Проснулась женой врага - Елена Шторм

Вдруг больше нет сил это терпеть.

- У леди Старии бред, - кидаю.

Шейдран тоже смотрит на меня. Но блондинка тут же цепляется за его рукав:

- Нет… Не оставляй меня, Шейд…

Боги!

Он поднимается, беря её на руки, бережно придерживая златовласую голову. Конечно, он весь сдержанный, решительный, сильный! А у меня вдруг совсем не добрые мысли закрадываются: она вообще так уж тяжело ранена? Разбитая в кровь голова - это всегда ужасно? Или не обязательно?

Из мыслей вырывает вскрик Равены:

- Дочка!.. Свет!

В первые мгновения прибежавшая леди так хватается за собственную голову, что мне даже снова становится больно.

И на меня она не смотрит. Подбегает к Шейдрану, ахает…

Кое-как мы выбираемся из руин, а Старию уносят в шатёр. Шейдран с Равеной остаются внутри, туда же ныряет один из сопровождающих, якобы лекарь.

Они там долго.

Только минут через пятнадцать разгневанная Равена вылетает обратно.

- Ты! - Взгляд у неё ледянее, чем когда-либо. - Ты пыталась убить мою дочь!

Мне внезапно становится тошно.

Я, наверное, должна оправдываться? Как раньше. А мне… не хочется.

Шейдран вылезает следом, мрачный как ночь. Лекарь - последним.

- Пока не ясно, что будет, - объясняет он сочувствующим. - Но леди заснула, ей нужен покой, я настаиваю.

Равена разворачивается ко мне:

- А я требую призвать её к ответу!

- Равена, успокойся, - лицо у Шейдрана какое-то непроницаемое. Взгляд - тёмнее бездны.

- Я говорила, что она опасна!

Вдруг понимаю, что люди вокруг расступились, но всё равно поглядывают на нас. Один из мэтров и пара охранников встали так, будто… собираются ловить меня, если я побегу?

Меня правда могут схватить?!

Паника бьёт в грудь и наконец выдёргивает из глухой отрешённости.

- Ты же понимаешь, что она врёт, Шейдран? Она служит твоему дяде! А он рассорил нас с тобой, чтобы укрепить своё влияние. И хочет рассорить ещё. Лишить тебя всех союзников, которые могли бы помочь вернуть власть. Ты много знаешь о делах своей жены? Что будет, если обыскать сейчас её комнату, её вещи?

Я вдруг вспоминаю флакон с зельем от беременности. Я спрятала его, конечно, но не очень хорошо! И действительно, что Шейдран подумает, если увидит его, без объяснений?

Может, что-то мелькает на моём лице. Потому что он смотрит на меня пристально, совершенно нечитаемо:

- Скажешь что-нибудь?

- Не хочу тратить слов попусту! - зеркалю фразу, которую он сам бросил мне в самом начале.

Я так много оправдывалась! Что вдруг понимаю…

Слова в этом кошмарном высшем свете, в который меня затащили, стоят меньше, чем листва под ногами.

Но это не значит, что я хочу лечь и позволить пинать себя. Нет, это тоже надоело!

Я не знаю, как драться с теми, кто гораздо влиятельнее меня, богаче, лучше в магии. Как огрызаться, когда их много, а я одна! Но я должна что-нибудь придумать.

Как доказать свою невиновность?

Они говорят, что я не справилась с менгиром. Но я справилась! Что-то изменилось в моей магии - после того, как я провалилась в видения, я чувствую.

Можно было бы оживить зубец снова. Показать, что я не теряла контроль.

Но это “доказательство” легко оспорить, Равена наверняка знает, как вывернуть всё, что связано с магией, в свою пользу!

Взгляд бесцельно скользит по шатрам и траве. По руинам. И вдруг… останавливается на кустах с красной ягодой, которые и тут оплетают ближайшую стену.

Внутри всё замирает.

Нет. Бред.

Но Стария - от неё не пахло кровью.

Я же всю дорогу думала, что чёрная леди собирается от меня избавиться! Даже Шейдрана позвала из-за этого! И вот: обвинения, одно безумнее другого. Теперь я почти убийца, и муж, который должен был меня защитить, сейчас меня и приговорит!

Стария быстро пришла в себя.

Лекарь оказался “своим” и настаивает, чтобы её не трогали.

Я жестока, если думаю такое о, возможно, тяжело раненой девушке? Но всё слишком легко сходится!

- Я требую… нет, запретить ей занятия мало, - шипит Равена, шагая на меня. - Я требую заключить её под стражу!

33

Шейдран

Равена сходит с ума. Её крик звенит в ушах, отдаётся внутри:

- Ты пыталась убить мою дочь!

Понимаю, что надо её остановить. Но, увы, не понимаю, как.

Всё паршиво до зубовного скрежета.

- Она служит твоему дяде! - разворачивается Равена ко мне. - А он хочет лишить тебя всех союзников, которые могли бы помочь вернуть власть!

Да, в основном про союзников я и думаю.

Попытка умышленно навредить Старии - это, Тьма, обвинение серьёзней некуда. А уж если прибавить службу Прайдену…

Как на такое отреагировали бы восточные лорды?

- Ты правда требуешь отдать под стражу мою жену? - рычу наконец, ещё пытаясь вернуть всё в удобоваримое русло.

- За дело, Шейдран! И ты… должен согласиться, что это лучший вариант!

Наверное, понять её можно. Она - мать, защищающая дочь. И всё же, я не понимаю самого себя сейчас!..

Смотрю на Землянику. Та бледная и выглядит такой одинокой в кольце людей, что хочется прикрыть! Утащить куда-нибудь. Только магия облаком сияет вокруг, выделяя её даже рядом с мэтрами.

Я сам подозревал её во всём подряд.

Но говорить, что она пыталась кого-то убить? Нет, это уже бред.

Меня внезапно… раздражает Равена.

Кажется, что она переигрывает. Что пользуется ситуацией и пытается прижать меня, показать свою власть! Хотя за моей спиной, в шатре лежит девушка, на которой я хотел жениться. В крови… В отличие от многих вокруг, Стария и Равена - “свои”, я не должен их предавать.

Но меня прожигает!

Я и правда завишу от них. Хочу вернуть наш союз. А если, Тьма, я пошлю Равену в такой ситуации - кто вообще с востока пойдёт за мной? Останусь один против Прайдена, легче сразу сдаться!

И что делать?

Смотрю на девчонку уже пару минут, не отрываясь - и она наконец не выдерживает, дёргает плечами.

- Отойдём? - рычу, не подумав толком.

- Да!

Просто хватаю её за руку и веду прочь, плюя на всех.

Идёт Пятнышко, правда, как-то странно.

- За стену. Мне надо скрыться из виду.

- Чтобы бежать в поле и зарыться в нору? Не дури, говори здесь.

Вместо слов она всё же ныряет в какое-то