У(лю)бить дракона - Александра Гусарова

— Любишь? — лукаво улыбнулся он. А я тут же покраснела от смущения. Чего только в сердцах не ляпнешь? Но да, я, пожалуй, его люблю: мне с ним рядом тепло и комфортно. Это ли не любовь? И даже его страшная внешность не пугает. А кое-что даже нравится. Например, руки. Большие и сильные. Руки настоящего мужчины. А он, правильно оценив мой румянец, не стал развивать эту тему. Только все же соизволил сообщить:

— К нам приехал Азардин Эзейнхард. Ты хотела бы с ним встретиться?

— Нет, — открестилась я от бывшего. Мы только что приехали из деревни, где утилизировали мусор. Я, конечно, переоделась в чистое платье. Только оно было домашним. И волосы были заплетены в обычные косы. Даже намека на прическу не было. Разве что косы за неделю вдруг стали толще в два раза. Только я очень сильно сомневаюсь, что бывший это заметит. А если уж встречаться, то хотелось бы поразить его в самое сердце.

— Вот поэтому я даже намека не хочу давать, что ты живешь у меня. А то вдруг передумаешь и решишь вернуться в его дом.

То ли тень сомнения промелькнула на моем лице, то ли еще что. Только он опять включил злого хозяина и гаркнул:

— Марш в чулан! — подтолкнул в сторону крохотной комнатушки под лестницей. Я хотела было возмутиться. Но его сердитый взгляд указывал, что лучше этого не делать. И покорно поплелась туда. А когда притворила за собой дверь, то с удивлением обнаружила дырку в самой середине дверного полотна. И поняла, что в нее можно прекрасно все подслушивать и подсматривать. Спасибо, Бомбардилл! Не зря я в любви тебе ненароком призналась.

А Лекс с видом хозяина уселся в кресло возле стола, налил бокал пива и взял в одну руку щучью голову, делая вид, что собрался ее съесть.

— Тук, тук! — раздался знакомый голос, который, как оказалось, больше не вызывает во мне ни трепета, ни радости. — Ты все так же бобылем живешь, не удосужился себе слуг завести?

— А зачем они мне? Гости в этом доме появляются крайне редко. А удобства я купил на ярмарке. Они за слуг и готовят, и стирают, и посуду моют! — скривился в довольно-издевательской гримасе Бомбардилл. — А если кто пожалует без приглашения, то я и сам могу гостя встретить.

И так многозначительно посмотрел на Азардина, что тот усмехнулся и продолжил:

— И взашей выпроводить вон?

— Ты всегда понимал меня без слов! — оскалился мой дракон. И по его улыбке я догадалась, что прибыл далеко не друг. Хотя он прекрасно осведомлен о его любимом кушанье. И, что странно, я же двадцать лет с ним прожила бок о бок. Но ни разу, ни малейшего намека не слышала про мусорного дракона. А ведь думала, что знаю его вдоль и поперек. Оказывается, проморгала не только любовницу под носом у себя. Это тебе, Рига, хороший урок, что нельзя быть такой самонадеянной и абсолютно доверять мужчинам.

Хотя, Лексу я, пожалуй, готова довериться. Даже несмотря на то, что мы знакомы всего неделю. А по ощущениям, кажется, целую жизнь.

— Угостишь? — нет, Азардин не спрашивал, а скорее утверждал. Он отодвинул второй стул, налил себе в высокий бокал холодного пива. Выбрал с блюда самую большую щучью голову и впился в нее зубами.

А я с любопытством рассматривала и сравнивала бывшего мужа и будущего. И с удивлением обнаружила, что они очень похожи. При этом Азардин был писаным красавчиком, а Лекс все же полноценным уродом. У них у обоих была одинаковая зона роста волос —они острым углом сходились на лбу. Глубоко посаженные глаза отличались лишь цветом. У бывшего они были ярко-синими. У будущего — изумрудно-зелеными. И, главное, носы! Длинные и крючковатые! Только на холеном лице Эзейнхарда он смотрелся вполне органично. А у Бомбардилла казался чужеродным элементом. Словно его отпилили от чужого лица и приставили к этому.

И если бы я не знала, что Азар — единственный сын у родителей, то сказала бы, что передо мной сидят братья.

А бывший медленно, смакуя, доел свою щуку, сыто рыгнул и залпом выпил пиво. Лекс терпеливо ждал, когда он закончит трапезу. Ведь не зря же заказал скатерти именно эти блюда.

— А может, они отравленные? — со злорадством помечтала я. Хотя какое мне дело до герцога? Пусть живет себе со своей Марицей. Совет им да любовь.

— Ты зачем приехал-то? — все же не выдержал Бомбардилл. — Не рыбу же поесть.

— О, конечно же, нет! — хохотнул Эзейнхард. — Я приехал вызвать тебя на поединок.

— Даже так? — усмехнулся Лекс. — Позволь тогда узнать, что в твоей жизни изменилось настолько круто, что ты готов на меленькую победоносную войну в своем королевстве?

— Почему сразу в своем? Я заберу твое королевство. И тогда стану единоличным наследником престола Велерона! — о, я, конечно, знала, что мой бывший — наследник престола. Но никогда не думала, что он спит и видит, когда вступит в права.

— Ты не ответил на вопрос: что изменилось в твоей жизни, что ты рискнул бросить мне вызов? — настаивал на своем Бомбардилл. А я не могла поверить в тот факт, что он тоже, получается, наследник. И не просто наследник, а родной брат, о существовании которого я до этого дня не знала. Но почему они так похожи и в тоже время настолько разные?

Хотя Александр же сам дал мне ответ. Его дракон потерял свою истинную. А для зверя это подобно смерти. Это для человека печально, когда любимая выбирает другого. Однако у него всегда есть шанс встретить вторую любовь в своей жизни и даже третью. С драконом так не получится.

Азардин сумел убедить меня, что я и есть та самая единственная и неповторимая. Только он очень жестоко ошибся. И вот теперь я сижу в чулане, а он вызывает брата на поединок.

— Лекс, ты был прав. Ригольде — не моя истинная. Она так и не смогла родить мне ребенка. И почему я тогда тебя не послушал? — поморщился Азар.