Постскриптум: (не)люби - Юлия Вернер

Глава 22

Я пришла в себя после того, как меня кто-то начал хлестать ладонями по щекам. Поморщившись, я приоткрыла глаза, но перед ними все поплыло, к тому же, голова раскалывалась на части.

— Очухалась, дорогуша? — услышала я до ужаса знакомый голос и перед глазами мелькнула какое-то темное пятно. — Давай-давай, просыпайся, мне нужны мои деньги!

Я мотнула головой, надеясь, что это всего лишь дурной сон и Анжелики здесь вовсе нет, но когда зрение пришло в норму, то я сумела рассмотреть перекошенное от ярости лицо своей несостоявшейся мачехи, которая сжимала в руках пистолет. Почему-то в этот момент я подумала о том, что стрелять она в меня не станет, ведь тогда выстрел услышат соседи и вызовут полицию. Зарезать — вот это в ее репертуаре.

— Что ты тут делаешь? — спросила, но голос оказался хриплым. — Тебя же полиция по всему городу ищет.

— Не там ищет, — отрезала женщина и подошла ко мне ближе. Как оказалось, она бросила меня на диван в гостиной, решила далеко не тащить. — Я вижу, сделала перестановку после папочкиной смерти, — она оглядела комнату. — Неплохо. У тебя, оказывается, есть вкус, — хмыкнула и снова уставилась на меня. — Где деньги?

Я опять поморщилась от пульсирующей боли в висках. Боже, будто кобыла копытом ударила.

— Какие еще деньги? — не поняла я. — Что ты несешь?

— Я тебя умоляю, не придуривайся… — Анжела прищурилась. — Не говори мне, что не нашла их. Они мои, отдавай! — заорала вдруг не своим голосом. — Мои! Понятно? Твой отец отобрал их у меня!

— И поэтому ты его зарезала, больная сука? — разозлилась я и посмотрела ей в глаза. — Из-за денег? Убила человека из-за бумажек?

— Сбавь тон, — ядовито произнесла она и приставила к моему лбу холодное дуло пистолета. — Побольше уважения к старшим, соплячка или я вышибу тебе мозги!

Меня обдало жаром, и я напряглась, смотря прямо на пистолет. Ведь и правда может выстрелить. Ей уже приходилось убивать.

— У меня нет твоих проклятых денег, — прошептала я, начиная дрожать. — Убирайся из этого дома!

Я не могла сказать, что с помощью них оплатила последний семестр обучения, потому что в этом случае Анжелика прострелит мне голову и глазом не моргнет. Нужно было тянуть время, возможно, надеяться на спасение, но вот только вряд ли кто-то придет. Зачем я отправила Жукова домой?..

— Уйду с деньгами, — она убрала от моей головы ствол, попятилась и села в кресло, продолжая держать оружие в руке. — Видишь ли, я пошла ради этих «бумажек» на большие риски. Как оказалось, у моего сына нашли опухоль в голове и нужны средства на операцию и лечение. Я выиграла их у одного пьяного недоумка в карты. Узнав об этом, твой отец разозлился и забрал их, сказал, что так нельзя, святоша, черт бы его побрал. Я вышла из себя и… — на мгновение мне показалось, что я увидела в глазах женщины раскаяние, но потом там снова появилась лютая ненависть и злоба. — Он был хорошим человеком, но ради сына я пойду на многое, даже на убийство. Уж прости, Полина.

Услышав причину, по которой эта женщина зарезала моего отца, я только больше разозлилась. Болезнь сына не повод убивать людей направо и налево. Все это можно было решить как-то иначе, без смертей.

— Я еще раз повторяю: у меня нет твоих денег, и я понятия не имею, где они могут быть, — спокойнее сказала я. — Из-за твоего поступка тебя теперь ищет полиция. Тебя не оправдают и надолго посадят в тюрьму, и кто тогда поможет твоему ребенку? Ты подумала об этом?..

Лицо Анжелики побагровело от злости.

— Не тебе меня учить, — она неожиданно поднялась с места и снова направила на меня дуло пистолета. — Раз уж ты не знаешь, где деньги, тогда ты мне и не нужна вовсе. Знаешь ты теперь много, а свидетелей мне не надо. Чао, крошка.

POV. Дмитрий

Когда я подъехал к своему дому и набрал номер Полины, то она мне не ответила. Потом набрал еще, еще и еще, но в ответ была лишь тишина. Меня это напрягло, ведь я знал, что девушка никогда не ставит телефон на беззвучный режим, даже когда ложится спать. Может в ванной зависла? Да ну, бред, слишком много времени прошло, да и сотовый, она, кажется, тоже берет с собой.

Посидев немного в машине, пялясь на темный экран мобильного, я набрал ее номер в последний раз, но опять никто не ответил.

В голову сразу полезли всякие нехорошие мысли, от самоубийства в ванной, до нападения того больного недоумка, которого я выпроводил из подъезда в прошлый раз.

Повернув ключ в зажигании, я развернулся и поехал обратно, думая лишь о том, как бы девушка не натворила каких глупостей.

Я несся как сумасшедший, идя на обгон и подрезая водителей, чем, в конце концов, и привлек внимание притаившейся ДПС, чья машина погналась следом за мной.

— Бл*дь, — ругнулся я. — Простите, ребята, но я вот никак сейчас не могу остановиться! Разберемся с вами потом, — пробормотал, бросая взгляды в зеркало заднего вида на сине-красные огни.

Машина села на хвост и не хотела отставать, даже в громкоговоритель приказывали остановиться, но я не слушал. Черт, возможно, лишусь прав и нарвусь на крупный штраф, а то и на пару суток посадят, но я никак не мог остановиться, потому что моя тревога за Полину только усиливалась с каждой минутой.

— Автомобиль, с номером ×309хх немедленно остановитесь!

Кажется, у кого-то сдавали нервишки.

— Да не могу я, не могу! — я тоже нервничал и сильнее жал на газ.

Вскоре въехав во двор, я остановился у подъезда и, даже не заглушив двигатель, бросился в приоткрытую дверь. Сотрудники ДПС, кстати, кинулись бежать следом за мной с криками «стоять на месте».

Лифт не работал, и я побежал по лестнице — ребята за мной.

Наверное, со стороны это была очень забавная картина, но мне было вообще не до шуток.

Добравшись до квартиры Полины, я дернул ручку двери, и та распахнулась настежь.

— Не тебе меня учить, — услышал я незнакомый женский голос и, стараясь не шуметь, вошел в комнату. — Раз уж ты не знаешь, где деньги, тогда ты мне и не нужна вовсе. Знаешь ты теперь много, а свидетелей мне не надо. Чао, крошка.

— Стой! — заорал я и женщина, явно не ожидающая гостей, обернулась ко мне, а в этот миг Полина бросилась