Измена. Муж...Начальница...Развод - Даша Литовская

А когда Артем уходил, я набралась смелости и окликнула его уже у самой двери.

Взяла в руки папку с отчетами.

— Я нашла кое-что. Мой бывший муж… Он с отчетами мухлевал. Вернее он делал это с подачи начальницы. Я бы могла уволиться и ничего никому не сказать, но я считаю, что это неправильно, — лицо Артема вытянулось в немом изумлении. Он осторожно взял папку, не отрывая глаз от меня, — я просто хочу, чтобы все виновные были наказаны, а не только Антон. Я думаю, ты в этом сможешь помочь.

— Разберусь, обещаю, — по-деловому сухо отзывался мужчина. А затем скупо поблагодарил меня за мою честность.

Я выдохнула лишь когда он ушел.

Села в кресло, глядя на дверь.

Правильно ли я поступила? Понятия не имею.

Но на душе было легче.

Ведь если мне так важна честность, то начать стоит с себя прежде всего.

41

Ну-ка хватит так волноваться! — мысленно отчитывала себя следующим утром. Ну подумаешь, заявление. Ну подумаешь, об уходе.

Об уходе от человека, в которого я влюбилась без памяти. От самого прекрасного на свете мужчины, который вскружил мою голову, и с которым мне до ужаса хорошо. Который понимает меня с полуслова, а улыбка которого способна свести меня с ума и подчинить себе все мурашки на теле.

Я усердно тряхнула головой, выбрасывая из мыслей любовное наваждение.

Когда я успела так влипнуть? Всего две недели, а я и впрямь потеряла голову от генерального.

Я не спала почти что всю ночь. Думала, думала, и пришла к единственно верному выводу — наши отношения нужно закончить. И, хоть рвать по-живому было болезненно — другого варианта я просто не видела.

Даже если отбросить обиду, которая таилась во мне от его грязных манипуляций…

Игорь вошел в приемную тихо. Настолько, что я за фоном собственных мыслей даже не сразу заметила его присутствие здесь.

А когда заметила — сразу же подскочила со стула.

Не было ни привычных пожеланий доброго утра. Ни горячего поцелуя, который бодрит обычно лучшего самого крепкого кофе.

Босс был хмур и невесел.

Будто заранее чувствовал что-то плохое.

Мы скрестились с ним взглядами. Я сглотнула нервный комок, поселившийся в горле.

— Доброе утро, — не узнала собственный голос.

— Доброе, — его привычный бархатный баритон тоже сменился на нечто скрипучее, даже немного надменное.

В подсознании пронеслась короткая мысль — может, он знает, что мне все известно? Может, Артем ему все рассказал? Иначе, с чего начальнику себя так вести?

Но я не стала развивать эту мысль. Какая разница, знает, не знает? Моего решения это уже не изменит.

Но, прежде всего, я хочу сделать главное:

— Нам нужно поговорить, — без единой эмоции в голосе оповестила я босса.

Он еще мгновение смирял меня взглядом. Потом просто кивнул, и отправился в свой кабинет, безмолвно предлагая мне пройти за ним следом.

Я так и сделала.

В кабинете он небрежно перекинул пальто на спинку своего рабочего кресла. Сел сам. И я не стала дожидаться предложения устроиться поудобнее. С прямой спиной и напряжением в каждой мышце своего тела, заняла стул напротив.

— Говори, — приказал.

На миг я вновь увидела в нем того генерального, которого боится вся наша фирма. Властного мужчину, который одним своим взглядом наводит ужас и страх.

Таким для меня он давно уже быть перестал. Я узнала Игоря с другой стороны.

Я позволила себе лишь на секунду опустить глаза в пол. Но тут же вернула взгляд боссу и выше задрала подбородок, вспомнив о том, что он позволил себе провернуть.

— Вчера я была в отделе в котором раньше работала, — начала показательно-равнодушно. — И разговаривала со своим бывшим начальником.

Подснежный кивнул.

— Он сказал мне, что приказ уволить меня… отдал ты.

В просторном дорогом кабинете повисла тяжелая пауза. Он поедал меня пристальным взглядом. Но не смог скрыть короткого мгновения удивления. Не ожидал услышать именно это? Значит, не знал, что я разведала правду? Странно, тогда что послужило причиной его хмурого настроения?

Устав ждать ответа, я спросила начальника прямо:

— Это правда?

— Да, — не спеша делиться подробностями, коротко отозвался.

Сделала вдох.

Это правда. Он действительно приказал уволить меня.

Уже догадываясь, что и остальные мои размышления окажутся правдой, я все равно спросил его:

— Зачем? — голос подвел и просел. — Для чего...?

— Чтобы ты сама пришла ко мне, Женя Ветрова. Чтобы у тебя не было выбора. Чтобы ты согласилась на ту должность, которую я хотел тебе предложить.

В холодном взгляде мелькнула насмешка. Ему будто даже не было стыдно.

Мои щеки опалило праведным гневом. Я ощутила, как злость, которую я с таким трудом контролировала, поднимается во всем теле и достигает своего пика где-то в горле.

— Ты… — медленно выдохнула, — но зачем? Только не говори мне, что просто влюбился! Не говори, что таким образом хотел со мной сблизиться!

— Не скажу, — отозвался Подснежный, и доказал, что холодная усмешка во взгляде не была плодом моего воображения. Теперь она довольно отчетливо скользнула на красивых губах.

Следом Игорь вздохнул, будто этот разговор его порядком успел утомить. Отвел глаза в сторону, задумчиво глядя в окно:

— Все из-за Нади. Девочке трудно расти без матери. А поскольку родной матери она не нужна, мне предстояло найти ту, с которой Надя сможет найти общий язык. Видишь ли, все девушки, что я приводил в дом до этого… Кхм… «Проверку» не проходили.

— Проверку…? — растерянно пролепетала я гулким эхом.

— Понравиться моей дочери очень не просто. И только когда я встретил тебя, понял, где ошибался. Все мои предыдущие девушки слишком уж сильно старались понравиться. И мне, и моей дочери. Они буквально из кожи вон лезли. А дети чувствую фальшь лучше всяких детекторов. А ты, Женя Ветрова… другая. Да, далека от тех девушек, к которым я привык, — он, не скрывая, окинул меня взглядом, полным оценки, кивнул каким-то своим размышлениями и негромко продолжил: — Да, далека.

Я покраснела.

Завуалированное оскорбление не осталось мной незамеченным. Уж представляю, к каким девушкам привык генеральный. Моя низшая лига до них явно не дотягивает.

— Но мне понравилось, что ты совсем не умеешь прятать эмоции. Любое твое смущение буквально написано у тебя на лице. Ты то краснеешь, то бледнеешь. И, не скрою, в этом есть свой шарм. Ты искренняя. И этим отличаешься от большинства.

Я уткнула взгляд в стол из дорогого массива темного дуба.

— Это был… просто сухой расчет? Ты искал ту, что понравится твоей дочери?