КотоФей и дачница - Тали Аксандрова

Оказалось, такой трюк он научился делать еще с ведьмой и благодаря этому много чего узнал. А пока пришлось закрывать кактус книгой и примеривать платье. Лере оно понравилось сразу, и по ткани, и по покрою, и по тому, как село. Колючка придирчиво осмотрел ее и подсказал, где поправить.

Поле долго еще искрило, а сорняки выглядели враждебно. Хорошо, что дома был запас еды.

— Оно будет опасно еще несколько дней после грозы, — заверил кактус.

Лера подумала, что как раз успеет дошить платье. Колючка вдруг уставился в окно.

— А вот и первые гости, — торжественно объявил он, и вдруг злодейски хихикнул: — Очень вовремя.

Она переглянулась с Рыжим и разом выскочили на крыльцо, оставив дверь открытой. Пруд всколыхнулся, и из его черной глубины показалась серая морда какого-то громилы, похожего на орка, затем полез второй. Лера вскрикнула и попятилась. КотоФей бросился к дровам, где оставил топор.

Первый орк сделал шаг, и слышно было, как захихикал кактус. Растения вокруг пруда затрещали и покрылись искрами, воздух снова сгустился, как было во время грозы. Но орк не остановился и пошел напролом. Второй шагнул за ним.

И тут началось. В орков полетели лианы плюща, стебли, корни, пыльца, колючки, иглы и вообще все. Они опутали первого и легко бросили его туда, где из земли показались корни. Корни лже-борщевика бешено завибрировали, и орк с рыком полетел в пруд и через мгновение исчез в нем. Второй попятился, но его прошиб разряд скопившейся магии и отшвырнул в черноту.

Никого не осталось. Сорняки медленно успокаивались, по ним еще некоторое время пробегали разряды, а в воздухе пахло горелым.

— Вот и все, — сказал кактус.

Незваных гостей, по всей видимости, отправила ведьма. И Лера понятия не имела, что та искала.

— Рыжий! — позвала она.

КотоФей не отозвался, и Лера шагнула с крыльца и обошла дом. Сразу за углом стоял Рыжий, бледный, почти белый, на его одежде торчали колючки, а по щеке текла кровь. Видимо, сорняки чем-то попали в него, когда атаковали орков.

Она помогла коту зайти домой, уложила на лавку и бросилась нарезать новую крапивную ткань на полосы. Кактус нахмурился.

— Не переводи хорошую вещь, — заворчал Колючка, — это все равно не поможет.

— А что поможет? — заволновалась Лера. — Что с Рыжим?

Кактус как-то сразу и резко замолчал и отвернулся. Она подскочила к нему и развернула к себе:

— Что поможет, Колючка?

— Посмотри руку, — неохотно ответил он. — Выше локтя.

Лера бросилась к Рыжему. Выше локтя в кожу коту впилась ресничка, такая же, которая попадала ей в лодыжку. Лера побледнела.

— Что я должна собрать? — непослушными губами спросила она.

По кактусу прошла дрожь, и он невольно бросил взгляд в окно.

— Если тебя не будет, то погибнем мы оба, — пробормотал Колючка.

Он посмотрел на нее, и в его взгляде была тоска. Снова остаться в одиночестве, без капли воды.

— Пожалуйста, Колючка, — попросила она.

— Нужна прозрачная трава, — вздохнул кактус, даже не ввернув сложное название. — В мастерской ведьмы ее больше не осталось.

Когда Лера готовила мазь для раны от реснички, она добавила последнюю прозрачную каплю из флакона. Это был сок стеклянной травы.

Глава 35

Черный пруд

Заросли после грозы стали практически непроходимыми. Корни внезапно вылезали из земли и вцеплялись в ступни, стебли норовили хлестнуть по рукам и лицу. Лера вцеплялась в них голыми ладонями, и только тогда сорняки отступали.

Она добралась до пруда. Хотя издали казалось, что в нем черная вода, вблизи стало ясно, что это черный плотный туман. Чем там булькал смартфон при падении, не очень ясно. Наверное, магический звуковой эффект. Над туманом парили в воздухе крупные бутоны цветов.

Стеклянная трава нашлась не сразу. Почти невидимая, та затаилась между камнями, устилавшими глинистый берег. Лера осторожно шагнула к ней, косясь на сорняки, которые росли недалеко от пруда, но те вели себя тихо.

Ровно до того момента, как она срезала ножницами первый пучок прозрачной травы. Тут же из земли вырвались тонкие, как плети, корни, обвили ее лодыжки и резко дернули. Она покатилась к пруду. В последний момент Лера успела вонзить ножницы в глинистую землю. Хватка корней ослабла, и она выбралась.

И в то же мгновение в плечо ее ударила ветка, с такой силой, что Лера полетела в сторону и упала в переплетенные корни. И прямо перед ее носом оказался камень с замочной скважиной. Гладкий, отполированный, как из моря, с совершенно обычной маленькой замочной скважиной. Камень был так плотно оплетен корнями, что его было едва видно.

Лера прикоснулась к нему. И корень, который она случайно задела, дернулся и отполз в сторону. Она приложила ладони к камню, и корни освободили его.

Лера оглянулась, но сорняки вели себя спокойно. Она осторожно подняла камень, поднесла к уху и чуть встряхнула. Внутри что-то тонко звякнуло. Лера сложила находку в корзину, вернулась к стеклянной траве и, настороженно озираясь, сорвала руками несколько пучков, отложив в сторону ножницы, теперь вымазанные в земле.

Она вернулась той же тропой, и сорняки не сильно ее донимали. Заскочила в дом и бросилась к Рыжему. Он лежал на лавке совсем бледный, но попытался подняться.

— Лежи! — скомандовала Лера. — Я сейчас вернусь.

Она подхватила кактус и поспешила в мастерскую ведьмы.

— Что с ними делать? — спросила, достав стеклянную траву.

— Положи обратно, — проворчал Колючка. — А пока возьми вон тот горшок, третий на средней полке, и поставь на огонь.

Лера сделала все, как он сказал, даже не спрашивая, почему пустой. Огонь разгорелся, горшок слабо затрещал.

— Чего стоишь? — поинтересовался кактус. — Разотри траву, как в прошлый раз делала.

Она не нашла бы ее среди остальных сухих пучков, если бы не помощь Колючки. Растерла крупно и быстро.

Горшок на огне тем временем стал красноватым, и кактус велел бросить туда стеклянную траву. Та легко расплавилась прозрачной массой и стала закипать. На поверхности поднялись пузыри и стали громко лопаться. Колючка отсчитал несколько и потребовал убрать горшок с огня и перелить сок стеклянной травы во флакон.

Лера действовала быстро. Она помнила, что нужно было соединить перетертую траву и сизую жидкость. Нужный флакон отыскался легко, он был полон только наполовину.

— Этот? — спросила у кактуса.

— Переутус