Сердце космического дракона - Ольга Вадимовна Гусейнова

Первые минуты прошли в молчании. Каждый думал о своем. В напряженной тишине слышалось лишь позвякивание столовых приборов о фарфор, шорох салфеток и одежды. Изысканной кухней наслаждался только Даэрон, отдавая должное умениям местного повара. Глава дома с дочерью больше ковырялись в тарелках, чем ели.

Даэрон наконец-то ощутил спокойную уверенность победителя и с нежностью поглядывал на сидящую по правую руку от него избранницу.

Сама избранница ушла глубоко в себя, скользя задумчивым взглядом по комнате. Фирану вернули магию – для нее это означает вскоре покинуть родной дом, где она знает каждую щербинку в паркете. Дом, пропитанный любовью и магией огня от подвалов до флюгера на крыше.

Каэль пыталась представить: каково будет в доме Даэрона? Как ее там примут? И как без ее заботы останутся отец и брат?

А вот Федус Огненный тоскливо размышлял, что будет дальше и как быть с обещанием руки дочери незнакомцу? Нет, после разговора с Каэль он уже не был категорически против ее союза с драконом. Артефакт истины подтвердил искренность ее чувств и слов. Тем более, вхождение настоящего дракона в род Огненных только укрепит их позиции при дворе. Новость о браке Каэль с драконом способна так щелкнуть по зазнавшимся высокомерным носам их врагов, что они еще долго будут кровоточить. Поэтому Федус мысленно прикидывал варианты, каким образом вынудить дракона подольше задержаться в Юкарии, чтобы не потерять дочь навсегда, но при этом усилить род. В голову ему приходили самые разные мысли, часть из которых он наконец решился озвучить.

К чаепитию Федус коротким жестом приказал прислуге покинуть комнату. Затем обратился к Каэль, но смотрел и на дракона тоже:

– Полагаю, в академии вашего возвращения сегодня не ждут?

– Нет. Мне дали три дня на восстановление после ранения, – еще пребывая в раздумьях, ответила Каэль.

– Вы можете послать кого-то из прислуги забрать вещи Каэль. В академию она больше не вернется, – флегматично заметил Даэрон, придвинув к себе поближе тарелку с фруктовым салатом, политым пышными сливками.

– А вы вернетесь? – осторожно спросил Федус. – Продолжите преподавать?

Даэрон взглянул на главу дома. В глубине его непривычно ярких голубых глаз вспыхнул предостерегающий огонек, когда он тихо, но веско ответил:

– Нет. Напоминаю вам о нашей договоренности, лорд Федус: я возвращаю магию вашему сыну, и мы с Каэль навсегда покидаем Юкарию.

– Не совсем так, – откинувшись на спинку стула, возразил глава рода. – Мы с вами договорились, что я дам согласие на ваш брак с моей дочерью. Если вы вернете моему сыну магию.

– Одно другому не противоречит, – усмехнулся Даэрон, с прищуром глядя на безусловно ловкого будущего родича. – По законам Юкарии, вступив в семейный союз с вашей дочерью, жизнью Каэль буду управлять я. Как супруг, опекун и глава ее нового рода. Так что, как только Фиран придет в себя, мы с Каэль отправимся в мой дом, который находится далеко от Юкарии.

– Думаю, пока оставим вопрос вашего переезда, – сменил тему Федус. – Уверен, вы понимаете, что мы обязаны соблюсти все приличия. Никто не должен усомниться, что Каэль официально вышла замуж. Тем более за дракона. Мы ведь не хотим, чтобы люди злословили о вашей связи?

– Не хотим, – усмехнулся Даэрон, уже догадываясь, куда клонит собеседник.

– Тогда, если магия к Фирану вернется, через пару недель мы официально объявим о вашей помолвке с моей дочерью. И…

– У меня нет времени столько ждать, – бескомпромиссно отрезал Даэрон.

– Таковы правила, – демонстративно развел ладонями Федус. – Обычно с момента помолвки должен пройти хотя бы год до свадьбы, но я понимаю ваше нетерпение назвать мою дочь своей женой. Поэтому готов пойти на уступки. Скажем, пусть будет полгода. Поженитесь, я вам подарю великолепный…

На миг на лице Даэрона появилась хищная, саркастическая ухмылка. Ее заметил лишь Федус, вспомнив, что драконы, вообще-то, имеют вторую, звериную, ипостась. И претендент на руку дочери обладает возможностями, которых ни у кого нет. Значит, с ним не пройдут привычные методы манипуляций.

Каэль в это время отвлеклась на смятую от волнения салфетку, пропустив обмен хмурыми взглядами между мужчинами.

– Я вынужден повторить, – ровно произнес Даэрон. – Как только Фиран очнется и покажет, что я выполнил свое обещание, у Каэль будет немного времени, чтобы собраться и попрощаться с родными.

– Каэль покинет отчий дом только после свадьбы и официального брачного обряда! – напрягся Федус, осознав, что ему не удастся переиграть или продавить дракона.

Каэль накрыла руку жениха своей и мягко попросила:

– Мы должны официально пожениться, Даэрон. Здесь. Чтобы ни у кого в Юкарии не возникло и тени сомнений о моем статусе. Репутация Огненных и так висит на волоске. Нельзя допустить ни малейшего сомнения в ее безупречности.

Глава галактической корпорации как муха в меду увяз в самых прекрасных женских глазах, даже на миг-другой забыв, о чем шел разговор.

А Федус решил, что дракон тянет с ответом, подбирая причину для отказа. Поэтому поторопился подрезать сроки:

– Хорошо, вы поженитесь через два месяца. Это самый короткий промежуток между помолвкой и свадьбой на моей памяти.

– Неделя. Это максимальный срок, который я могу вам дать на все эти брачные ритуалы, – спокойно согласился Даэрон, правда глянув на будущего зятя так, чтобы тот понял – «дракон» не шутит. – Напомню, я единственный наследник могущественного рода, репутация и благополучие которого тоже нуждаются в защите и моем непосредственном участии.

– Но неделя это… ничто! – опешил Федус. – Только подготовка всех необходимых документов о передаче вам приданного Каэль займет месяц.

– Мне не нужно приданое Каэль. Она официально откажется от него в пользу брата и его будущих детей. Будем надеяться, у Фирана появится много наследников, и вы сами разберетесь, кому передать богатства рода Огненных. Там, где я живу, совершенно иная мода и иные ценности, поэтому Каэль заберет с собой только необходимое: личные, самые важные, памятные вещи. Всем остальным я обеспечу ее по прибытии. У вашей дочери будет абсолютно все, что она пожелает.

– По-моему вы преувеличиваете, – покачал головой Федус.

– Мой род настолько богат, что я представляю, чего не смогу предоставить своей жене, – без единого сомнения ответил Даэрон.

На лице Федуса выступили желваки. С патовой ситуацией его примирила только правда, что сказал дракон, обещая счастливую жизнь его дочери. Бросив короткий напряженный взгляд на безмолвно наблюдавшую за переговорами дочь, он сжал под столом кулаки. Потом с почти нескрываемой отчаянной мольбой обратился к дракону:

– Поклянитесь, что вернете мне дочь, если вдруг что-то пойдет не так! Если однажды она станет лишней или ненужной в вашем доме!

Глубоко вдохнув и отставив чашку с чаем, Даэрон жестко произнес:

– Я могу