КотоФей и дачница - Тали Аксандрова

class="p1">В эту ночь он спал плохо, но к утру странное беспокойство прошло. На следующее утро спустился к завтраку рано. Его дворецкий был бледен, как полотно, и лорд Дайрис заметил это сразу.

— Что случилось? — спросил он.

— Та… особа, которую вы пригласили, — дворецкий тщательно подбирал слова. — Она… расположилась в вашей оранжерее.

Лорд Дайрис поднял бровь. Оранжерея была его гордостью. С идеальной температурой, идеальной влажностью, с растениями в идеальных горшках, выстроенных по росту. Даже леди Элизабет никогда не заходила туда.

— Она что-то испортила?

— Не то чтобы… — дворецкий помялся.

Лорд отправился в оранжерею. Он только обрел прежнее спокойствие, а теперь в нем поднималась досада. Травница не имела права входить без спроса, трогать его растения, дышать его воздухом.

Он шагнул в оранжерею и все слова замерли где-то внутри. Она стояла над одним из его цветов. Хорошо было видно ее длинные ресницы, чуть приоткрытые губы, живой взгляд.

Травница обернулась, солнце ударило ей в спину и заиграло рыжим в темных волосах. Он хотел, чтобы она ушла. И хотел, чтобы осталась. И это желание было таким сильным, таким живым, таким… диким.

— Как вас зовут? — спросил он, и впервые за долгое время его голос прозвучал не как приказ.

Она засмеялась. Ярко и как-то заразительно, и совсем неподходяще к выверенным стенам оранжереи.

— Лера, — сказала она. — А вас?

Он замер. Его знал весь континент, его имя было выгравировано на мраморных досках Академии. И она спрашивала, как будто не знала.

— Дэмиан, — ответил он, и это имя, произнесенное для нее, прозвучало иначе. — Лорд Дайрис.

Лера осмотрела всю оранжерею в поисках дикой магии, затем остальной дом. Лорд Дайрис сопровождал ее повсюду. Он замечал все: как она заправляет выбившуюся прядь за ухо, когда сосредоточена, как прикусывает губу, когда растение не слушается; как щурится на солнце.

Дэмиан смотрел на нее, как когда-то смотрел на мир дикой магии. Смотрел, пока его не призвали срочные дела.

К вечеру Лера пришла в его кабинет. Он поднял голову над бумагами и посмотрел на нее. Она улыбалась, довольная проделанной работой, ведь в его доме не осталось ни одного сорного растения.

— Я распоряжусь, чтобы вам заплатили, — сказал Дэмиан.

— Мне не нужна оплата, — ответила Лера. — Точнее, нужна, но не такая.

Лорд сжал рукой бумаги, чуть смяв их.

— Что же вам нужно?

— Пропуск через магическую границу, чтобы вернуться домой.

Его пальцы разжались. Что он ожидал услышать? Что она хочет остаться в мире магов-аристократов и жить с ним по соседству?

— Откуда вы? — спросил он.

— Садовое товарищество, — Лера махнула рукой в сторону древнего леса. — СНТ «Урожай».

Лорд выпрямился и окончательно оставил бумаги в покое. Она была из мира людей и раньше жила там, где расположился Большой транспортный магический узел. В последнее время там происходило много странного, и Совет даже отправил магов-сыщиков для расследования.

Она была из мира людей, но его тянуло к ней. Тянуло, как когда-то тянуло к дикой магии. Словно в нем самом отзывалось что-то сильное и горячее. Но разум, как и тогда, говорил ему, что это безумие. У него была идеально выверенная жизнь, и он не собирался ее разрушать.

— Я постараюсь достать пропуск, — сказал лорд Дайрис. — Но ничего не обещаю. В любом случае, это займет много времени. Я отправлю вам письмо. Всего доброго.

Он сказал коротко, но за этим скрывалось многое. Травница проговорилась, что попала в мир дикой магии через портал. Дэмиан знал, что тот портал давно запечатан магически, не функционирует и пройти через него нельзя. Был второй портал, в центре древнего леса, но до него травница бы не добралась.

Сами маги-аристократы изредка обращались к двумирникам, чтобы передать послание в другой магический мир. Однако сами предпочитали поехать в соседнее королевство и уже там выйти к Большому магическому транспортному узлу.

Получить пропуск даже магу-аристократы было сложно. Для травницы же это становилось практически невозможным. Но лорд Дайрис обещал, а потому собирался подать прошение королю.

Когда Лера ушла, ему захотелось ее догнать, остановить, вернуть. Снова почувствовать то, что дало ее присутствие. Но он не остановил и даже не поднялся и не посмотрел в окно на то, как она уходит.

Дикая магия больше не вернется в его дом. Ей здесь нечего делать.

Глава 39

Дэмиан

Он склонился над бумагами, но работать не мог. Строчки сливались, мысли путались. Он все еще чувствовал запах трав, который оставался в его кабинете и теперь медленно выветривался.

В дверь постучали, и он быстро поднял голову.

— Войдите.

Вошел дворецкий, поклонился и доложил:

— Прибыла леди Элизабет. Она спрашивает, готовы ли вы к обеду.

Он на мгновение закрыл глаза.

— Передайте леди Элизабет, что я скоро спущусь.

Дэмиан встал и вышел в коридор. Прошел мимо комнаты, где ночевала травница. Дверь была открыта, служанки меняли белье, и в комнате больше не пахло травами. Он не остановился.

Обед с леди Элизабет прошел безупречно. Она была красива, с белыми волосами, уложенными в сложную идеальную прическу, в платье из дорогого голубого шелка.

Они сидели напротив другу друга, слуги подавали блюда. Все идеально, все как всегда.

— Я думала, мы сегодня поедем в столицу, — сказала Элизабет. — Мне нужно выбрать ткань для свадебного платья.

Свадебного платья. Свадьба была назначена через три месяца, и он должен был радоваться. Элизабет была хорошей партией: умна, красива, из хорошей семьи. Их брак укрепит союз лучших родов королевства. Все правильно, все логично.

— Я не могу сегодня, — сказал он. — Дела.

— Какие дела? — нахмурилась она. — Сидеть в глуши?

Элизабет любила столичную блестящую жизнь и балы, он любил бывать в загородном доме на окраине королевства.

Их взгляды встретились.

— Хорошо, — решила она. — Тогда я поеду с сестрой. Но через три дня, Дэмиан, вы должны сопровождать меня на бал.

— Я помню.

Элизабет улыбнулась. После обеда он проводил ее до кареты и остался стоять у ворот. Потом развернулся и пошел туда, где за защитным барьером сохранилась дикая магия.

Идеально ровная трава на поляне была притоптана. Здесь прошла травница, и ему непереносимо захотелось пойти за ней. Просто пойти не раздумывая, не рассчитывая, не взвешивая. Найти ее и сказать.

Что сказать? Что он