Развод с генералом драконов. Ты не достоин быть отцом тройни - Леона Браун

Между нами искрит. Я чувствую это каждой клеточкой. И судя по его пальцам, по-прежнему впившимся в мою талию, отпускать этот наглый Дракоша меня вовсе не намерен.

Вот только моей свободолюбивой эльфийской натуре это совсем не нравится! Вдруг он действительно меня сейчас украдёт? Пикнуть не успею — и стану женой дракона против своей воли. А я так не хочу! Я хочу по любви!

— Куда отправимся дальше, Искорка? — его голос вырывает меня из панических мыслей.

— Куда ты — не знаю. Я по своим делам, — отвечаю я как можно твёрже и дёргаюсь, пытаясь высвободиться. — Отпусти меня, наконец.

— Не отпущу. Довезу, куда скажешь. У меня тут рядом мотоцикл, доставлю с ветерком.

— Я с незнакомым парнем-драконом никуда не поеду.

— Я тебя спас.

— Нет.

— Эйнар.

— Что?

— Меня зовут Эйнар. — Он произносит это имя с такой интонацией, будто вручает мне ключи от всего мира. — Теперь мы знакомы, Искорка. Можешь не бояться.

— Мы тебе не навредим, — раздаётся в моей голове знакомый голос его дракона. Тот самый, которому явно плевать на приказы своего человека. — Не отпустим. Ты теперь наша.

— Я что тебе говорил?! — рычит Эйнар вслух, и я чувствую, как напрягаются его мышцы.

— Но я тоже хочу общаться и быть рядом с нашей...

— Замолчи! — шипит он на своего дракона, но в голосе слышится скорее досада, чем злость. — Ты её только отпугнёшь. Вот налажу я с нашей Искоркой пугливой контакт, потом уже ты подключишься.

От его слов по спине пробегает лёгкий холодок.

— Ты о чём сейчас говоришь? — настороженно спрашиваю я. — Какой контакт наладить со мной?

— Дружеский, — он делает паузу, и в его глазах мелькает что-то, чему я пока боюсь дать название. — Для начала.

Куда я влипла?

Мои губы шевелятся, пытаясь вернуть привычный тон — дерзкий, острый, колючий. Но в груди всё ещё гуляет ветер, поднятый его словами, его взглядом, его близостью.

— Хорошо, — выдыхаю я, когда он, наконец, ослабляет хватку и отпускает меня. — Отвезёшь меня на магические гонки. Они будут через час. Под Красным мостом, у речки.

Я неспешно поправляю платье, разорванное на бедре, пытаясь вернуть себе хоть каплю достоинства.

— Держи.

Щелчок пальцев — и в его руках появляются мои туфли. Он применил магию. Ради меня. Чтобы найти мои дурацкие туфли в этом огромном саду.

Ещё один щелчок — и туфли превращаются в удобные кроссовки. Моего размера. Идеально сидящие на ноге. А моё изуродованное, порванное платье вдруг становится удобным гоночным костюмом. То, что нужно, чтобы чувствовать себя комфортно на мотоцикле.

Я снова поднимаю глаза на Эйнара.

— Спасибо, — говорю я тихо, и в голосе моём нет ни капли привычной дерзости. — Спасибо большое за трансформацию. Ты... ты талантливый маг. У меня бы так не вышло.

Я снова обвожу медленным взглядом его белоснежные черты лица. И не могу отвести глаз.

— И всё? — в его голосе проскальзывают дразнящие нотки. — Даже не поцелуешь в щёчку в благодарность за спасение и за то, что отвезу на гонки, переодев? Или ты трусишь поцеловать настоящего дракона? Боишься обжечься?

Глава 27

Его взгляд опускается на мои губы. Ласкает их, дразнит, обещает.

И чёрт возьми, я снова принимаю его вызов.

Сама не понимая, что творю, я подхожу ближе. Настолько близко, что чувствую его дыхание на своей щеке. Оно касается моей кожи — тёплое, влажное, пахнущее прошедшим дождём.

Я поднимаюсь на носочки. Мои пальцы находят опору на его груди — твёрдой, горячей, живой. И я касаюсь его губ.

Сама.

Легко. Почти робко.

Его губы твёрдые. Такие же, как его грудь, как вся его невероятная, совершенная фигура.

Они чуть шевелятся в ответ. Совсем чуть-чуть. И этого крошечного движения, этого ответного нажима достаточно, чтобы внутри всё перевернулось.

Поцелуй длится долю секунды. Мгновение. Вспышка.

Но этой доли хватает, чтобы его глаза вспыхнули золотистым, ярким, почти ослепительным свечением.

Золото дракона. Чистое, первозданное, древнее.

И это свечение мне одновременно нравится и пугает.

Эйнар не двигается. Стоит неподвижно, как изваяние, только прищуривается чуть заметно, сжимая челюсть до выступающих желваков.

Я делаю шаг назад. Потом ещё один.

— Ну что, — мой голос звучит на удивление ровно, хотя внутри всё дрожит. — Отвозишь меня на гонки? Или передумал?

Мы мчим сквозь ночь на его мотоцикле, и ветер — дикий, сумасшедший, пьянящий — хлещет в лицо, выдувая из головы все лишние мысли. Я прижимаюсь к его спине, вцепившись руками в куртку, и чувствую, как под моими пальцами перекатываются мышцы, как сильно и ровно бьётся его сердце.

Эйнар ведёт мотоцикл так, будто родился за рулём — уверенно, дерзко, с каким-то особенным, драконьим изяществом. Мы лавируем между потоками машин, взмываем в воздух на магических ускорителях, и каждый раз, когда земля уходит из-под колёс, моё сердце замирает, чтобы через мгновение забиться с утроенной силой.

Под Красным мостом уже шумно. Толпа зрителей, яркие огни, запах магии и адреналина. В воздухе парят десятки летающих экипажей — причудливых, сверкающих, каждый со своим характером. Гонки вот-вот начнутся.

— Азалиэль! — знакомый голос перекрывает шум толпы.

Лираэль, моя подруга и сокурсница, машет мне рукой из-за ограждения. Её глаза сияют от предвкушения, а на лице — та самая безбашенная улыбка, за которую я её и люблю.

— Ты всё-таки сбежала! — кричит она, подбегая. — А это кто с тобой? — Она с интересом разглядывает Эйнара, и я ловлю себя на том, что мне это почему-то не нравится. — Присоединяйтесь к нам! У нас как раз один экипаж свободный!

— Нет-нет, — мотаю головой я, хотя где-то в глубине души эта мысль кажется безумно привлекательной. — Я вообще-то как целитель планировала...

— Искорка трусит? — Эйнар склоняет голову набок, и в его глазах пляшут золотистые искры. — А я вот очень даже за. Мне как раз штурман нужен. Тот, кто не побоится лететь со мной в самое пекло.

Он смотрит на меня в упор, и в этом взгляде читается самый настоящий вызов. Тот самый, который я не могу не принять.

— Выбирай экипаж, Дракоша, — слышу я свой собственный голос и сама себе удивляюсь.

Эйнар усмехается и через минуту уже тащит меня к сверкающему чёрно-золотому экипажу, который парит в воздухе, нетерпеливо вибрируя от переполняющей его магии.

— Этот, — коротко бросает он организатору.

И мы взлетаем.

Это невозможно передать словами. Это нужно чувствовать.

Эйнар ведёт экипаж так, словно мы не над землёй парим, а танцуем в небе. Резкие виражи, головокружительные пике, мгновенные ускорения — каждый манёвр отдаётся во мне электрическим разрядом. Я кричу