Жестокий наследник - Сиенна Кросс

Затем, мягче. Совсем чуть-чуть.

— Но для тех из вас, кто поддерживал жизнь в этом месте в мое отсутствие, кто остался верен мне, я вижу. Я не забыл. И я позабочусь о том, чтобы вы были вознаграждены.

Его рот растягивается в полуулыбке.

— Король вернулся, леди и джентльмены. И пришло время напомнить Манхэттену, из чего на самом деле сделан Velvet Vault.

Холодок пробегает у меня по спине, когда персонал разражается аплодисментами. Затем медленно, один за другим, к нему подходят официанты и бармены, каждый со словом ободрения или легким прикосновением.

Полуулыбка превращается в широкую улыбку, и, черт возьми, она так и сияет на нем.

Это дом Алессандро. Этот клуб — там, где его сердце. И это ключ к его выздоровлению.

Закончив приветствовать весь персонал, он неторопливо возвращается ко мне. Я вижу плотно сжатую челюсть, едва заметные морщинки в уголках глаз и скованную походку. Он изо всех сил старается устроить хорошее шоу, но это ему дорого обходится.

— Что теперь, мой король? — Я улыбаюсь ему, и он награждает меня такой же улыбкой в ответ.

— Теперь подождем и посмотрим, сможем ли мы поймать крысу.

— Ты же не думаешь, что кто-то будет настолько глуп, чтобы попытаться что-то сделать с тобой здесь, не так ли?

— Нет, не думаю. — Он качает головой. — Итак, сегодня вечером мы просто наблюдаем, ищем любое странное поведение. Если одного моего присутствия достаточно, чтобы остановить это, отлично, но у меня такое чувство, что за этим кроется нечто большее.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала?

Он небрежно пожимает плечом. — Поговори с персоналом. Я уже видел, как Лэнс пялился на тебя с другого конца клуба, как только мы вошли.

На его челюсти вздувается сухожилие, когда он бросает мрачный взгляд в сторону бармена. Конечно же, этот дурак смотрит сюда. Он машет рукой, прежде чем вернуться к вытиранию барной стойки.

— Хорошо, я могу это сделать. — Я поворачиваюсь к дальнему бару, более чем счастливая убить время, сплетничая с болтливым барменом. Все, что угодно, лишь бы мои мысли не возвращались к темноте. Я не совсем уверена, что я получу из этого обсуждения. Если я раньше не была убеждена в связях Джемини с мафией, то зажигательной речи Алессандро должно быть достаточно. Но все же я упрямо цепляюсь за надежду, что не связала себя с другим безжалостным мужчиной.

Прежде чем я делаю следующий шаг, рука Алессандро обхватывает мое предплечье, притягивая к себе. Его глаза встречаются с моими, и он на мгновение колеблется, прежде чем прошептать. — Просто скажи им, что ты работаешь на меня, не вдаваясь в подробности.

— Нет проблем, Росси. — Я ободряюще улыбаюсь ему, потому что то, что я делаю для него, касается только нас и никого больше.

— Спасибо, — бормочет он, его пальцы на мгновение сжимаются вокруг моей руки, прежде чем он, наконец, отпускает меня.

Небрежно направляясь к бару, я опускаюсь на барный стул прямо перед Лэнсом. Несколько официанток кружат вокруг него, болтая и флиртуя. Я не удивлюсь, если он спит с одной или несколькими из них.

— Привет, Рори, верно? — Он тепло улыбается, показывая милые ямочки на щеках.

— Да.

— Значит, босс выпустил тебя из твоей позолоченной клетки на окраине города и впустил в свое логово греха?

— Именно так.

— О, ты тоже работаешь на мистера Росси? — Девушка примерно моего возраста в обтягивающем черном платье официантки приближается на дюйм.

— Совершенно верно. Я его личный ассистент. — Звучит лучше, чем то, что я придумала в прошлый раз.

— Рори, это Сиенна. Она работает здесь уже почти год. Мы начали примерно в одно и то же время.

— Приятно познакомиться.

Брюнетка улыбается мне как раз в тот момент, когда из-за стойки появляется другая девушка со светлыми волосами, собранными в неряшливый хвост. Она молода, вероятно, чуть старше восемнадцати. — Э-э-э, тебе так повезло, мистер Росси невероятно горяч.

— Или, по крайней мере, был таким раньше. — Еще одна девушка с синими дредами хихикает.

Я в секунде от того, чтобы сорваться и оторвать ее накладные искусственные волосы за это замечание, когда первая девушка, Сиенна, делает это за меня.

— Не будь такой сукой, Эмбер, — рычит она. — Алессандро был потрясающим начальником. Разве ты не помнишь, что случилось, когда в начале лета в заведении произошел взрыв? Он выплатил нам всю зарплату за две недели, пока заведение было закрыто.

— Да, Сиенна права, — говорит Лэнс. — Velvet Vault — отличное место для работы. Это мой третий бар с тех пор, как я переехал на Манхэттен, и он, безусловно, лучший.

В моей груди расцветает тепло от того, как они говорят об Алессандро. Иногда он может быть капризным идиотом, но он действительно заботится об этом клубе и, очевидно, о своем персонале.

Синие дреды топает прочь на своих шлюшьих каблуках, и мне приходится сдерживаться, чтобы не броситься за ней, чтобы высказать ей часть своего мнения. Пока я смотрю, как она исчезает в гостиной, Алессандро ловит мой взгляд.

Он передвигается по Velvet Vault так, словно ему принадлежит каждый его квадратный дюйм, что, технически, так и есть, но дело не только в этом. Это то, как тени изгибаются вокруг него, как каждая голова неуловимо поворачивается, когда он проходит мимо, привлеченный мрачной серьезностью, которую он излучает.

Алессандро в своей стихии — это нечто совершенно иное: властный, смертоносный, обезоруживающе красивый. Слабое освещение вырисовывает углы его лица, шрамы только подчеркивают резкий разрез челюсти и звериную силу в его телосложении.

У меня сжимается в груди, когда я смотрю на него, на спокойную уверенность и тихую угрозу, и эти чувства снова всплывают на поверхность... Эмоции, которые я не должна испытывать к нему.

Его глаза снова встречаются с моими, как будто он почувствовал мой тяжелый взгляд. Как неловко. Предполагается, что я собираю информацию о человеке, ворующем деньги из клуба, а не пялюсь на владельца.

Тем не менее, мои глаза остаются прикованными к нему дольше, чем это уместно, учитывая наши отношения. Поэтому, сделав глубокий вдох, я заставляю себя развернуться и натыкаюсь на твердое тело.

— О, черт, прости. — Лэнс ловит меня, его руки обхватывают мою талию, чтобы я не упала.

Это просто удар, ошибка, никакого вреда.

Но затем его руки крепче обхватывают мою талию, и мое зрение сужается. После сегодняшней встречи мое тело вспоминает то, что похоронил мой разум.

Мое сердце подскакивает к горлу, затем начинает бунтовать. В его руках на мне есть что-то такое, отчего все мое тело бунтует. — Отпусти, — шиплю