровать.

— Я так же буду врываться к тебе, — сын не сильно боится угрозы. — Когда ты с гостями будешь.

— Поэтому и я не вожу сюда девочек. А мои друзья тебя обожают.

Давид фыркает, словно его это обижает. У сына несколько друзей в этом городе осталось. Я их ещё мелкими помню.

И да, я была из тех «классных мам», которые не против гостей и толпы у нас дома.

— У тебя всё в порядке? — Давид приподнимается на локтях. — Ну, понимаю, что нет… Но ты сейчас совсем загруженной выглядишь.

Я пожимаю плечами. Я снимаю украшения, потираю запястья. Я была на обеде с Даяной, но это не помогло разгрузиться.

На душе всё равно тяжело после вчерашнего. Когда я с Региной всё решила. И увидела Льва.

Он что-то пытался мне объяснить… Мол, хотел Регину на чистую воду вывести, что-то доказать, поговорить…

Много слов, мало правды.

— Забирай свою любовницу, Каминский, а меня не трогай.

Всё, что я ему сказала. Иначе… Был риск, что я просто брошусь на него. Лицо расцарапаю и не-аристократично попаду в полицейский участок.

— Я в порядке. Просто сложный день.

Вру я сыну. Удивительно, что Регина ему ничего не сообщила. Или они больше не общаются?

— Ты планируешь весь дома проваляться? — уточняю я. — Максим хоть к друзьям ушёл…

— Пытаешься избавиться от нас? — ехидничает сын. — Нет. Я… Меня пиродинамили сегодня. Представляешь?

Этот молодой мужчина — грустную рожицу корчит. Сопит уязвлённо, когда я рядом оказываюсь.

Есть у меня догадка, кто именно отшил моего сына.

— Лера? — угадываю с первого раза.

— Я хотел с ней увидеться. А ей, видите ли, нужно личное пространство. Не лезь, Давид, я подумать хочу. А что тут думать? Я же не замуж зову, а просто погулять!

— Милый, ты сначала усомнился в её верности. Сказал, что она от другого беременна…

— А что? У меня повода не было? Чего она не сразу сказала?

— Был.

Я успокаиваю сына, треплю его по волосам. Меньше всего мне хочется с Давой спорить. Но я мягко подталкиваю его мысли в нужном направлении.

— Ты же когда с ней встречался… Ты не гулял?

— Нет! Чё за вопросы, ма? Зачем мне отношения заводить, чтобы изменять?

— А