Пламя в оковах - Хейзел Пейдж

— Если ты будешь слушать и делать то, что я говорю, я покажу тебе, как быть хорошей девочкой и доставлять мне удовольствие. Если ты думаешь, что кончать от наших пальцев или рта — это приятно, ты даже не представляешь, насколько охуенно будет кончать на наших членах. Хочешь узнать, каково это, Роуэн? Хочешь, чтобы я вошёл в тебя? — спросил он, ожидая моего ответа.

Кейд был не из тех, кто спрашивает разрешения. Он брал то, что хотел. Его просьба о словесном подтверждении того, что я тоже этого хочу, стала для моего разума зелёным светом, необходимым, чтобы дать телу отмашку. Раньше я не особо задумывалась о сексе — мысли о девственности всегда заставляли меня чувствовать себя белой вороной среди сверстниц. Но, если быть честной с самой собой, с момента моего похищения только об этом я и думала.

Я хотела этого.

Я хотела его.

Я понимала, насколько это было пиздец как неправильно, учитывая обстоятельства, но я потратила столько лет своей жизни, пытаясь задавить сексуальные желания химией. Ломка внезапно освободила меня от цепей воздержания, и я хотела исследовать все те тайные вещи, о которых Лили и Харпер шептались на заднем сиденье. Слушая, как они обмениваются историями о своих партнёрах и сексуальном опыте, я чувствовала себя какой-то аномалией.

Я никогда не думала, что у меня может быть такое. Но теперь это было возможно, если бы я только набралась смелости просто признать, что хочу этого. Я старалась не испытывать вину и стыд за потребности своего тела. Я напомнила себе, что всё ещё планирую сбежать, но пока что могу хотя бы использовать этих мужчин для собственного удовольствия.

— Да, сэр, — дрожащим голосом ответила я.

Я знала, что Кейду нравится, когда я называю его сэром, а моё тело уже давно миновало ту черту, когда можно было пытаться ему сопротивляться. Позволив инстинктам омеги подавить рассудок, я чувствовала лишь непреодолимое желание угодить ему.

Я хотела заставить его рассмеяться снова — так же легко, открыто и свободно от постоянной мёртвой хватки контроля, которую он обычно на себе нёс. Мне нравился такой Кейд. Но, как бы я ни ненавидела в этом признаваться, мне нравился и такой Кейд. Властный, контролирующий и бескомпромиссный собственник.

Он скользнул рукой между моих ног, накрыв ладонью моё лоно.

— Теперь это моё. Я могу смириться с тем, чтобы делить тебя с братом и нашей стаей, но если кто-то другой попытается забрать то, что принадлежит нам, он труп, — прорычал он.

Обхватив мои бёдра мускулистыми руками, он поднял меня на кровать и уложил на спину. Он навис надо мной, запирая меня в клетку своей массивной фигуры. Я хотела видеть его — всего. Вцепившись в его футболку, я попыталась стянуть её.

— Сними футболку, — скомандовала я низким голосом, пародируя его в меру своих способностей.

Он снова издал этот потрясающий смех, выбив из меня порцию смазки между ног. Я обожала этот звук. Затем он выполнил мою просьбу, стянув футболку через голову и обнажив плотные, рельефные мышцы и тронутую загаром золотистую кожу. Его тело вызывало зависимость.

Склонившись надо мной, он накрыл ртом набухший сосок, сильно сжав его и вырвав судорожный вздох из моих губ. Его борода щекотала изгиб груди, пока острые зубы прикусывали затвердевшую вершинку. Он чередовал ощущения: то мягко сосал, то болезненно кусал. Контраст фантастически гиперстимулировал меня. Пока его рот отвлекал меня, палец скользнул внутрь моего мокрого лона.

— Киллиан говорил, что ты тугая, но я даже не представлял насколько. Мне придётся хорошенько подготовить тебя, прежде чем ты примешь мой член. Раздвинь ноги шире, — хрипло сказал он, проталкивая в меня ещё один палец.

Из моего рта вырывались тихие всхлипы, жаждущие большего, несмотря на то, что я уже чувствовала себя такой заполненной. Я могла только представить, каково это — впустить в себя весь его хуй. Увидев член Райкера, я теперь знала, насколько огромны альфы, и не питала иллюзий, что проникновение будет безболезненным. Резкая жгучая боль от того, что Кейд с силой втиснул третий палец в мой тугой жар, заставила меня поморщиться.

Внезапно меня окатило страхом при мысли о том, как сильно будет болеть его укус. Он сказал, что собирается меня пометить. Метка Киллиана была просто мучительной.

Кейд увидел мою гримасу и почувствовал, как напряглись мои мышцы, когда паника захлестнула меня. Он замурчал, успокаивая нервы и расслабляя моё тело. При этом звуке все мои мышцы обмякли и стали бесполезными, позволив ему ввести четвёртый палец. Растягивая мой вход до неприличия широко, он двигал пальцами туда-сюда, как ножницами. Я чувствовала, как они скользят по моей девственной преграде. Поморщившись, я попыталась сосредоточиться на удовольствии, а не на боли.

— Тшш, Детка, я знаю, что немного жжёт; ты просто слишком тугая. Позволь мне растянуть тебя и подготовить. Не дёргайся.

То, как он произнёс это «Детка», заставило меня покраснеть и послало электрические разряды прямиком в клитор. Обычно Кейд не любил ласковые прозвища — в отличие от Киллиана или Райкера, — что делало это ещё более возбуждающим. Я и так таяла, когда он произносил моё имя этим своим низким, мрачным голосом, но «Детка»? Теперь это было моё любимое слово, слетающее с его губ. Это было неожиданно, интимно и подожгло что-то внутри меня. Дыхание перехватило, и я ничего не могла поделать с трепетом внизу живота.

— Ты отлично справляешься, Роуэн. Хочешь кончить перед тем, как я тебя выебу? Попроси меня хорошенько.

Никакой внутренней борьбы не было; я ответила мгновенно. Я знала, что оргазм поможет снять ту жгучую боль от сильного растяжения. К тому же всё моё тело умоляло об этом. Река смазки стекала по моим ногам, издавая вульгарный чавкающий звук, пока Кейд трахал меня своими толстыми пальцами.

— Пожалуйста, сэр. Пожалуйста, мне очень нужно кончить. Это растяжение, оно так жжёт, пожалуйста, сделай так, чтобы стало лучше.

Моя мольба определённо доставила ему удовольствие, потому что он накрыл мои губы своими и принялся неистово целовать меня. Его поцелуй был неповторим: требовательный, карающий и брутальный. Он прикусил мою нижнюю губу и пробормотал: — Хорошая девочка.

Я чувствовала, как нарастает разрядка, но когда он начал подушечкой большого пальца вычерчивать маленькие круги на моём клиторе, с силой вгоняя остальные пальцы в мой тугой центр, я кончила так мощно, как никогда в жизни. Я тяжело дышала и стонала, насаживаясь на него. Восхитительная волна за волной чистого экстаза прошивали меня насквозь, поглощая всё