(не) желанная жена офицера Басманова - Анна Арно

— Ладно, иди уже, одевайся. Я тут быстро. Да пойдем поедим наконец-то.

Киваю и чувствую, как с моих волос хочет упасть полотенце, изворачиваюсь, чтобы его поймать свободной рукой, и в этот же самый момент вдруг чувствую, как расслабляется полотенце на груди…

Так и стою, сжимая в одной руке свое барахло, а в другой полотенце для головы. А второе — уже лежит ладненькой кучкой у моих ног.

— Ох, Машшша… — этот шепот забирается мне под кожу, вызывая мурашки по всему телу.

Темный взгляд фокусируется на особо выдающихся… мурашках, и Бесо шумно сглатывает.

Вот, и никакой юбки с блузкой оказывается не надо, чтобы заставить его вот так смотреть на меня. И эта щекотка внизу живота будто только усиливается, подавляя собой вроде вполне рациональное в данной ситуации чувство стыда.

Мне действительно нравится, как он смотрит. Я хочу… чтобы он продолжал.

Видимо поэтому мой мозг не спешит подавать импульс телу прикрыться хотя бы маленьким полотенцем. Я просто не могу себе позволить прервать это удовольствие от его взгляда. Такого жадного, будто он просто поедает меня глазами, изучая каждый изгиб моего тела.

Я никогда в жизни ничего подобного не испытывала. И сейчас сама себе дивлюсь…

А у Бесо костяшки белеют от того, как он кулаки стискивает. Он вдруг переносицу трет, выдыхает шумно и…

…шагает ко мне.

Глава 42. Маша, и другие неприятности)

Я будто только сейчас отмираю, словно этот опьяняющий морок развеивается и мне наконец становится дико стыдно — как и должно было быть с самого начала!

Резко прикрываюсь мелким полотенцем и хочу было попятится, но ноги путаются в большом полотенце, что валяется под ногами, я буквально вваливаюсь в ванную комнату, и уже готова упасть, но Бесо как всегда ловит меня и… прижимает к себе.

Его рука теперь лежит на моей обнаженной влажной талии. И от соприкосновения с ним меня буквально всю мурашит.

Я слышу, как грохочет его сердце под тканью домашней футболки. А его тяжелое дыхание запутывается у меня в волосах.

— Ты… — хрипит он, — Сирена, клянусь.

— Такая же ш-шумная? — мямлю смущенно, не сразу понимая, о чем он.

— Такая же красивая, Маша. Манкая и… — он нетерпеливо потирается носом о мою макушку. — Ты хоть представляешь, каких сил мне стоит держать себя в руках?

— С-сложно? — наивно спрашиваю я.

— Пиздец.

И мне так хорошо на душе становится.

Ведь он не просто хочет меня. Выходит он прямо таки едва держится.

А это льстит моей израненой женской гордости куда уж сильнее. Прямо как бальзам на душу.

— Прости, — выдыхаю, но не могу сдержать улыбку, которую он к моему счастью не видит, потому что я все не решаюсь поднять на него взгляд.

Вместо этого как-то неосознанно расслабляюсь в его руках и… прижимаюсь щекой к его груди.

С удовольствием слушаю как заходится его сердце. И как сам Бесо тихо рычит, заметно напрягаясь всего-то от такого моего невинного действия.

— Мучительница, — шепчет он.

И я чувствую, как его ладонь на моей талии приходит в движение.

Скользит вверх по моему позвоночнику, а затем вниз.

И снова вверх.

Он… гладит меня.

Мой грозный Бес прямо сейчас ласково гладит меня своими огромными ручищами.

Это просто… непередаваемый кайф…

Я даже глаза прикрываю от удовольствия.

Но он вдруг останавливается, довольно резко отстраняет меня от себя и… стягивает через голову свою футболку. А я так и стою с приоткрытым ртом и…

…предвкушаю.

Неужели сейчас он будет делать со мной что-то вроде того, что делал на кухне?

У меня аж ноет все внутри от ожидания и коленки подкашиваются. Так хочется, чтобы он сейчас подхватил меня под бедра прямо как там, усадил на раковину и… Клянусь, я не остановлю его в этот раз, хоть земля под нами разверзнись!

Но Бес вдруг просто натягивает на меня свою майку, вынуждая послушно продевать руки в рукава.

Нехотя поддаюсь, даже не пытаясь уже скрыть разочарования. Пыхчу недовольно как паровоз, а Бесо тем временем сам выправляет мои влажные волосы, неумело заворачивает их в полотенце и… выставляет меня за дверь ванной, и шипит напоследок:

— Еще раз попадешься — я больше за себя не отвечаю!

Закрывает дверь.

А я с досадой губы поджимаю.

Да кто ж тебя просит то?! Отвечать за себя. Тоже мне…

Только посмотрите на него. Весь такой правильный, аж бесит!

Значит говоришь надо всего-то еще разок попасться? Это я могу.

Ну погоди у меня, Бес совестный. Я тебе еще так попадусь!

Справляюсь с желанием постучаться и потребоваться обратно. Оправляю его майку, что на мне кажется даже длиннее, чем та юбка, что забраковала мама, и шагаю за угол в коридор к своей комнате.

И именно в это момент входная дверь открывается, и в дом входит… мой бывший жених:

— О, а ты тут че забыла? — глядит на меня пренебрежительно. — Приползла прощения просить? Так поздно уже. Я больше не собираюсь на тебе жениться, и родители меня избавили от этой обязанности.

— Слава богу! — фыркаю я, чувствуя поразительное равнодушие к этому предателю.

Хочу было пройти в свою комнату, но он преграждает мне путь:

— На вопрос отвечай?! — требует нагло. — Ты нахера притащилась, спрашиваю? Ты тут теперь лишняя, и всегда была! — бьет словами урод. — Так что возвращайся в деревню и не отсвечивай.

— Это ты не отсвечивай, Борюсь! — рычу я ему в тон, буквально выплевывая каждое едкое слово ему в лицо. — И за языком следи, не то…

— Не то что?! — перебивает он грубо и толкает меня в плечо, явно стараясь показать свое физическое превосходство. — Что ты мне сделаешь, мелочь?

— Не то тебе придется иметь дело с моим женихом, — цежу я и сама дивлюсь, как уверенно это выходит.

— Чего? — кривится недоверчиво. — Успела кого-то подцепить, пока бегала? Так и катись в дом нового жениха, че к нам прилипла?

— А я уже в доме своего нового жениха, — пожимаю я плечами натягивая на лицо ехидную ухмылочку.

Я прямо вижу, как напрягается его лицо от едва сдерживаемого гнева:

— Походу ты меня не поняла, Маша, — шипит мое имя. — Я же сказал: я больше не твой жених! Свадьбы не будет! Ты мне не нужна и жениться я на тебе не собираюсь! Проваливай, — Боря явно не понимает в чем дело.

Ведь он и отцовского предложения не слышал, про то, чтобы мне просто жениха заменить с одного брата на другого.

Поэтому видать ему и в голову не приходит, что сейчас