Не стоит влюбляться в дракона - Лола Гласс

— Откуда ты знаешь, что это я забочусь о других?

— Августа здесь нет. А ты есть.

— Он был бы здесь, если бы у него был выбор, — сказала я. Именно это мне и сказал Элай, и я отчаянно надеялась, что это правда.

— Элоди уже достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения, — сказала Ранда, протягивая руку и сжимая мою. Я слегка улыбнулась. — Давай поговорим о чем-нибудь другом. Например, о работе. Несколько дней назад мне предложили место.

Мои глаза расширились.

— Правда? И ты не сказала?!

— Ты отсыпалась после нескольких недель секса!

— Верно подмечено. Расскажи мне всё, — приказала я.

Она улыбнулась и начала рассказывать о своем собеседовании и обо всем, что произошло после него.

* * *

Они остались на ужин, прежде чем наконец отправились домой. У Ви была работа на следующий вечер, и ей нужно было выполнить несколько поручений, прежде чем лечь спать. Ранде нужно было купить кое-что для своей новой работы.

Раньше я бы, наверное, поехала с ними.

В настоящий момент мне просто хотелось свернуться калачиком в своей комнате, вдыхая аромат Августа и почитать книгу или посмотреть фильм.

После их ухода я приняла долгий душ, а затем вышла перекусить. Пока я была на кухне, услышала голос Элая в соседней комнате.

— Насколько он плох?

Насколько плох был кто?

Август?

Я отказалась от идеи перекусить и поспешила через весь дом, остановившись прямо у двери Элая.

Последовала короткая пауза, прежде чем он ответил собеседнику на другом конце провода.

— Сколько дней, по их мнению, потребуется ему, чтобы восстановиться?

Моё сердце сжалось от боли.

Август ранен?

— Тебе нужно вытащить его оттуда, — наконец сказал Элай. — Я знаю, что Гром не хочет его отпускать, но постарайся их убедить.

Прошло еще мгновение.

Моё сердце бешено заколотилось.

Элай прорычал:

— Если до этого дойдет, я сам полечу туда и постараюсь его убедить их бросить. Ему лучше быть изгнанным с гор, чем мертвым в тюрьме. Я наконец-то убедил Элоди, что он вернется за ней, и не хочу сообщать, что его, черт возьми, убили.

Я больше не могла сдерживаться.

Открыв дверь, я вошла в комнату.

Увидев меня, Элай поморщился.

— Что с ним случилось? — я едва узнала собственный голос.

Элай не ответил сразу.

Я подождала минуту, прежде чем пересечь комнату и забрать у него телефон.

— Кто это? — каким-то образом мой голос не дрожал.

— Джаспер, — сказал тот, кто был на другом конце провода. — Полагаю, это Элоди?

— Да. Расскажи мне, что произошло.

После недолгой паузы Джаспер снова заговорил:

— Августа постоянно вовлекают в драки. В тюрьме. Он не начинает их, но заканчивает. Он уже убил дюжину других заключенных. Последним, кто бросил ему вызов, был особенно мерзкий оборотень.

— И?

— Он в плохом состоянии. В лазарете. Полное выздоровление займет около недели.

— Неделя? Разве сверхъестественные существа не исцеляются быстро?

— Да.

Поэтому, когда Джаспер сказал «в плохом состоянии», он имел в виду состояние, близкое к смерти.

— Каковы шансы, что он не выздоровеет?

Джаспер помолчал немного.

— Довольно низкие, — наконец сказал он. — Теперь ему есть за кого бороться.

Меня.

Он говорил обо мне.

Я крепко зажмурила глаза.

— Август же не переживет там шести месяцев, да?

— Это возможно, но маловероятно.

— И он знал это с самого начала?

— Тюрьмой правят драконы, Эл. Все внутри нас ненавидят. Вдобавок ко всему, нас заковывают в цепи, чтобы мы не могли превращаться, пока отбываем срок.

Поэтому Август не мог защитить себя в своем драконьем обличье, хотя другие заключенные, вероятно, имели доступ к своей магии.

И все они будут на него охотиться.

Вот почему он понимал, что не может взять меня с собой. Потому что будет чудом, если он сам выживет, у меня же не было ни единого шанса.

— Мне нужно его увидеть, — сказала я.

— Это невозможно.

— Тогда сделай это возможным, Джаспер. Он не должен быть один, пока выздоравливает, а я его пара. Или что-то вроде того. Это же что-то значит, не так ли? Даже если он меня не хочет, я только что провела с ним горячку. Может, я смогу поговорить с драконами и убедить их отпустить его раньше или что-то в этом роде? Элай сказал, что они хотят знать, как мы пережили это, не скрепив связь. Могу ли я поторговаться?

Слова беспорядочно вырывались из меня. Не имело значения, насколько логично я всё объясняла. Я просто хотела увидеть Августа, убедиться, что с ним всё в порядке.

Мы же были командой.

Я собиралась верить в это, пока он не скажет обратное.

— Если ты сможешь убедить Элая отнести тебя на Гору Пар, я отведу тебя к ребятам, принимающими решения по поводу команды Грома. Я сам не смогу тебя сюда доставить, — наконец сказал Джаспер.

— Спасибо. Я разберусь.

— Удачи. — он повесил трубку, и я передала телефон Элаю.

Он уже качал головой.

— Август меня убьет.

— Нет, если я встану между вами двумя. Элай, пожалуйста? Это ты сказал, что он не выживет там один. Мне нужно увидеть его, убедиться, что с ним все в порядке, и попытаться уговорить его придумать другой план.

Элай тяжело вздохнул.

— Пожалуйста? — я сжала пальцы.

— Хорошо. — он провел рукой по волосам. — Если кто-нибудь спросит, я скажу им, что ты приставила нож к моим яйцам.

— Договорились. — я даже глазом не моргнув, увидела эту картинку. — Я принесу поварской нож, просто чтобы доказать.

Элай снова вздохнул, но жестом пригласил меня в сторону кухни.

Через несколько минут я уже сидела у него на спине, и мы летели к Горе Пар.

* * *

Полет с Элаем был далеко не таким спокойным, как с Августом.

Во-первых, от Элая плохо пахло.

Кроме того, он не пытался планировать или стабилизировать полет. Этот мерзавец носился туда-сюда. Вверх и вниз, зигзагами, из стороны в сторону… он никогда не летел плавно дольше нескольких секунд.

Это нервировало.

После одного особенно резкого движения я уронила свой поварской нож и обняла его вонючую, чешуйчатую шею обеими руками.

Меньше всего мне хотелось разбиться насмерть по пути к Августу.

* * *

Солнце уже зашло, и я была совершенно измотана, когда мы наконец добрались до горы. Она возвышалась над всеми окружающими и снаружи выглядела почти так же, как и все остальные.

Элай приземлился на ровный, хорошо замаскированный участок камня, и я смотрела мимо, пока он поставил меня на ноги.

Я осознала, что стою босиком.

Я не оделась соответственно. Не то чтобы знала,