Украденная невеста. Месть горца - Злата Романова

холле и только собираюсь пройти дальше, как слышу звук открывающихся ворот и подъезжающую машину во дворе. Неужели он приехал сегодня пораньше? От приятного волнения, у меня начинают дрожать ноги. Я открываю дверь и почти бегом выхожу на крыльцо.

Джафар стоит возле машины, загруженный несколькими пакетами из ресторана. Увидев меня, он на мгновение замирает, а затем медленно оглядывает меня с головы до ног. Я специально принарядилась сегодня, надев красное платье с запахом, подчеркивающее мою тонкую талию и пышные бедра. Его взгляд становится глубоким и горячим, он пялится, даже не моргая, и мои щеки слегка вспыхивают, сердце начинает биться сильнее, и я смущенно поправляю волосы, не зная, что сказать.

— Ты уже дома? — наконец спрашиваю я, стараясь говорить спокойно, хотя волнение явно звучит в моем голосе. — Я думала, ты еще на работе.

— Сегодня решил приехать пораньше, — отвечает он. — Захотелось провести вечер дома. С тобой.

Эти слова мгновенно согревают меня изнутри. Я ощущаю приятное тепло и радость, которые с трудом удается скрыть.

— Это приятно слышать, — отвечаю я, подходя ближе. — Что ты привез?

Он поднимает пакеты, слегка усмехаясь:

— Все подряд. Подумал, что ты устала после покупок и не захочешь готовить, но я не знаю, что тебе нравится, поэтому…

— Взял все, что было в меню? — не могу сдержать радостный смех, глядя на эту гору пакетов.

Он дарит мне ма-а-а-аленькую, немного смущенную улыбку, и я еле сдерживаюсь, чтобы не кинуться ему на шею. Я улыбаюсь ему в ответ, чувствуя благодарность и нежность, и беру у него один из пакетов. Запах еды мгновенно вызывает у меня аппетит, но еще сильнее вызывает ощущение счастья тот факт, что Джафар подумал обо мне и позаботился заранее.

— Пойдем, поедим, — мягко говорит он, аккуратно придерживая меня за талию, направляя к дому.

Мы заходим внутрь, и я чувствую, как уют и спокойствие возвращаются в мое сердце. В этот момент я понимаю, насколько сильно я нуждаюсь именно в таких простых моментах с ним, в его внимании и заботе. Я точно знаю, что несмотря ни на какие трудности, хочу быть рядом с этим человеком всегда, но то, что он способен быть не только хмурым командиром, меня радует, хотя даже эту его версию я люблю.

Когда мы заходим на кухню, я ставлю пакеты на стол и начинаю с любопытством заглядывать внутрь. Запах свежеприготовленной еды дразнит мой нос и вызывает бурное чувство голода. Но когда я открываю следующий пакет, мои глаза удивленно округляются. Внутри оказываются десерты, да не просто один-два, а целая коллекция сладостей.

Аккуратно достаю упаковки одну за другой: нежный тирамису, яркий и красочный трайфл, изысканное шоколадное пирожное, десерт Павлова с воздушными меренгами и даже аппетитная клубника в шоколаде. Я в изумлении поднимаю взгляд на Джафара.

— Зачем столько? — удивленно спрашиваю я, не скрывая своего изумления. — Ты же понимаешь, что мы все это не съедим.

Джафар слегка пожимает плечами.

— Я не знал, что именно тебе понравится, — говорит он. — Сам я десерты не ем.

Я моргаю от удивления и смотрю на него так, будто вижу впервые.

— Что, вообще не ешь? — пораженно переспрашиваю я. Мне сложно это представить, ведь я обожаю сладости и с трудом сдерживаюсь, чтобы не попробовать сразу все.

— Да, совсем, — подтверждает он с легкой усмешкой. — Я не люблю сладкое.

Я качаю головой, не веря услышанному.

— Ты такой странный, Джафар! Что, даже чай пьешь без сахара?

— И чай, и кофе, — невозмутимо подтверждает он.

— А в детстве любил? — не могу успокоиться я.

— Не особо. Ел иногда, но с возрастом и это прошло.

— Это просто невероятно, — удивленно бормочу я, рассматривая десерты, и снова качаю головой. — В любом случае, не стоило покупать так много. Я же не съем все это, а если съем, то очень быстро растолстею!

Он обхватывает меня за талию и легонько сжимает, показывая, что его большие руки практически сходятся вместе.

— Тебе придется очень постараться, чтобы растолстеть, Амира. Видишь, какая тонюсенькая? Но даже если наберешь, это не сделает тебя хуже. Ты красивая в любом виде.

Его слова вызывают во мне легкое смущение и тепло, и я чувствую, краснею.

— Столько комплиментов за один день, муж мой. Я могу и привыкнуть, тогда тебе придется больше стараться.

— В отсутствии усердия меня сложно обвинить, — шепчет он мне в губы, крадя быстрый поцелуй.

Улыбнувшись, я беру клубнику в шоколаде и касаюсь ею его губ.

— Может, все-таки попробуешь?

Он внимательно смотрит на меня, потом откусывает маленький кусочек из моих рук и съев его, снова целует меня.

— Единственная сладость, которая мне нравится — это ты, — звучит его хриплый голос у моих губ и прикрываю глаза, тянясь навстречу, чтобы углубить поцелуй, но Джафар отстраняется. — Давай сначала поедим. Потом у тебя не будет такой возможности.

— Почему это? — с вызовом спрашиваю я.

— Потому что я не выпущу тебя из кровати до утра, — рычит он, покусывая мою нижнюю губу.

Ох, я жду этого с нетерпением.

20

Утро наступает быстрее, чем я ожидал. Солнце еще не показалось над горизонтом, когда мы с Амирой уже садимся в машину и отправляемся в поместье Чингиза Ардашева. Дорога проходит в напряженной тишине. Я чувствую тяжесть, которая растет с каждым пройденным километром, потому что сегодняшний день должен наконец принести ответы на вопросы, которые мучают меня многие годы.

Взгляд Амиры устремлен в окно. Она задумчива и молчалива. Мне известно, что у нее напряженные отношения с семьей дяди, и этот визит явно тяготит ее. Она рассказала мне, как росла вместе с сестрой под опекой своей тети Латифы, которая не проявляла к ним ни капли тепла, и мне не хочется везти ее к этим людям, но она наотрез отказалась остаться дома.

Мы подъезжаем к поместью к обеду. Оно выглядит солидно и внушительно: высокий забор, огромные кованые ворота, роскошный ухоженный сад, обрамляющий массивный дом. С виду настоящая крепость за высокими стенами.

Когда наша машина останавливается у входа, дверь дома почти сразу открывается, и на пороге появляется Чингиз. Его взгляд холоден, хотя губы изгибает формальная улыбка.

— Добро пожаловать, — говорит он ровным, сдержанным тоном, не выражая особой радости.

Я помогаю Амире выйти из машины. Она идет медленно и осторожно, будто стараясь держать дистанцию. Чингиз подходит к нам, сухо обнимает Амиру, коротко кивая ей.

— Давно не виделись, Амира, — произносит он, пристально оглядывая ее с ног до головы. — Надеюсь, у тебя все хорошо.

— Да, дядя Чингиз, спасибо, — отвечает